Наемник - Вячеслав Кумин

– Кумулятивные, осколочные, зажигательные, даже управляемые ракетные снаряды есть…

– Я не знаю…

– Тогда осколочный.

– Давай, – согласился Макс, наконец вспомнив, какие ручки нужно вертеть.

Длинный ствол пушки поднимался неохотно, но Брюстер старался изо всех сил, так как через прицельную щель видел, что айманская установка уже приведена в боевое состояние и ее тоже наводят на цель.

– Кастор, помоги.

– Что делать?

– Поверни башню на десять градусов вправо, вот этой ручкой.

– Хорошо.

По неожиданно ожившему танку открыли бешенную стрельбу, и две мины уже сотрясли броню прямыми попаданиями, но она пока выдерживала простые снаряды. Тем не менее, новому экипажу приходилось нелегко, каждое попадание вызывало у них легкую контузию из-за отсутствия на них специальной формы, а главное, шлемов.

– Готово, – отчитался Мешко.

– И у меня, кажись… Стюарт?

– Уже давно.

Брюстер дернул рычажок, сильная отдача качнула танк, а внутри все заполнилось выхлопом взрывчатого вещества. Звон упавшей гильзы и взрыва прозвучал одновременно. Макс посмотрел на результат своей работы.

– Заряжай!

– Что?

– Мимо! Заряжай! – повторил Макс, бешено вращая ручки.

– Вот черт! – воскликнул Кастор.

– Что случилось? – спросил Брюстер, проверяя правильность прицела.

– Установка начала сгружать свой боекомплект! Скоро нас накроет!

– Заряжено!

Брюстер второй раз дернул за спуск. Снова толчок и падение гильзы.

– Аа… перелет. Стюарт заряжай!

Снова вращение ручек, только теперь Брюстер уже видел жуткие взрывы от установки залпового огня, видел, как ракеты вылетали из множества стволов, и эти стволы, не меньше сотни, медленно поворачивались на своем лафете, обеспечивая, таким образом, накрытие большей площади и изрыгая из себя каждую секунду здоровенный цилиндр, который в полете распадался на несколько частей, при падении сжигавших все дотла.

– Готово!

Выстрел. Максу показалось, что время остановилось, и он своим взглядом управляет движением снаряда, так медленно тот летел. Взрыв. Слишком мощный взрыв для танкового снаряда. Пламя поднялось высоко вверх, и Брюстер увидел, как расходится фронт взрывной волны, как вверх взмывают несколько ракет от разорванной установки и, падая вокруг, накрывают своими взрывами айманские позиции, сметая их как пушинки.

– Ураа… – крикнул Мешко. – Мы всех победили!

– Да уж, – проворчал Брюстер. – Если мы всех победили, то какого хрена они здесь делают?

– Ты это о чем?

Вместо ответа Макс Брюстер показал на бойницу по правому борту танка. Через смотровую щель было видно, как в небе показалось два десятка воздушных целей.

– Ну, это не проблема, – возразил Стюарт.

– Ты это о чем? – в свою очередь удивился Макс.

– Посмотри налево.

Там этих точек была тьма тьмущая, так что айманские истребители предпочли за благо отступить. Но перед этим они спустили все свои ракеты и лишь потом, развернувшись, умчались прочь. Только, как оказалось, уцелевшие защитники окончательно и бесповоротно разрушенной станции не собирались сдаваться без боя. Но и они уже не могли что-либо противопоставить наступающим.

«Лихтнинги» с «Коршунами» окончательно перепахали все, что хоть как-то могло сойти за оборонительные позиции, сгружая туда и ракеты, и бомбы, а если считали нужным, то и расстреливали из пушек. Такое море огня продолжалось минут пять.

По броне несколько раз постучали.

– Выползайте, герои. – Это был капитан Шенкс. Когда все вылезли, добавил: – Трехдневный отдых вам обеспечен, и, кроме того, я походатайствую, чтобы вам выплатили премиальный бонус, вы это заслужили.

– Спасибо, сэр!

– Можете вообще ничего не делать, если кто-то будет возмущаться, сержант там какой-нибудь. Скажете, что это приказ капитана. Можете идти.

– Есть, сэр! – снова проорали три глотки.