Легенды и мифы Забытых Роялей - Владислав Янович

Подруги завертели головами, в надежде, что сердце или голодный животик подскажет верное направление.

- Спросить бы у кого-нибудь. О, игроки идут, они должны знать! - обрадовалась Хэллена, заметив трех воинов с мечами и луками.

Игроки, увидев подруг, тоже обрадовались, но очень как-то нехорошо обрадовались.

- Гля, кажись, это те самые!

- Ну, свезло, блин. Э, чиксы, стоять-бояться! - маскировка с ников игроков спала, и они кровожадно полыхнули красным.

Прыжок, разворот, бег.

- Стоять, кому сказал! - прогремело сзади.

Хлопнула тетива, над головами "чикс" просвистела стрела.

- С дороги! В лес!

- Догонят. Все. Равно.

- К поляне! Ирр, веди!

Отключившийся на тракте внутренний эльфийский компас опять заработал, и Ирраниэль уверенно рванула к поляне тире-трав. ПКашники ломанулись следом, улюлюкая, постреливая из луков и наперебой предлагая... всякое. Судя по их жизнерадостным воплям, им ничего не стоило догнать девушек, но, видимо, сначала решили развлечься погоней. И тут очередная стрела пробила сердце Хэллены. Аватарка рассыпалась искрами.

- Гля! Кританул!

- Идиот! По ногам стреляй!

- А чо?

- Ничо! У них трупы пустые. Живыми берем! По ногам!

Следующей жертвой стала Атъяна. Она запнулась о сосновый корень, и летящая низом стрела вошла в голову. Искры.

- Казел! Вторую грохнул!

- А чо?

- Через плечо! Харэ играть! Хватаем!

ПКашники резко ускорились, но у Ирраниэль от ужаса, горя и ненависти открылось какое-то неимоверное количество дыханий. Ей даже пришлось сдерживаться, чтобы уроды не отстали. Зато, вылетев на тайную поляну, она понеслась во всю силу. Молнией проскочив плантацию, Ирраниэль схоронилась на дереве, а вот ПКашники вляпались. Слезы помешали Ирраниэль разглядеть подробности, но уж воплями, беспомощной руганью и стонами она насладилась по полной. "Так их, зайчики! - шептала эльфогоблинка, - Так их!"

Когда стихли звуки битвы, Ирраниэль спустилась с дерева и осторожно приблизилась. Уроды были мертвы. Три полупрозрачных кокона с изуродованными трупами были в центре поляны и еще один почти на краю. "Сбежать решил, гад? А вот фиг тебе!"

Увы, зайцы тоже погибли. Все. И охранники и развеселые косари. Ирраниэль пробралась к коконам ПКашников, старательно обходя зайцев, чтобы случайно не залутить. Ей показалось, что это будет неправильно, она чувствовала себя виноватой в их смерти и не хотела стать еще и мародером. Зато коконы обшарила со всем тщанием. Дропа было немеряно. Оружие, части доспехов, одежда, эликсиры, кольца, деньги. Разумеется, унести все Ирраниэль бы не смогла, но вот оттащить подальше и закопать... Кроме, конечно, денег, бижутерии и самых дорогих вещей. До перегруза. Уже покинув поляну, Ирраниэль с досадой хлопнула себя по лбу, вернулась и отыскала труп-траву.

Глава 1.6

Глава 16. Новые проблемы с общепитом. Начало

Строго говоря, цепочка событий в Болотной Крепости, подобно подожженному бикфордовому шнуру, приведшая к значительным разрушениям скриптов и исковерканным игровым процессам, началась вечером в субботу, а не воскресным утром. Но легенды пишут "очевидцы во втором поколении", и если они всех устраивают, то лучше придерживаться не реальной хронологии, а "того, как оно было на самом деле".

Итак, туманным (а там других и не бывает) воскресным утром на мосту перед Болотной Крепостью показался мешок на тонких ножках. Мешок был связан из рубах и плащей, а ножки... ножки были просто тонкими. Тонкими и маленькими. Словно принадлежали ребенку с грузоподъемностью огра.

Когда мешок, покачиваясь, приблизился к воротам, один из стражников в шутку (разумеется, в шутку) крикнул:

- Эй, мародер, за вход кто платить будет, Пушкин?

И получил хриплым женским голосом недетский ответ, смысл которого сводился к тому, что Пушкин-то как раз и не будет. И пока стражник под гогот товарищей пытался разобраться со сложными родственными и межвидовыми отношениями рифмофамильца великого поэта, мешок проковылял в крепость.

Следующее событие произошло около круга возрождения, и кроме мешка в нем участвовали три рыдающие фурии.

Первой там появилась... Тут уместно рассказать об очередной пасхалке от разработчиков Роялей. Единичные респауны они обставили со всей помпой: игроки появляются в клубах дыма с раскинутыми в стороны руками; спускаются в столбах золотого божественного или синего инопланетянского света; выбираются из камня, словно зомби из могилы. Или, как сейчас, под треск электрических разрядов в позе того мужика из жидкого металла (если только мужика покрасить синей краской и превратить в полуорку). Хэллена неуверенно встала, ощупала ребра в поисках пробившей их стрелы... Кстати, если помните, до десятого уровня игроки возрождаются в одежде - разрабы мудро отказались от "нубов в подгузниках", устарела шуточка. Вот хай в подгузниках - это смешно всегда.

Следом за Хелленой возникла Атъяна. Рухнула сверху, как Уэсли Снайпс в "Блейде". И так же, утвердившись на ногах, хрустнула шеей... Проблемы шейного остеохондроза у североамериканских вампиров еще ждут своего медицинского решения...

Девушки радостно обнялись, всплакнули, поделились воспоминаниями о первой смерти и присели на ближайшую скамейку, с тревогой глядя на круг возрождения. Ожидание затянулось.

Плита респауна находилась неподалеку от центральной площади крепости между донжоном и главной казармой в тихом и полном какого-то кладбищенского уюта уголке. Приходить туда не любили, а вот уходить оттуда довелось почти всем обитателям крепости. Пока Атъяна с Хэлленой сидели на скамейке, возродилось едва ли десять игроков. Ирраниэль среди них не было. Девушки уже не на шутку разволновались, как в закутке показался мешок на ножках.

- Девчонки! Живы! - пролепетал мешок и рухнул на брусчатку.

- Ну, ты чего, Ирр? Это же игра. Виртуальность. Конечно, мы живы, - суетились подруги вокруг вытащенной из-под трофеев эльфогоблинки, - Ты как? Откуда это все? Как только не надорвалась?

- Игра, - всхлипывала Ирраниэль обнимая то одну, то другую подругу, - Какая к черту виртуальность! Мы-то реальные. И те уроды тоже были реальные. И не надо мне говорить, что привыкну - не хочу я к такому привыкать!

- И не надо. И не будем.

- За одного убитого двух неубитых дают, - неудачно пошутила Хэллена и тут же огребла кучу осуждающих взглядов (два).