Ответный удар - Гарри Тертлдав

— Понятия не имею. — Иджер отпил чуть-чуть из своего бокала.

Он совсем не разбирался в шампанском — обычно пил пиво, изредка виски. Пузырьки щекотали рот. Сэм присел на постель, рядом со стулом, на котором стояло ведерко.

Барбара устроилась рядом с ним. Ее бокал был уже почти пуст. Она провела ладонью по руке Сэма, потом по сержантским нашивкам.

— Ты был в форме — очень подходящий наряд для жениха. — Она поморщилась. — Выходить замуж в льняной блузке и брюках из хлопчатобумажной саржи… я и представить себе такого не могла.

Он обнял ее за талию, затем осушил свой бокал и вытащил бутылку из ведерка со снегом. В ней осталось достаточно шампанского, чтобы вновь наполнить бокалы доверху.

— Не стоит беспокоиться из-за ерунды. Есть только один подходящий наряд для невесты в первую брачную ночь. — Он протянул руку и расстегнул верхнюю пуговицу блузки.

— Да, это самый подходящий наряд не только для невесты, но и для жениха, — ответила Барбара и попыталось расстегнуть одну из пуговиц на его куртке. Когда у нее ничего не получилось, она рассмеялась. — Видишь, мне не следовало пить шампанское. Теперь я не могу переодеть тебя из военной формы в форму жениха.

— Сегодня мы никуда не торопимся, — успокоил ее Сэм. — Уж как-нибудь справимся. — Он сделал несколько глотков и с уважением посмотрел на бокал. — Шампанское действует на меня как-то особенно. А может быть, дело в компании.

— Ты мне нравишься! — воскликнула Барбара. Почему-то — возможно, из-за шампанского — ей показалось, что так звучит лучше, чем «я люблю тебя».

— Хочешь, я задую свечу, — спросил Сэм немного позже.

Барбара задумалась.

— Нет, пусть горит, если только ты не хочешь, чтобы этой ночью царил настоящий мрак.

Он покачал головой.

— Мне нравится на тебя смотреть, милая. — Барбара не была голливудской звездой: чересчур худая и угловатая, и, если уж быть честным до конца, не слишком хорошенькая. Однако в намерения Сэма вовсе не входило быть честным до конца. Для него она всегда выглядела замечательно.

Он провел ладонями по ее груди, а потом одна рука скользнула вниз, к животу. Барбара потянулась и заурчала, совсем как довольная кошка. Сэм коснулся губами соска, и Барбара прижала его голову к груди.

После того, как губы Сэма повторили путь, который ранее проделала рука, Барбара потерла внутреннюю поверхность бедра.

— Жаль, что у нас нет лезвий, — насмешливо пожаловалась она. — Щетина царапается.

Сэм нежно коснулся ее тела, и Барбара прерывисто вздохнула.

— А мне казалось, тебе нравится, — с улыбкой заметил Сэм. — Мне надеть резинку сейчас?

— Подожди. — Она села, наклонилась над ним и опустила голову.

Первый раз Барбара делала это без его просьбы. Ее волосы щекотали бедра Сэма.

— Пожалуйста, не торопись, еще немного, и мне не понадобится резинка.

— А ты бы так хотел? — спросила она, глядя на него сквозь рассыпавшиеся волосы.

Она все еще держала его. Он ощущал ее легкое дыхание. Искушение было велико, однако, Сэм покачал головой.

— Только не в нашу первую брачную ночь. Как ты уже говорила, все должно быть в лучшем виде. А это мы оставим на потом.

— Ладно, давай сделаем что-нибудь другое, — не стала спорить она и улеглась в постель.

Сэм наклонился и достал презерватив из заднего кармана брюк. Но прежде чем он успел вскрыть пакетик, Барбара взяла его за руку и сказала:

— Подожди. — Он недоуменно посмотрел на нее. — Я знаю, тебе эта штука не нравится. Не надевай ее сегодня. Если мы хотим, чтобы все получилось в лучшем виде, она нам только помешает. Ничего страшного не случится.

Сэм бросил презерватив на пол. Ему действительно они не нравились. Он надевал их только потому, что так хотела Барбара; к тому же, он прекрасно понимал, почему она боится забеременеть. Но если она готова рискнуть, он не против.

— Да, без галош гораздо лучше, — сказал Сэм и вошел в нее. — О Боже, и правда! — Их губы встретились, но они даже не пытались ничего сказать друг другу — во всяком случае, при помощи слов.

— Я всегда говорила, что ты настоящий джентльмен, Сэм, — заметила Барбара, когда он откатился в сторону. — Всегда опираешься на локти. — Он фыркнул. — Только не уходи сейчас.

— Без тебя я никуда не собираюсь. — Он обнял ее и прижал к себе.

Барбара поерзала, устраиваясь у него на груди. Сэм любил, когда она так делала. В некотором смысле, это было чем-то более интимным, чем занятия любовью. Можно заниматься любовью и с незнакомкой; что он и делал не раз в маленьких публичных домах во время бесконечных турне по провинциальным городкам. Но вот так обниматься с кем-нибудь — совсем другое дело.

Казалось, Барбара подслушала его мысли.

— Я люблю тебя, — сказала она.

— Я тоже тебя люблю, милая. — Сэм еще крепче прижал ее к себе. — Я рад, что мы поженились. — Ему вдруг показалось, что он произнес самые подходящие слова для сегодняшней ночи.

— И я тоже, — призналась Барбара и провела ладонью по его щеке. — Хотя ты и небрит, — добавила она. Он напрягся, готовясь перехватить ее руки: иногда она любила в шутку ткнуть его под ребра. Однако Барбара неожиданно стала серьезной. — Ты сегодня произнес замечательный тост. «Жизнь продолжается»… Иначе и быть не может, правда?

— Да, я уверен. — Иджер не знал, спрашивает Барбара его, или пытается убедить в этом себя.

Барбара все еще часто вспоминала своего пропавшего мужа. Скорее всего, он погиб, но все же…

— Ты правильно смотришь на вещи, — все так же серьезно продолжала Барбара. — Жизнь далеко не всегда бывает очевидной, да и порядка ей часто не хватает; все спланировать заранее просто невозможно, события иногда развиваются самым неожиданным образом. И случается такое…

— Да, конечно, — кивнул Иджер. — Война заставила весь мир сойти с ума, а потом еще появились ящеры…

— Это крупные события, — перебила его Барбара. — Ты прав, они действительно влияют на весь мир. Но маленькие, казалось бы, совсем незначительные, тоже могут направить твою жизнь совсем в другую сторону. Все читают Чосера в школе, но мне он показался поразительным писателем. Я заинтересовалась временем, в котором он жил, и людьми, писавшими одновременно с ним… и в результате поступила в Беркли, где изучала средневековую литературу. Если бы я туда не попала, то не встретила бы Йенса и никогда не перебралась бы в Чикаго… — Она наклонилась и поцеловала Сэма. — И мы с тобой не познакомились бы.

— Маленькие события, — повторил Иджер. — Десять, одиннадцать лет назад я выступал за команду Бирмингема в лиге А-1, второсортной даже среди мелких лиг. Я был тогда молод, играл очень неплохо и мог попасть в высшую лигу. Так бы и произошло, но в середине сезона я сломал ногу. Я потерял год, а когда нога зажила, все изменилось. Мне не удалось найти себе другого занятия, хотя я прекрасно понимал, что у меня больше нет никакой перспективы. Вот тебе и маленькие события.