Меньшее зло - Алексей Фомичев

Информация о двух разведывательных взводах датлайцев, действующих неподалеку от найденного города, была не совсем верна. В структуре армии Датлая нет взводов разведки. Как нет вообще отдельных взводов. На подступах к городу действовали два первых взвода роты «бенту», так называемые легкие взводы. И действовали они в непосредственной связи со штабом роты в тесном взаимодействии с другими взводами.

Датлайская пехотная рота состоит из пяти взводов. Два первых — легкие. Личный состав имеет на вооружении стрелковое оружие — автоматы, ручные пулеметы, подствольные гранатометы. Эти взводы всегда действуют в первых рядах, исполняя роль штурмовых и авангардных подразделений. Они же могут вести разведку в интересах роты или батальона или дополнять собой разведывательные подразделения полка или бригады.

Два других взвода называются тяжелыми. Они насыщены более мощным вооружением — ручные гранатометы, крупнокалиберные пулеметы, ручные противотанковые комплексы. Пятый взвод — взвод поддержки. У него автоматические минометы, переносные системы залпового огня, легкие орудия, передвижные зенитные комплексы, минные заградители.

Таким образом, датлайская пехотная рота гораздо мощнее, чем подобные подразделения противника, и может противостоять превосходящим силам, в разумных пределах, конечно.

Именно такая рота сейчас и работала на некотором удалении от города, ведя разведку силами первых взводов и держа основные силы в укрытии. Имея быстроходные машины, она могла в сжатые сроки сменить местоположение, нанести удар и тут же отойти, сманеврировать и ударить уже в другом месте. А при необходимости занять прочную оборону и держать ее до подхода помощи.

Здесь, на Миренаде, где противостоящие стороны действовали небольшими силами и не могли перебросить серьезных подкреплений, такая тактика почти всегда приносила успех.

Цуфагеры приземлились на окраине обнаруженного города. И пока шла выгрузка, мы успели немного рассмотреть близлежащие строения и улицы.

Дома имели своеобразную планировку. Четные этажи были словно утоплены внутрь, а нечетные вместо окон и балконов имели полукруглые стены из блестящего материала. Причем материал за прошедшие годы (века, тысячелетия?) практически не утратил блеска. Окон не видно. Крыша в разрезе напоминала вогнутую дугу. Торцевые стены выглядят так, словно их делал нетрезвый мастер — выпуклости, впадины, неровности...

– Странные вкусы у местных, — задумчиво проговорил Антон. И тут же добавил: — Были...

– Да. Судя по ширине дорог, их машины раза вдва, а то и в три...

– Эй, вы! — окликнул нас сержант. — Хватит глаза пялить! В строй!

Рота повзводно строилась прямо у цуфагеров. Командир роты что-то втолковывал взводным и своему заместителю. К нему пару раз подбегали сержанты, спрашивали. Потом взводные побежали к своим подразделениям.

– Слушать мою команду! — выкрикнул наш лейтенант, то ли Шаки, то ли Маки. — Идем на прочесывание близлежащей местности. Задача — обнаружить вражескую разведку, если она здесь есть. Направление и порядок движения объяснят сержанты. Едальниками не щелкать, оружие держать наготове. При обнаружении подозрительных предметов или врага — доклад. Огонь без команды открывать только в случае угрозы. Сверху нас прикрывают цуфагеры. Цепь не рвать, не отставать. Все. Начинайте зарабатывать премии!

После команды лейтенанта Блантек встал перед нами, определил порядок движения, показал направление и после общей команды повел секцию прямо в заросли кустарника, за которым начинался лес.

Солнце еще не исчезло за горизонтом и было довольно светло. Так что мы без труда просмотрели свой участок и заняли временные позиции где-то в полутора километрах от места высадки.

Пока роты проверяли местность, за их спинами инженерные подразделения в спешном порядке возводили лагерь и выстраивали периметр охраны.

Специальными машинами вынимались заданные кубометры земли. Тут же из легких и особо прочных конструкций составляли остов будущего строения. Заливали его быстрозастывающим раствором, по прочности превосходящим обычный бетон, задавали нужную планировку и сразу проводили отделочные работы.

В результате на пустом месте буквально за полчаса возникали бункеры для личного состава, бронированные огневые точки, траншеи, ходы сообщения, капониры для техники.

Тем временем оставленные в лагере первые взводы рот обживали оборонительные позиции. Ставили тяжелое вооружение, подсоединяли его к единому центру управления, дополнительно оборудовали огневые точки. Маскировали технику и бункеры. В пятистах метрах перед позициями ставили сигнальные системы.

К тому моменту, когда роты закончили прочесывание местности и выходили на указанные позиции, лагерь уже был в целом готов. Проверив его лично, командир батальона дал приказ ротам возвращаться.

Через два часа после приземления второй батальон уже развернул оборону и был готов при необходимости встретить врага во всеоружии. Но противник пока себя не обнаруживал.

Майор Деват доложил в штаб о выполнении задачи и получил приказ батальону отдыхать. А с утра начать поиск в заданном районе.

Нас подняли в восемь утра. Поздновато по армейским меркам, наверное, командование решило дать хорошенько отдохнуть новичкам перед трудным днем. После завтрака выстроили повзводно и довели новую задачу. Обследовать местность на удалении до пятидесяти километров от города. Цель прежняя — поиск врага. Судя по упорству, с которым его собиралось искать начальство, оно было уверено, что датлайцы где-то неподалеку.

– К вечеру рота протянет ноги, — шепнул Марк. — Они же непривычны к таким походам.

– К вечеру ноги протянем мы, — вставил Антон. — Эти средневековые герои привыкли ходить на своих двоих. А вот мы — отвыкли. Больше на машинах.

– Посмотрим.

Услышав шепот, сержант зыркнул в нашу сторону, но промолчал. Видимо, привык, что наемники не отличаются дисциплиной. А делать замечание посчитал лишним.

«Зря, — мелькнуло у меня в голове. — Такие вещи надо пресекать сразу. Чтобы потом было меньше проблем...»

Я невольно фыркнул. Старые полковничьи замашки еще не прошли. Изредка дают о себе знать.

– Оружие держать наготове! — давал последние наставления взводный. — Не зевать. По машинам.

Прочесывание мы должны начать в десяти километрах от города. Работавшие ночью беспилотные самолеты-разведчики в этом радиусе ничего подозрительного не обнаружили...

* * *

Погодка на Миренаде была довольно теплой для ранней осени. Градусов двадцать или около того. Солнце не жарило, да и ветерок приятно обдувал лицо. Можно жить. Хотя...

Я шел рядом с парнями в короткой цепи, держа карабин в руках, шарил глазами по земле, деревьям и буграм и ворочал в голове невеселые мысли, что упорно копошились в мозгах.

На Асвинте, как и на всей Миренаде, осталось не так много следов жизнедеятельности человека. То ли слишком много времени прошло с тех пор, как здесь произошел некий планетарный катаклизм, то ли во время сего катаклизма все было разрушено. Но чем же тогда воевали местные? Помесью ядерной бомбы и серной кислоты особой мощи?