Второй шанс. Книга 1 - Юлия Ляпина

Утром Инира очень внимательно наблюдала за тем, как сонный, бурчащий граф усаживается в карету. Он демонстративно прижимал к груди сундучок из пробкового дерева, окованного серебром. В таких шкатулках состоятельные люди любили хранить украшения, драгоценности и ценные бумаги.

На тонкой металлической цепочке перевитой лентой покачивалась алая печать. Не гномья.

Сзади подошел мрачный Сигизмунд:

– Когда будешь вытряхивать его светлость из кареты?

– Как только съедем с тракта на проселок, – Инира ехидно улыбнулась, поглядывая на резной ящик на колесах. И понизила голос: – Подозреваю, что те добры молодцы, которые караулили нас у леса, никуда не делись.

– Предупрежу Кварта, – кивнул Сиг, – пусть приготовить парочку сюрпризов.

На том они и разошлись.

Графиня села в карету вместе с мужем и пригласила наемницу присоединиться к ним. Инира вежливо отказалась. Догадывалась, что маска наивной барышни с проницательной дамой не пройдет:

– Простите, ваша светлость, но мои люди нуждаются в руководстве.

Графиня недовольно сморщила нос, но не стала настаивать. Ини сдержанно усмехнулась, перед отправлением она постаралась старательно потоптаться у конюшни, теперь ее сапоги пахли достаточно сильно, чтобы заставить чувствительный нос графини сморщиться.

Заранее проглоченная конфетка мамаши Купы убедила Иниру, что алмазы на месте, в камзоле Фредди. Девушка плавно покачивалась в седле и размышляла: получалось, что настоящие камни все же привезут в столицу и заказчика стоит искать именно там. Последние сомнения в высоком положении неизвестного покровителя графа Бедсфорда отпали.

К западной границе владений Бедсфордов ехали больше двух часов. Отмытая за ночь карета мягко покачивалась на подтянутых рессорах. Замазанные воском сколы благородного темного дерева поблескивали на солнце, а сытые лошади бежали, красуясь свежими султанчиками, пряжками на сбруе и попонами фамильных цветов.

На границе граф с графиней церемонно распрощались. Едва двуколка с фамильным гербом укатила, как девушка подобрала повод и склонилась из седла к окну кареты:

– Ваша светлость, сейчас мы свернем на проселок, карета там не пройдет.

– Что? – Фредди вскинулся. Видимо, прощание с супругой вызвало в нем горячее желание поругаться.

Инира еще раз повторила про ужасы проселочной дороги, напоминая о попытке нападения грабителей.

– Ерунда! – делано легкомысленно отвечал граф. – Это были мелкие разбойники! И вообще, за что я плачу вам? – патетически возопил он, воздевая указательный палец. – Плачу огромные деньги!

– Что ж, я вас предупредила, – пожала плечами девушка и не стала напоминать Фредди, что платит наемникам не он, а город по поручению короны.

Не успели они отъехать от границы графских владений на четыре мили, как под копытами лошадей взвилась тонкая красноватая пыль. Кучер коротко вскрикнул и замахал руками, а несчастные лошади сорвались в галоп.

Сиг моментально прикрыл рот и нос шейным платком, его примеру последовали остальные наемники: на дороге рассыпали смолотые в пыль стручки жгуче-дерева. Прием старый, но действенный.

Кучер повозки успел спрыгнуть с облучка и вместе с Квартом перехватить поводья.

Карета умчалась уже далеко, но Инира жестом остановила Сигизмунда. Шепнула:

– Подождем. Сферу внутри кареты я поставила, Фредди не пострадает, но если мои подозрения верны, будет интересно.

И точно! Не успели путники успокоить коней и осторожно, обочиной провести их дальше красного пятна, как в той стороне, куда умчалась карета, раздались крики, свист и топот копыт. Амулет, с которого Инира запитывала сферу, нагрелся и дрогнул.

Побледневший камердинер заспешил по дороге в своих смешных туфлях с пряжками. Девушка с прищуром посмотрела на него: похоже, верный слуга имел амулет, помогающий отслеживать местонахождение и состояние хозяина.

Карету нашли в канаве. Оглушенный кучер тихо стонал, пытаясь подняться с земли. В одной лошади торчала короткая стрела, другая жалобно ржала, пытаясь встать. Уцелевшие четыре лошади стояли, мелко вздрагивая и прядая ушами.

Кварт запрыгнул на карету и заглянул внутрь:

– Живой, – с облегчением сказал наемник. – Ини, как доставать будем?

– Ранен? – девушка спешилась и потянулась к кошелю с лечебными заклинаниями.

– Вроде нет, но смердит сильно, – в голосе парня слышалась усмешка.

– Кинь ему веревку, пусть выбирается, – постановила наемница и уточнила: – мы пока кучеру поможем.

Сигизмунд уже склонился над лежащим дядькой и осторожно ощупывал его голову:

– Шапка спасла, – сказал он негромко. – Но о землю ударился сильно.

Девушка присела рядом на корточки и заглянула мужику в глаза. Его зрачки неравномерно реагировали на свет, белки покраснели. Пострадавший не мог двигаться, его мутило.

Пришлось срочно извлечь листочек с лечебным заклинанием и налепить его кучеру на лоб. Глаза бедняги закатились, но он задышал ровнее, а на листочке проступили красные точки: одна, две, три…семь!

– Неделю лежать мужику, – констатировал Сиг и, тяжело вздохнув, подошел к лошадям.

Пробитая стрелой гнедая с белыми чулками на бабках уже не шевелилась, а вот вторая кобыла, получившая, очевидно, удар каретой, все еще билась в агонии, вызывая у Иниры жалость.

Мучения животного следовало прервать и телохранительница молча кивнула напарнику. Сигизмунд не подвел: вынул длинный кинжал и вскрыл лошади яремную вену. Фонтан крови, хрип и жалобное ржание товарок и пострадавшая лошадь затихла.

Кварт к тому времени вытащил из кареты графа, сжимавшего в руках ручку от шкатулки с камнями.

– Ваша светлость, дальше придется ехать верхом. Карету нужно чинить, да и кучер ваш пострадал, – обратилась Инира к Фредди, стараясь не морщиться от специфического запаха. – Похоже, грабителям удалось напугать его всерьез. – Двигаться дальше можно только тайными тропами.

– Но мой груз! – вытаращив глаза, Фредди потряс зажатой в руке полоской кожи.

– Вам все равно нужно в столицу, – мягким тоном напомнила ему телохранительница, – необходимо срочно доложить о происшествии. Разве нет?

– А-а-а, да… Вы правы, – Фредерик Константэйн быстро приходил в себя и прокручивал в голове варианты.

Получалось, что телохранители – свидетели ограбления, и предательство покровителя лично ему, графу Бедсфорду, только на руку.

– Да-да, нужно ехать в столицу, и рассказать Его Величеству об ограблении! – Тут граф скорчил печальную рожу. – Возможно, он простит меня, своего верного слугу! – патетически восклицал Фредди и даже попытался пустить слезу, пока камердинер готовил для хозяина смену одежды.