Тень - Антон Грановский

– Шефа сейчас нет, но я попробую. Только имей в виду: на Вернадского после стычки с кэррогами связь до конца еще не отлажена. Так что в основном вам с Игнатьевым придется положиться на свои силы.

– Не волнуйтесь, Владимир Иванович. Сделаю все как надо. Можно мне взять Светоч Месмера?

Чигур на мгновение нахмурился, но сказал:

– Бери. Но только без лихачеств.

– Что вы, Владимир Иванович, какие лихачества! Все будет тихо и интеллигентно. Я выезжаю.

– Хорошо. Удачи!

– И вам тоже. Коммутатор умолк.

Чигур выпрямился, недовольно посмотрел на коммутатор и проворчал:

– Мальчишки… – Затем качнул головой и с досадой добавил: – Как же все не вовремя!

– Что-то серьезное? – осторожно спросил Вершинин.

– Ты же слышал – выброс чужеродной энергии. Три, мать их, с половиной единицы!

– Это много?

– Много, студент, много. – Чигур повернулся к Андрею: – Ты вот что. В ближайшие полчаса я буду занят. Не пытайся со мной заговорить, потому что я тебя все равно не услышу. Можешь пока полистать журнальчик. Договорились?

– Договорились, – кивнул Андрей.

Он взял со столика свежий номер «Эксперта» и принялся демонстративно его листать. Чигур тем временем подошел к белому шкафчику, висевшему на стене. Открыл дверцу, достал какую-то штуку, похожую на хоккейный шлем с щитком и наушниками, затем прошел к самому дальнему креслу, сел и надел шлем на голову.

После этого Владимир Иванович откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Шлем осветился изнутри голубоватым светом. И вдруг по его гладкой поверхности забегали крошечные молнии, тело регистратора сильно дернулось, а затем обмякло. И тут же его голос спокойно проговорил:

– Игорь, Коля, как слышите? Прием.

Андрей оцепенел от изумления. Голос, без сомнения, принадлежал Чигуру, но губы его не двигались.

– Хорошо, – снова проговорил голос, исходивший, казалось, прямо из тела Чигура. – Дайте мне картинку.

Секунд десять было тихо, а затем Владимир Иванович сказал:

– Коля, усиль защитное поле. Так, отлично. Теперь продвигаемся, только осторожно. Игорь, нет! Не вздумай. Воспользуйся сетью, только увеличь площадь покрытия. Так, а дальше осторожно и не торопясь. Помни – они тебя не видят, но могут услышать. Игорь, я сказал: нет. В сторону!. Черт!. Выхожу на прямую корректировку! Андрей, ты меня слышишь?. Андрей!

Вершинин вздрогнул, поняв, что Чигур обращается к нему.

– Да, Владимир Иванович! Я слышу вас!

– Некоторое время я буду выглядеть странно. Не пугайся, это пройдет. Игорь, что ты. Сверни направо! Быстро! Переключи ствол на пятую! Это не ликан и не стригой, это маг огня! А справа от него, в двух метрах, маг отражений! Да, я его вижу. Не пытайся опере.

Голос Чигура оборвался. Тело его дернулось и обмякло, а дальше с лицом регистратора произошло нечто ужасное. Плоть Чигура сжалась на костях, черты заострились, пожелтевшая кожа плотно обтянула череп, а глазницы глубоко запали. Он весь словно внезапно высох.

Андрей с трудом отвел взгляд и уставился на раскрытый журнал. «Российские олигархи: выкачивание нефти снова приносит сверхприбыль», – прочел он на развороте. Страницы мелко подрагивали у него в руках.

«Успокойся, – приказал себе Андрей, стараясь не смотреть на Чигура. – Он предупредил, что будет выглядеть странно. Это пройдет. Наверное, это и есть прямая корректировка».

И все же не удержался.

С телом регистратора произошли еще более жуткие изменения. Теперь оно было похоже на высохшую мумию. Плащ, пиджак и брюки болтались на обтянутом кожей скелете, а тощая, сморщенная шея торчала из ворота, как сухой стебель из цветочного горшка.

Андрей перевел дух, затем опустил взгляд на страницы журнала и заставил себя читать:

«Российские миллиардеры вернулись в список вместе с ростом сырьевых цен. Цены на нефть выросли за год примерно вдвое – соответственно увеличился и список российских миллиардеров. Самые богатые россияне попали в клуб миллиардеров только в новом тысячелетии и с тех пор постоянно демонстрируют «приливы и отливы» в зависимости от сырьевых цен на мировых рынках».

Вдруг откуда-то из-за стены донесся женский крик. Андрей поднял голову. Крик повторился, но на этот раз прозвучал глухо и сдавленно, словно кто-то пытался заткнуть рот кричащей.

Андрей почему-то сразу подумал о полногрудой Зиночке из приемной. Он взглянул на Чигура, внешность которого оставалась такой же страшной. Потом сглотнул слюну и осторожно позвал:

– Владимир Иванович!

Чигур не отозвался. Не зная, что предпринять, Андрей встал с кресла и пошел к двери. Взялся за ручку, покосился на регистратора, чтобы удостовериться, что тот все еще пребывает в своем странном состоянии полужизни-полусмерти, а затем легонько приоткрыл дверь.

До его ушей донесся какой-то шум. Андрей осторожно выглянул в коридор. Там было пусто, но как-то странно пусто. Мелькали бледные, едва заметные тени. Блики света попеременно падали на ровно освещенные стены, словно под потолком раскачивался невидимый фонарь.

И снова послышался приглушенный шум. Андрей вышел в коридор и пошел на этот шум. Прошел метров пять и остановился. Шум был совсем рядом. Андрей повернулся было к ближайшей двери, но вдруг неведомая сила подхватила его и швырнула на пол.

Андрей открыл глаза и приподнялся. Он с изумлением понял, что находится уже не в коридоре, а в том самом зале, в котором Анна Резник запихивала его в рентген-аппарат. Но теперь тут творилось черт знает что. Пластиковые перегородки были смяты и повалены. Столы, компьютеры и офисные шкафы валялись на полу. В воздухе кружились и летали бумаги и папки.

И тут Андрей увидел, что к нему несутся, оскалив пасти, два стригоя. Андрей оцепенел. Умом он понимал, что надо бежать, но тело отказывалось ему повиноваться. Когда до стригоев оставалось не больше полутора метров, за спиной у них выросла чья-то тень.

На мгновение стригои замерли, а потом от голов их повалил дым и они с воплями закружились на месте. За спиной у них стоял Сан Саныч, одетый в жилет – «невидимку». В руке у него Андрей увидел баллончик со «святой водой».

Сан Саныч подмигнул Вершинину и тут же снова исчез.

В уши Андрею ударил грохот выстрелов и яростный гул голосов.

Он увидел Анну Резник. Она стояла у стены, под прикрытием перевернутого стола, держа в руках нечто отдаленно похожее на гранатомет, и стреляла сгустками огня в мечущихся перед ней альбиносов. Те уворачивались от зарядов, швыряя в ответ острые куски льда. Они со свистом проносились над головой Анны и втыкались в стену подобно ножам. В своем развевающемся белом халатике, с распущенными волосами, она была похожа на разъяренную фею-воительницу.