И имя мне - легион - Владимир Мясоедов

Через сутки я задумался о том, не продырявить ли в галере днище. Через двое присмотрел для этой цели здоровенный топор у одного из гномов. Эти подгорные жители, чтоб им до берега вплавь добираться, подошли к гребле на галере как к своим любимым горным работам. Разделились на три смены и гребут часов по восемь. А чего им? После того как они в забоях махали кирками, поднимать и опускать весла да еще на свежем воздухе — это для них необходимое упражнение для подержания формы. Зато теперь я наконец узнал, отчего на самом деле происходят землетрясения. Это гномы в своих подземных царствах дают концерты, а камни от них в ужасе расползаются. На третий день я поймал себя на том, что всерьез прикидываю, как уцелеть при кораблекрушении… Шансы были неплохие: вдоль бортов и под лавками — повсюду лежали прямоугольные спасательные плотики, на которых при большом желании могло уместиться до трех человек. И было их явно больше, чем требовалось для спасения команды, так что драк за место точно не будет.

— Хей! — неслось над волнами.

— Хей! — Волны, накатывающие на корабль, дрожали от этого рева.

— Береговая охрана всплывает! — То, что вопль матроса-человека, который внимательно наблюдал за водной гладью, был услышан, иначе как чудом назвать нельзя.

— Хей! — по инерции пронеслось над галерой, но примерно половина весел в воду уже не вернулась.

— Гарпуны — товсь! — Команда капитана была воспринята на ура.

Корабль замер, продолжая идти вперед только по инерции, а каждый из гребцов достал из-под лавки по здоровенному дротику с примотанным к нему канатом. Гномы, которые в это время отдыхали, спешно вооружались, с видимым сожалением оставляя топоры и хватая здоровенные арбалеты, гарпуны и появившиеся непонятно откуда алебарды и копья. Они что, конную лаву посреди моря останавливать собираются?

— Как только подойдут поближе, цепляйте их! — Рев Глорина можно было услышать, по-моему, даже на материке. Не на Южном, так на Северном. — Не давайте им раскрутить карусель, иначе трети хирда точно каюк!

Интересно, что же это за береговая охрана такая, что так напугала гномов? Ой-е…

Из воды невдалеке от галеры с пугающей грацией и стремительностью поднималась вытянутая зубастая голова на длинной шее. Да не одна, их было много! Казалось, море забурлило от множества длинных и толстых тел, что окружали корабль. Морские змеи! Целый табун морских змеев!

С коротким «брямс!» от шлема капитана отлетела стрела. Не понял, это еще чего?! Откуда стреляют-то?!

— Кыш с палубы или хоть щит возьми! — рявкнул мне Глорин. — А еще лучше попробуй утопить этих дапштайнутых червяков вместе с их глортхнутыми наездниками!

— Далеко, не достану, — буркнул я и стал искать щит. К моему удивлению, гномы спешно закрывали себя теми самыми спасательными плотиками, наличию которых я так порадовался. Ну… в принципе не все ли равно, что это такое: спассредство или кустарный башенный щит? В любом случае, идея хорошая.

Одев Сардаса в энергетический доспех, я с любопытством принялся следить за разворачивающимся боем. Морские змеи, на спинах которых я разглядел что-то вроде седел, не бросались на таран, а просто кружили вокруг, не причиняя никакого вреда морякам. А вот сяньцы, которые удобно устроились на своих диковинных животных, обильно засыпали корабль стрелами. Гномы отвечали им короткими арбалетными болтами, но пока безрезультатно, для рептилий они были не страшнее булавок, а во всадника быстродвижущейся цели не так-то просто попасть.

Треснула ремнями баллиста, и большое копье угодило в бок одному из чудовищ. Морской змей немедленно скрылся под водой, впрочем, он и не думал тонуть: едва видимые контуры громадного тела спешно удалялись в сторону берега. Интересно, а всадник как? Наверное, он под водой дышать умеет. Да, почти наверняка так и есть, раз к «Улыбке фортуны» эти гигантские гады подкрадывались на глубине.

Один из змеев приблизился опасно близко к кораблю и тотчас поплатился за это. Около полудюжины гарпунов скользнуло по чешуе или плюхнулось в воду, но еще столько же застряло в плоти чудовища.

— Навались! — крикнул Глорин, впрочем, он мог и не командовать. Треть экипажа и без его подсказки вцепилась в тросы удачно попавших снарядов и теперь подтаскивала сопротивляющееся тело отчаянно извивающейся рептилии к борту, где уже столпилась компания подгорных воителей с длинными копьями. Всадник прыгнул в воду, но был почти мгновенно расстрелян, скончавшись даже раньше своего скакуна, которого в прямом смысле разделали, чтобы достать оружие.

— Морской замок всплывает! — Вопль матроса-наблюдателя, высунувшегося из своей будочки, прервался бульканьем. Стрела пробила ему глотку, и руки человека, схватившиеся за почему-то лишенное оперения древко, уже ничего не могли сделать с приближающейся смертью.

— Раненых ко мне! — вспомнил я о своих обязанностях целителя. Тому моряку я уже помочь не смогу, а вот если кто полегче есть, то попробую вытянуть.

И тут из воды почти у самого борта в прыжке взвилась туша морского змея. Сидевший на нем человек картинно взмахнул руками, и ослепительно-белый диск, отделившийся от него, стремительно понеся к горизонту, по пути уронив на палубу мачту, пропоров паруса и расчленив матроса, убирающего такелаж, на две фонтанирующие кровью части.

— Ходу отсюда! — приказал Глорин. — Их слишком много!

Но тут змеи бросились в таранную атаку. Гибкие, мускулистые тела ломали многометровые весла, как сухие ветки. Гномы уже практически в упор метали в них все, что только можно, не думая о такой мелочи, как возврат оружия, и сползали на палубу со стрелами, застрявшими в груди или на лице. Раненые сяньцы падали в воду, откуда вряд ли выплыли бы, даже имей они жабры, потому что на запах крови уже начали собираться акулы.

— Не трогать запасные весла! — пронеслась над палубой зычная команда. — До тех пор пока они не уберутся, мы лишь зря потратим время!

Одновременно на корме судна раздался жуткий треск, и новый сверкающий диск пронесся над головами выходцев с южного материка.

— Руль раздроблен! — донесся чей-то панический крик. — Мы лишились хода!

— Раненых ко мне! — снова подал я голос, впрочем, безрезультатно.

Гномам было не до меня. Притянутый к борту очень крупный морской змей требовал их внимания, лупя длинным хвостом по палубе и пытаясь поднять зубастую пасть выше уровня борта. Проткнутая длинными копьями сразу в двух десятках мест, гадина быстро перестала дергаться, и теперь из нее с матом и руганью пытались вырвать гарпуны. Впрочем, рептилия без боя не сдавалась. Два гнома имели пришибленный, а если точнее, слегка приплюснутый вид. На остром навершии шлема одного из них застряла гигантская чешуйка.

Вместе со своим импровизированным укреплением, в которое, кстати, уже вонзилась пара стрел, я добрался до них и призвал холод.

— Айейо, — не совсем членораздельно сказал один из них.

— Чего? — не понял я.

— Ребра болят, дышать нечем, — подсказал мне второй, у которого под неестественным углом болталась рука. — Его эта гадина прямо поперек ребер хлестнула, а потом еще и по голове приголуб…