Рожденные в битве - Эми Кауфман

– И все? – спросила Эллука. – Они останутся людьми?

– Кому-то это пойдет на пользу, – подметила Тильда.

Мозг у Андерса работал на полную катушку. Он чувствовал, что план уже формируется, и начал понимать, о чем подумала Дрифа, когда они с Рэйной объяснили ей, что собираются сделать.

– Как я и сказал, – пробурчал Калеб. – Посох мощный. Уверены, что справитесь с ним?

– Нет, – честно ответил Андерс. – Но мы постараемся.

– Хорошо, – одобрительно кивнул Калеб. – Это первая разумная вещь из всего, что ты сказал. Если ты знаешь, как тяжело контролировать эту вещь, то будешь внимательнее.

– Мы бы подождали, если бы могли, – ответил Андерс. – Но у нас нет выбора. Хейн говорит, что люди и волки в любой момент начнут войну. А Лейф сказал, что драконы нападут завтра.

– Что? – переспросил Хейн, сняв очки и потерев переносицу. – Нет, как видите, все еще хуже, чем я думал.

– Именно поэтому мы и живем в горах, – объяснила Тильда. – Так было еще до того, как умерли наши родители. Только тогда проблема была не в драконах, которые что-то замышляют, а в волках, которые требовали починить то, что никто не мог починить.

– Они хотели следить за каждым нашим шагом, – согласился Калеб. – То, что случилось с Дрифой и Феликсом, не было причиной, но точно стало последней каплей. Сигрид была решительно настроена на войну.

– Думаешь, она стоит за всем этим? – едва слышно спросила Лизабет. Хейн послал ей сочувственный взгляд, а Андерс сжал ладонь подруги.

– Не знаю, – ответила Тильда. – Но я думаю, что с Фурстульф или без нее драконы, волки и люди все равно найдут причину развязать войну.

Хейн кивнул.

– Во время Последней великой битвы Сигрид командовала взводом, и хотя она толкала стаю к войне, я не думаю, что являлась и ее причиной. Она просто часть чего-то гораздо большего.

Андерс искоса взглянул на Лизабет. Та печально смотрела на свои ботинки.

– Эта волчица никогда не была сторонницей перемирия, – вздохнув, сказала Тильда. – Помяните мои слова. Но Хейн прав. Элементалам – а теперь и людям тоже – не нужна Сигрид, чтобы найти повод воевать. Может, мы зря прятались здесь, в горах. Может, следовало сделать больше.

– Вы только что это сделали, – сказал Андерс. – Вы починили для нас артефакты.

– Мы выбрали сторону, все верно, – согласился Калеб. – И теперь уверены, что вы победите.

Пока все говорили, Тильда, задумчиво собирая у детей пустые стаканы, вдруг остановилась и, опершись о плечо Калеба, внимательно посмотрела на Андерса.

– Что это? – спросила она, указывая на что-то. – Что это у тебя на шее?

– Старые аугментеры Дрифы и Феликса, – ответил Хейн. – У них обоих есть такой.

Но Тильда покачала головой.

– Кажется, они могут кое-что еще, – сказала она, показывая на Андерса. – Дай-ка мне его на минутку.

Мальчик, сняв аугментер, отдал артефакт ей. И удивился, с какой силой, едва передав эту вещь, захотел вернуть ее, аугментер словно стал его частью. Он уже привык к тому, что тот всегда висит на шее.

– Это ключ, – сказала Тильда, вертя его в руках и передавая Калебу, который утвердительно кивнул.

– И что он открывает? – спросила Рэйна.

– Понятия не имею, – как всегда вежливо ответил Калеб. – Вам нужно еще что-то или вы уже уходите?

– Он не в восторге от такой большой компании, да еще и в один день, – извинилась Тильда, прикрывая рот Калебу.

Еще она объявила, что доставит Хейна в лагерь, и дети смогут лететь сразу в Облачный приют. Не то чтобы Тильда знала, куда они направляются – она не спрашивала, и они не упоминали об этом.

Впрочем, они были благодарны за лишнее время. Работы предстояло еще много, и, если Лейф и Хейн правы, завтра все должно быть готово. Такая срочность давила на всех тяжким грузом, и Андерс с Лизабет забрались на спину девочкам в напряженном молчании.

Полет продолжался дольше, чем им было нужно, потому что, летя по прямой, они бы слишком приблизились к Новому Дракхэлму, а этого никто особо не хотел. Поэтому ребята углубились к югу, летя над Большим туманным лесом.

Глянув вниз через плечо Рэйны, Андерс вспомнил, как он в первый раз бежал через лес, как упал в реку, и его вытащила Лизабет. В тот момент их дружба была скреплена навечно. Он посмотрел, как подруга сжалась на спине Эллуки, чтобы бороться с ветром. Если бы только Андерс мог найти нужные слова, чтобы избавить ее от тревог и вины за ее мать…

Тьма сгустилась задолго до того, как они достигли Облачного приюта, окрашивая туман под ними в золотисто-розовые оттенки. К моменту, когда группа добралась до скалистой вершины, давно наступила ночь, и небо было усеяно серебристыми звездами. Ребята успели немного вздремнуть, пока кузнецы и Хейн работали. Андерс был рад этому – без сомнения, большинство их друзей сейчас уже спят.

Брин и Дэт сидели у арки входного зала, тихо разговаривая и наблюдая за прибывшими. Андерс помахал им, слезая с бока Рэйны. Маленькая темная тень – Кэсс – спрыгнув с коленей Дэта, побежала встречать их.

Андерс нагнулся погладить шелковистую шерстку кошки, но Рэйна замотала головой, обжигая его горячим драконьим дыханием и нетерпеливо ворча.

– Извини, Кэсс, – прошептал он. – Минутку.

Не успел он снять с сестры упряжь, как она, превратившись, схватила его за руку.

– Андерс, я поняла!

– Что поняла? – спросил он, но девочка уже тащила его ко входу. Лизабет и Эллука поспешили за ними.

– Это ключ! – радостно закричала Рэйна. – Брин, вот ты мне и нужна!

– С приездом. – Брин в недоумении подняла брови.

– Рэйна, что происходит? – допытывался Андерс, пока она вела его через арку.

– Это ключ, – повторила Рэйна, и он сдался, решив просто следовать за ней. Нет смысла спорить с сестрой в таком состоянии. Остается надеяться лишь на то, что она не тащит его к чему-то ужасному.

– Мы куда-то идем? – спросила Лизабет.

– Вы же умные – вам лучше пойти со мной, – ответила Рэйна. – Брин, ты нам тоже пригодишься. Эллука и Дэт, скажите остальным, что мы не задержимся. Я надеюсь.

– Уж пожалуйста, – отозвалась Эллука. – Нам еще войну останавливать.

– Мне кажется, – сказала Рэйна, – это почти так же важно.