Богиня - Александра Плен

Наша Радость… Чтобы мы без нее делали? Она была скрепляющим раствором нашей компании… Ее неуемная энергия и оптимизм заражали весельем всех… Мы все потягивали вино, чтобы хоть как то заполнить паузы в разговоре, постепенно расслабились и повеселели. Даже Грант со временем подобрел и оттаял. И иногда стал вставлять ответы на вопросы Аманды.

— Нет, я никого не видел за эти годы… Занимался, тем, что изучал военного мастерство современности… Я столько всего пропустил за этот век… Техника шагнула далеко вперед.

«Конечно, — мелькнуло у меня в голове, — наверное, не только крейсеры и подводные лодки облазил… Еще и в ракетных шахтах успел побывать и сунуть голову в ядерную боеголовку».

— Если бы я знал, что тебе интересно, мы могли бы взять тебя на нашу последнюю олимпиаду, — вставил Дэвид… — Мы там знатно повеселились, особенно, Любовь отличилась… С котом…

Все обидно засмеялись… Грант удивленно поднял брови.

— И давно вы встречаетесь? — вполне добродушно спросил он.

— Уже почти год, — произнес Саймон и, обернувшись ко мне, улыбнулся, — правда, дорогая?

— Да… — кивнула я. Мне не понравился личный намек Саймона на наши близкие отношения, которых не было, — где-то год.

— Я помню к тебе пришел, ты была такая пугливая и одинокая в своем замке, — ворковал Саймон. Я смущенно слегка покраснела. Мне было неприятно, слышать интимные интонации в его голосе. Грант, сидящий напротив, насмешливо скривился. Я сделала большой глоток вина и закашлялась, поперхнувшись. Саймон быстро пересел на мою кушетку и ласково похлопал по спине.

— Не спеши, моя любовь… — у нас впереди много времени… Я укоризненно посмотрела в его голубые глаза. «Что ты творишь?» спросила взглядом я и нахмурилась. Он весело поднял брови «Развлекаю тебя, а ты что подумала?».

Аманда тем временем вещала, что пора уже нам всем двенадцати начать встречаться. Ведь Посланник предупреждал… и пошло-поехало… Чем больше вина мы пили, тем непринужденней становилась беседа… Все-таки люди еще не придумали лучшего лекарства от скованности и чужеродности, чем алкоголь. Постепенно, возможно благодаря нашим совокупным эмоциям Хранителей, возможно благодаря вину атмосфера в гостиной выровнялась и приобрела вполне дружескую окраску.

Саймон так и остался сидеть рядом со мной, обнимая за плечи. Я чувствовала внимательный тяжелый взгляд Хранителя Войны, раскинувшегося напротив и пыталась отвлечься от неприятного осмотра, напропалую кокетничая с Саймоном и потягивая вино. Аманда обнималась с Дэвидом. Только Николя и Грант сидели одни на своих кушетках.

— Не, ну так не пойдет, — вдруг громко недовольно заявил Николя, немного пьяным голосом, — расселись по-парочкам, голубки, я тоже хочу свою персональную девушку… — и, обернувшись к Гранту, добавил, — у тебя же есть девушки? Давай их сюда…

Грант, ухмыльнувшись, щелкнул пальцами и в комнате появились две красотки.

«Ну конечно, ожидаемо… — подумала я, — пятый размер груди, длинные стройные ноги, тонкая талия, крутые бедра… Настоящие скандинавские валькирии». Высокие красивые светловолосые девушки подошли к диванам. Одежды на них было надето чисто символически.

Аманда притворно скривилась.

— Какие вы мужчины все предсказуемые. У вас все девушки на одно лицо… Никакого разнообразия и самобытности…

— А почему бы и нет? — лениво бросил Грант, — рядом с Богами должны быть самые красивые женщины… Красивые по самым высоким канонам красоты… Вы-то сами не можете похвастать ни бюстом ни длинными ногами… И как вас в Хранительницы выбрали?..

