Мертвый ноль - Макс Фрай

– Ого! – присвистнул я.

– Ну, это обычное дело, – беззаботно сказала леди Сотофа. – В ту пору нас многие проклинали – и Орден Семилистника, и меня лично, и старого Короля, и весь город; к счастью, мало у кого получалось хоть что-то путное, а то бы мы с девочками вообще больше ничего делать не успевали. Я на Мараю зла не держу. Ее единственный сын – собственно, дед Кайрены – погиб, случайно оказавшись в трактире, где выясняли отношения Младшие Магистры Ордена Дырявой Чаши и, кажется, Посоха в Песке; впрочем, насчет второго не уверена. Давно дело было. Да и неважно это теперь. Важно, что новая начальница полиции единственная в семье пошла в прабабку. И унаследовала ее тетрадку с секретами, оставленную какому-то доверенному дереву с напутствием: если однажды в нашем роду появится толковая девчонка, способная тебя услышать, можешь ей это отдать.

– Получить прабабкину тетрадку от ее же доверенного дерева – это вызывает уважение, – кивнул я. – Интересные они, получается, люди, эти лесные колдуны. Я же о них совсем ничего не знаю. Никогда раньше их не встречал… Хотя стойте, была же муримахская ведьма! Живет в лесу, совершено одна, в жуткой развалюхе. Объяснила, что не может покинуть свой ветхий дом, потому что уже очень стара, но остается молодой, пока живет в его стенах, дом дает ей силу. И такие интересные фокусы нам в этом доме показывала – до сих пор удивляюсь, как ее не пришиб^[10].

– Ты же про Илку сейчас говоришь? – усмехнулась леди Сотофа. – Я с нею не знакома, но о ее, как ты говоришь, «интересных фокусах», наслышана. Что ж, значит, некоторое представление о предмете у тебя есть. На Муримахе, по моим сведениям, сейчас живет, как минимум, дюжина довольно могущественных старых крэйских ведьм и колдунов. Не говоря уже о том, что в каждой второй семье там найдутся какие-то свои секреты и заговоры… Но речь сейчас не о том. Я только и хотела сказать: не будь слишком строг к Кайрене. Возможно, время покажет, что она вполне ничего.

– Одного факта, что вы за нее вступаетесь, достаточно, чтобы признать ее незаурядной персоной, – улыбнулся я. – Вы меня за этим позвали? В смысле провести воспитательную работу, чтобы я не обижал хорошую девочку? Нас с вами можно поздравить: по такому пустяковому поводу мы, кажется, еще никогда не встречались. Похоже, жизнь и правда налаживается, причем вся, в целом, а не только лично моя.

– Не передергивай, я позвала тебя допить мою камру, – строго сказала Сотофа. – А Кайрена просто к слову пришлась. Я совсем о другом хотела с тобой поговорить.

Вообще леди Сотофе Ханемер не свойственно нарочно делать паузы в разговоре, чтобы заставить собеседника терзаться от любопытства и, таким образом, получить все его внимание целиком. Ей это ни к чему, ее и без того слушают так внимательно, словно от этого зависит жизнь, даже если речь идет о погоде.

Но на этот раз Сотофа надолго умолкла, видимо собираясь с мыслями. Я ее не торопил, хотя, конечно, извелся. И заранее перепугался: что на этот раз стряслось? Все-таки слишком близко принимаю к сердцу благополучие этого Мира, поэтому полного спокойствия мне не светит ни при каких обстоятельствах: Мир велик и разнообразен, с ним каждый день что-нибудь да не так.

– Если ты сейчас спешно прикидываешь, какая из тысячи мыслимых бед стряслась или вот-вот собирается, можешь не изводиться, – наконец сказала леди Сотофа. – Ничего у нас не случилось. Извини, если напугала. Просто привыкла иметь дело с людьми, у которых нервы покрепче твоего. Джуффин всем возможным проблемам заранее радуется, а моих девочек просто ничем не проймешь.

От облегчения я допил свою камру залпом, как будто она была дешевым поддельным бомборокки. И спросил:

– Значит, вы хотели поговорить со мной о том, чего не случилось? И не случится никогда?

– Именно так, – кивнула леди Сотофа. – Не случилось, но при этом все-таки не дает мне покоя. Ты уже видел шиншийских принцесс, сэр Макс?

– Видел нескольких, – кивнул я. – Издалека. Специально к ним не присматривался. Шурф говорит, их соседство очень приятно, как будто на берегу моря сидишь. А на первый взгляд, девчонки как девчонки. Со смешными прическами из нескольких дюжин косичек, в таких широченных штанах, что наверное приходится специально учиться ходить в них, не спотыкаясь… А больше ничего я пока не углядел. Не до того было. Я, понимаете ли, как раз осваивал шиншийский уладас, а он мне никак не давался. Я с него даже пару раз упал, просто промазал при приземлении. Счастье, что мне хватило ума заранее изменить внешность, а то вышел бы несмываемый позор. Впрочем, потом я к этому грешному уладасу все-таки приноровился. В смысле сообразил, что прыжок надо сочетать не с тем заклинанием, от которого приподнимаешься над землей, а с тем, которое замедляет падение с большой высоты. И вот тогда дело пошло! Жаль, вы не видели. Вы бы мною гордились, клянусь.

Леди Сотофа слушала меня с неподдельным изумлением. Похоже, об этом моем подвиге ей сплетники не донесли. Значит, я очень удачно изменил внешность. А еще более удачно ее изменил сам Великий Магистр Ордена Семилистника. Мой друг в этом деле мастер, не хуже сэра Кофы. И очень предусмотрительно до поры до времени от всех свой талант скрывал, так что теперь никому и в голову не придет подозревать столь важную персону в безобразных выходках, на которые я его периодически подбиваю, ему же на радость. Если бы не последнее обстоятельство, я бы не стал.

Я решил не добивать леди Сотофу этим шокирующим признанием. Вместо этого поспешно сказал:

– В общем, на шиншийских принцесс я взглянул только мельком. До настоящего «видел» пока не дошло.

– Ясно, – кивнула она. – Так вот, ты к ним, пожалуйста, присмотрись. Внимательно, а не на бегу. И не во время прыжков на уладасе. И не к одной, а хотя бы к нескольким, чем больше, тем лучше. Мне интересно твое мнение как эксперта…

– По красоткам? – невозмутимо уточнил я.

– Да какой из тебя, к Темным Магистрам, эксперт по красоткам! – расхохоталась леди Сотофа. – Слезы одни.

– Ну, не настолько все плохо…

– …а еще хуже! – подхватила она. И уже серьезно добавила: – Понятия не имею, что ты в них углядишь и углядишь ли вообще. Но мне интересно. Хочу разобраться, что они собой представляют. И как-то пока не пойму.

– Правда, что ли? – удивился я. – Вы меня не разыгрываете? Всегда был уверен, что для вас разобраться в людях, тем более, в девчонках – вообще не вопрос.

– То-то и оно, что в людях, – с нажимом сказала леди Сотофа.

– А принцессы – что, не?..

– Сложно сказать, – вздохнула она. – С одной стороны, девчонки как девчонки. С другой, существует удивительный эффект их присутствия, о котором тебе говорил Шурф; собственно, именно это делает принцесс незаменимыми для шиншийского халифа, без своей ближней свиты он бы сидел взаперти, общаясь только с доверенными слугами, как бедняга Цуан Афия^[11]. С третьей стороны, их загадочное происхождение…