Невеста на удачу, или Попаданка против! - Ирмата Арьяр

Впрочем, стоило Шой заговорить со мной, как все опасения выветрились: существо с такой добротой в голосе и взгляде просто не может оказаться вероломным отравителем.

— Темные Небеса! — всплеснула она мощными руками, когда дворецкий представил нас друг другу. — Такая молоденькая — и в экономки такого чудовищного — да-да, чудовищного замка? О чем только думал наш хозяин?! Небось у него ум от злости помутился, что невесту похитили треклятые мои сородичи, чтоб им до конца ночей икалось! Иди сюда, милая мэйс. Ох, до чего худенькая-то! Ну ничего, тетушка Шой это дело поправит. А вы чего рты разинули? — напустилась она на кухонную челядь, забывшую о работе. — А ну, за дело, изверги ушастые, а то я вам такое проклятие нашлю, сорок дней из сортира не выйдете!

Видимо, слов на ветер Шой не бросала. Поварята тут же с визгом разбежались, женщины сразу отвернулись к столам и взялись за ножи и поварешки. А грозная шеф-повариха, наведя порядок, взяла тарелку, шлепнула туда черпак каши и скомандовала:

— А вы, госпожа экономка, садитесь-ка за тот стол! — И она показала на длинный стол у самой двери, отгороженный легкой решетчатой перегородкой от кухни.

— Мне бы только умыться с дороги, мэйстрес Шой.

— Да какая же из меня мэйстрес! — фыркнула демоница. — Меня тут все кличут тетушка Шой, и вы не побрезгуйте, госпожа экономка. Сейчас покажут вам, где можно умыться и все прочее, — понимающе подмигнула кухарка, вогнав меня в краску. Это только в дамских романах девицы в уборные не ходят, а меня уже давно поджимало. Шой обвела орлиным взором свое царство, гаркнула: — Белинка, поди сюда!

На зов подбежала невысокая девчушка лет пятнадцати, небрежно поклонившись, подняла веснушчатую мордашку и с обожанием уставилась в некрасивое лицо поварихи.

— Проводи госпожу экономку к уборным да прислужи как следует, не опозорь нас, — приказала ей Шой. — Из самой столицы мэйс Вирт приехала!

— А туда — из глухой приграничной деревни, — не дала я сделать из себя столичную штучку. А то я не знаю, с каким подозрением на периферии относятся к столичным! Это универсальный социальный закон вселенной.

Шой одобрительно кивнула, и я вдруг почувствовала, как изменилась атмосфера на кухне: стала мягче, душевнее и свободнее. Исчезла нервная неловкость движений помощниц кухарки, а улыбка на некрасивом лице Шой из вежливой стала радушной. Интересно, за кого они меня приняли?

— Идемте, мэйс, — пискнула Белинка и понеслась не к той двери, через которую мы вошли, а на другой конец огромного помещения. Я едва поспевала за этой прыткой козой.

В уборной порадовало подобие унитаза и водопровода. В фамильном особняке Тиррины удобства были более скромные, словно и не маги там жили несколько поколений.

— Позвольте спросить, госпожа, — замялась девчушка, когда подавала мне полотенце.

— Спрашивай, Белинка.

Служанка сделала глубокий вдох, но замерла, часто-часто моргая рыжими ресницами, а потом резко выдохнула:

— Нет, не могу. Не могу выбрать, что спросить! У меня тысячи вопросов, как иголки язык колют. Простите, госпожа!

— Например, каких? — Я тянула время и неспешно вытирала каждый палец, с подозрением осматривая каждый ноготок.

— Например, правда ли, что снаружи… ну там, в мире за стенами… небо голубое?

— А тут оно какое? — удивилась я и повернула голову к единственному узкому окну. Но оно было забрано цветным витражом, изображавшим скалу и водопад.

— Тут оно золотое. Мамка говорит, что наше небо выковано из чистого золота, а не падает потому, что его с той стороны держат улетевшие на Темные Небеса души всех Воронов Орияр-Дерта.

Странно, почему я ничего не заметила, попав внутрь второй крепостной стены? А ведь я разглядывала купола и шпили на фоне неба, и теперь не могла вспомнить, какого оно было цвета!

— Может быть, и так. — Я не стала подвергать сомнению сказки незнакомой женщины. — На самом деле небо в мире всегда разное. По утрам в безоблачную погоду оно тоже бывает золотистым и переливается, как шелк. На закате порой горит как самое настоящее красное золото. А поздним вечером оно становится темно-синим бархатом, усыпанным звездами.

— Как это, наверное, красиво! — вздохнула девочка. — А у нас совсем нет звезд, и небо ночью ужасное: темно-багровое, как свежий синяк.

Брр, ну и воображение у девчонки!

— Звезды есть всегда. Они тут просто невидимы, но они точно есть. Идем, Белинка, а то тетушка Шой рассердится. Я разрешаю тебе задавать мне любые вопросы, какие хочется, но с условием: вопрос на вопрос, а ответ на ответ. Идет?

— Идет! — заулыбалась девчушка.

А я оказалась в точности в ее положении: тысячи вопросов просились на язык, но я задала, как мне показалось, нейтральный:

— А тут всегда так пусто в замке? Я еще не видела ни одного слуги и ни одной горничной, только дворецкого, да вот вас на кухне.

Белинка помрачнела, поморщилась.

— Подождите, насмотритесь еще. Дядюшка Энхем… ну, дворецкий наш, мэйстр Чесс, слуг по делам разогнал. А горничные… Те, что остались, — наверху ваши комнаты прибирают да покои пропавшей невесты чистят от венков свадебных, лент и цветов. Или уже свои каморки моют, а то без домоправительницы они совсем… Ну, не до того девушкам. Замок большой, работы много, устают, — смутилась девчонка, не желая ябедничать, но и сдерживаться, видимо, не в силах. — Граф-то в крыло прислуги ни разу не ступал, а мэйстр Чесс давно рукой махнул. Ему лишь бы в парадной и хозяйской части замка был порядок.

Очень ценный ребенок, хмыкнула я про себя. И видно, что хочет понравиться госпоже экономке, но зуб на кое-кого из женской прислуги имеет. Все как обычно в любой женской тусовке.

— А кто среди служанок главный, пока домоправительницы не было? — спросила я.

— Старшая горничная, конечно, — стрельнули на меня хмурые зеленые глазки. — По правде, и она сама, и мы все ждали, что лорд Дэйтар экономкой поставит мэйстрес Тимусию, но она уже старая и в цифрах путается.

А вот это плохо. Наверняка женщина ревновать будет.

— А кто неформальный лидер у девушек? То есть — заводила? Кого тут побаиваются больше, чем старшую горничную?

— Лин Игви, — как-то сухо и тускло ответила Белинка.

Я не успела спросить, в какой должности служит эта Лин, — мы достигли дверей, хотя двигались просто черепашьим шагом.

Дворецкого в кухне уже не было. Зато за время моего отсутствия со стола исчезла тарелка с кашей и появились куда более аппетитные блюда: наваристый суп, ароматное мясо с овощами и целых три вида сладкого. Другое дело. Могут ведь! Вот только чем вызвана такая щедрость?

— Так вы из приграничной деревни, а в столице проездом, мэйс Вирт? — спросила кухарка, стоило мне взяться за ложку.

Я кивнула. Но пытка «видит око, да зуб неймет» продолжалась.