Давший клятву - Брендон Сандерсон

Он не чувствовал Буреотца. Не видел пейзажа внизу. Просто мерцающие цвета и облака, которые растворялись, превращаясь… в свет.

Потом Каладин увидел человека. Далинара Холина, который стоял на коленях в каком-то темном месте, окруженный девятью тенями. И вокруг него вспыхивали красные глаза.

Защитник врага приближался. В тот момент Каладин понял – это ощущение переполнило его, – что князь в ужасной, ужасной опасности. Без посторонней помощи Черный Шип обречен.

– Где?! – заорал Каладин свету, когда тот начал меркнуть. – Когда?! Как мне с ним связаться?!

Цвета поблекли.

– Прошу!!!

Он увидел вспышку – и смутно знакомый город. Высокий, выстроенный вдоль скал, с необычным расположением зданий в центре. Со стеной и океаном по другую сторону.

Каладин упал на колени в комнате предсказателя. Шинец сбил его руку со светящейся сферы.

– …сказателей вроде меня. Ты ее испортишь или… – Он осекся, схватил Каладина за голову и развернул к себе. – Ты что-то увидел?!

Каладин слабо кивнул.

– Как? Невозможно. Разве что… в тебе есть Инвеститура. Насколько ты возвысился? – Он прищурился, рассматривая Каладина. – Нет. Дело в другом. Милосердный Доми… Связыватель потоков? Все началось заново?

Каладин с трудом поднялся. Взглянул на сферу, которую смотритель маяка опять накрыл черной тряпкой, а потом прижал руку ко лбу, ощущая, как внутри пробуждается пульсирующая боль. Что это было? Его сердце все еще беспокойно колотилось.

– Я… я должен вернуться к друзьям, – пробормотал он.

Каладин сидел в главной комнате маяка в кресле смотрителя-шинца. Шаллан и Адолин вели переговоры с Риино по другую сторону комнаты, Узор нависал над плечом Шаллан и заставлял предсказателя нервничать. У смотрителя были продукты и товары для продажи, хотя это стоило бы им заряженных сфер. По-видимому, буресвет был единственной ценностью, которая имела значение на этой стороне.

– Шарлатаны, подобные ему, не редкость там, откуда я родом, – заметила Азур, сидевшая на полу, спиной к стене, рядом с Каладином. – Люди, которые утверждают, что способны видеть будущее, и живут за счет чужих надежд. Ваше общество правильно поступило, запретив это. Спрены действуют схожим образом, поэтому такие, как он, вынуждены жить в глуши, надеясь, что люди в отчаянии придут к нему. Вероятно, он что-то зарабатывает с каждого корабля, который проходит мимо.

– Азур, я кое-что увидел. – Каладин все еще дрожал. – И это было реально.

Его руки и ноги обессилели, как будто он долго таскал тяжести.

– Может быть, – согласилась она. – Эти типы используют пыль и порошки, которые дарят эйфорию, заставляя думать, будто ты что-то видел. Даже боги моей земли видят только проблески духовного мира – и за всю свою жизнь я встречала лишь одного человека, который, как я считаю, действительно понимал тот мир. И человек, возможно, на самом деле бог. Я точно не знаю.

– Шут, – понял Каладин. – Тот, кто принес металл, позволивший тебе защитить духозаклинатель.

Она кивнула.

Но Каладин действительно видел Далинара…

Подошел Адолин и вручил Каладину плоский металлический цилиндр. Затем с помощью какой-то штуковины, которую предоставил шинец, взломал верхнюю часть. Внутри был рыбный паек. Каладин потыкал кусочки пальцем, потом изучил посудину.

– Консервы, – объяснила Азур. – Очень удобно.

Желудок Каладина заурчал, так что он набросился на еду, орудуя ложкой, которую дал Адолин. Рыба была соленая, но вкусная – куда лучше духозаклятой еды. Шаллан присоединилась к ним в сопровождении Узора, а смотритель маяка побежал за припасами, которые они выторговали. Мостовик бросил взгляд на дверной проем, где застыла спрен-клинок Адолина, молчаливая точно статуя.

За окном Каладин увидел Сил: она стояла на берегу и смотрела на бисерное море. «Здесь ее волосы не колышутся», – подумал он. В физическом мире они часто развевались, словно на невидимом ветру. Здесь же были неотличимы от человеческих волос.

По какой-то причине она не захотела войти в маяк. С чего вдруг?

– Смотритель уверен, корабль может прибыть в любой момент, – сказал Адолин. – Мы должны купить право проезда на борту.

– Мм… – протянул Узор. – Корабль направляется в Селебрант. Город на острове.

– На острове?

– С нашей стороны это озеро, – объяснил Адолин. – Точнее, море Копий на юго-востоке Алеткара. Недалеко от… руин Раталаса. – Он поджал губы и отвернулся.

– Что? – спросил Каладин.

– В Раталасе убили мою мать. Повстанцы подослали к ней убийцу. Ее смерть привела отца в ярость. А потом он так отчаялся, что мы едва его не потеряли. – Адолин покачал головой, и Шаллан прильнула к его плечу. – Об этом… неприятно думать. Садеас в отместку сжег город до основания. У моего отца делается такое странное, отрешенное лицо, когда кто-то упоминает Раталас. Мне кажется, он винит себя за то, что не остановил Садеаса, пусть в тот момент и обезумел от скорби, был ранен и утратил способность мыслить здраво после покушения на собственную жизнь.

– Итак, на этой стороне есть город спренов, – уточнила Азур. – Но направление неверное. Нам надо на запад – к Пикам Рогоедов, – а не на юг.

– Мм… – снова вмешался Узор. – Селебрант – важный город. Там мы сможем отыскать корабли, идущие куда угодно. А смотритель маяка не знает, когда здесь появится корабль, следующий нужным курсом.

Каладин отложил свою рыбу, а затем махнул Шаллан:

– Можно мне бумагу?

Она позволила ему взять лист из альбома. Принц неумелой рукой нарисовал здания, которые успел разглядеть в тот миг, когда… увидел то, что увидел. «Я видел эту картину раньше. С высоты».

– Это город Тайлен, – узнала Шаллан. – Верно?

«Правильно», – подумал Каладин. Он посетил Тайлен только один раз, когда открывал городские врата.

– Мне явилось это в видении, которое я пересказал вам. – Он взглянул на скептически настроенную Азур.

Каладин все еще мог чувствовать свои эмоции от видения, зудящее беспокойство. Уверенность в том, что Далинар в серьезной опасности. Девять теней. Защитник, который возглавит вражеские силы…

– Клятвенные врата в Тайлене открыты и работают, – напомнил Каладин. – Мы с Шаллан об этом позаботились. И поскольку врата в Холинаре перенесли нас в Шейдсмар, теоретически другие – не затронутые Несотворенной – могут вернуть обратно.

– Это если я разберусь, как они работают на этой стороне, – заметила Шаллан. – Довольно пугающее предположение.

– Мы должны попытаться достичь Перпендикулярности в Пиках, – возразила Азур. – Вот единственный верный путь назад.

– Смотритель маяка считает, что там происходит нечто странное, – сообщила Шаллан. – Корабли с той стороны не прибывают.