Как легко я повелась на провокацию! Как семнадцатилетняя девчонка на «слабо»! Потом, уже дома, мне было так стыдно, но тогда, когда я услышала этот равнодушный тон Хранителя Войны, во мне вспыхнуло возмущение и злость ярким костром. Глаза заволокло ревностью и обидой (это я то! Богиня Любви проигрываю в красоте и привлекательности каким то искусственно созданным красоткам?)

— Ах так, — воскликнула я, — значит, хотите пышный бюст и длинные ноги? Ну, сами напросились.

Немного искупает мою вину то, что я все-таки была пьяна. Наверное… Тогда я не думала ни о чем, только о том, как заставить мужчин считаться со мной, как заставить признать, что я лучше всех.

Незабываемый образ Мэрилин Монро всплыл в моей голове в одну секунду. Тот момент в фильме, когда она поет соблазнительным голосом с придыханием «Я хочу любимой быть тобой, только тобой, и ни кем другим…». Я прикрыла глаза и погрузилась в атмосферу чувственности и сексуальности… Я медленно глубоко вздыхаю, и грудь плотно натягивает лиф светлого летнего платья, белое воздушное кружево белья немного выглядывает из выреза… Густые длинные ресницы прикрывают томный взгляд с поволокой… Кончиком языка облизнула полные сочные губы… Я — само воплощение соблазна и эротики… Нежности и очарования… Я… сама… любовь… От меня волнами расходятся флюиды страсти. Я излучаю невинный трепет первой любви и огонь безумного вожделения… Я откидываюсь на спинку дивана, и длинные волосы локонами рассыпаются по моим плечам… Я слышу мелодичные переливы хрустальных колокольчиков, в воздухе разлился нежный аромат весны… И вдруг резко открываю глаза, вздрагивая от больно впившихся мне в бедра пальцев и треска платья… Я не смотрела на друзей буквально пару секунд, а сколько всего произошло.

Грант с побледневшим лицом вцепился в руку Николя, едва удерживая того на месте… Хранитель Инстинктов с перекошенным видом и горящими глазами пытается до меня дотянуться… Аманда закрывает глаза ладонью Дэвиду, почти навалившись на него своим весом… Саймон склонился передо мной на колени и жадно пожирает меня глазами снизу вверх, его руки нахально и цепко лезут под юбку, пытаясь раздвинуть ноги… Боже мой! Сейчас меня изнасилуют!.. Я вдруг понимаю, что заигралась… Мгновенно перемещаюсь с кушетки на несколько метров ближе к камину и хлопаю ладошками, разгоняя бабочек… Саймон рванул за мной, но Грант резко хватает его за шиворот и сильно отбрасывает назад.

— Все, все! Простите, — смущенно хихикаю и краснею, мгновенно трезвея, — слишком углубилась в свою сущность… А сама максимально тщательно приглушаю свою ипостась, убирая золотистый свет, разлитый в воздухе и цветы, вдруг выросшие прямо на каменном полу.

— Ох, — протяжно выдохнула Аманда, — я чуть сама на тебя не набросилась… Представляю, что испытали мужчины… И вдруг громко рассмеялась… Я облегченно выдохнула… Пронесло…

Перевела взгляд напротив и увидела только Николя, утирающего пот со лба и злобно ругающегося сквозь зубы… Грант исчез… Саймон поднялся с колен, еще не совсем пришедший в себя, с немного осоловевшим взглядом.

— Нужно выпить, — пробормотал он, — и срочно.

Мы все дружно подняли бокалы, и я торжественно пообещала, что больше не буду вестись на «слабо» и демонстрировать свою силу.

— Дорогая моя, — сказал с сожалением Саймон, — тебе и не нужно ее демонстрировать, ты есть Любовь… Эта сила и так из тебя просачивается, только небольшими порциями, как и наша из нас… Просто ты таких всплесков больше не делай и все… А то в следующий раз — я за себя не отвечаю.