Буран, Тайга и Асмодей. Дополнение - Денис Чистяков

– Скоро нам всем будет не до шуток.

Еще раз просканировав меня взглядом Бранкель стукнул по борту кареты, велев кучеру отправляться.

– Откуда вы прибыли, милорд? – спросил он, пытливо глядя на меня.

Я догадывался, что доехать до дворца молча не получится и надеялся только на то, что поездка не будет долгой.

– Из Кантагора.

Возможно, разоренный в самом начале похода северный город был не лучшим вариантом для моей легенды, но география Оскернелия как-то не отложилась у меня в памяти и я назвал единственный известный мне город, о котором узнал благодаря Меркристу.

Бровь Бранкеля снова удивленно дернулась, а я, упреждая вопросы, вдохновленно продолжил, припомнив историю Андрея:

– Я сражался вместе с милордом Меркристом против миньонов некроманта, но не успел добраться до портала.

Ложь складывалась так, будто я сочинил ее уже давно, но все же я пиз…ел аккуратно, дабы не дать лорду повода проверить меня.

Бранкель задумчиво кивнул, будто в голове проверял достоверность моих слов.

– Выходит, вы знакомы с милордом Меркристом?

– Да, мы многое пережили вместе.

Бранкель нахмурился:

– Странно, он не упоминал о вас.

Я небрежно пожал плечами:

– Наши пути разошлись давно, но я уверен, что при встрече он меня вспомнит.

Бранкель пытливо поглядывал на меня, явно подбирая каверзные вопросы. При мысли, что он попросит Андрея подтвердить мои слова, я почти расслабился. Все, что от меня требовалось, это рассказать Меркристу, кто я есть на самом деле и мне больше не придется лебезить перед ботами.

К счастью, от центральной площади до знакомого мне дворца путь был короткий, а королевская свита делала его еще короче, едва ли не сметая всякого, кто рискнет встать у нее на пути. Завалить меня дополнительными вопросами Бранкель не успел.

Буквально через пять минут мы оказались на знакомой площади. Кучер осадил лошадей у самой парадной лестницы и к нам тут же поспешили пажи, услужливо открыв двери кареты.

Едва выбравшись, я испытал приступ ностальгии. Дворец Слидгарта казалось совсем не изменился и я без труда вспомнил, как оказался здесь впервые в теле Санрайз, в компании с Рыжиком и парнишкой Атоном, мечтавшим стать моим рыцарем. Мне вдруг захотелось узнать, как сложилась его судьба и я уже даже открыл рот, чтобы спросить у лорда Бранкеля, но вовремя себя одернул. Как Рейнар я понятия не имел о мальчишке, да и вопросы были поважнее. Черт, кажется все мои женские слабости, которыми я заразился у Санрайз, наконец, покинули меня и я снова ощущал себя полноценным мужиком!

– Я думал, король Слидгарт перебрался в замок посерьезнее, – заметил я, поднимаясь следом за Бранкелем по мраморной лестнице дворца.

Конечно, он хорошо охранялся и каждые пару метров местность украшали рыцари королевской гвардии в полных доспехах и со сверкающими пиками, но на королевскую крепость эта хибара точно не походила, она больше напоминала усадьбу или что-то подобное.

Бранкель бросил на меня скептический взгляд, ясно давая понять, что я ляпнул какую-то чушь, но видимо вспомнив, что я прибыл из Оскернелия, ответил:

– Так и есть. Как и подобает королю, он проживает в столице, а этот дворец теперь только его резиденция в Эглидее.

Когда мы оказались внутри, на меня нахлынула новая волна воспоминаний. Как и сам дворец, его интерьер не сильно изменился, должно быть потому, что Слидгарт появлялся здесь не часто или предавался ностальгии, возвращаясь сюда из своего замка. Меня встретили знакомые картины, изысканные вазы и канделябры. На миг мне даже показалось, что я вовсе не покидал этих стен и жуткая химера, некромант Амерон, путь к Разлому, все это только ждет меня впереди. Но взглянув на себя, я вернулся к реальности. Теперь я в мужском теле, которое еще не познало эпических приключений, а впереди маячило новое путешествие. И все же было невероятно странно и как-то уютно снова оказаться здесь, хотя я опять ощутил грусть по Рыжику, сопровождавшему меня в прошлый раз.

– Прошу сюда, милорд Рейнар, – указывал Бранкель знакомый маршрут.

Когда мы оказались перед дверью в покои прежде герцога, а ныне короля, Бранкель развернулся ко мне:

– Передайте свое оружие Локмеру.

Один из сопровождавших нас гвардейцев выступил вперед и протянул ко мне руку. Я покорно достал меч из ножен и вручил его рыцарю.

– Другого оружия нет?

Учитывая, что мне предстояло навешать немало лапши на уши королю, я решил поберечь силы и лишний раз не врать:

– Я боевой маг.

Бранкель кивнул, словно сам предполагал это. Кивнув стражнику, он сказал мне:

– Тогда не сочтите за оскорбление.

Стражник выудил знакомые мне кандалы, лишающие магии. Мне совершенно не хотелось лишаться свободы, учитывая, что разговор с королем может пойти не по плану, но спорить я не стал, только пробубнив под нос:

– Я не намерен вредить королю.

– Вот и славно, – улыбнулся Бранкель, когда кандалы повесили мне на руки, – Я вас приглашу.

С этими словами, лорд скрылся за дверью, которую ему открыли стражники. Я стоял в окружении гвардейцев, будто дожидался приговора суда. В те далекие времена, когда все окружающее мне казалось невероятно реальной игрой, встреча с королем беспокоила меня куда меньше. Теперь же я знал весь масштаб возможностей этого мира, от чего тревога только возрастала. Хотя может все дело было в новом теле…

Бранкель вернулся через пару минут, которые для меня растянулись в мучительную вечность.

– Прошу вас, милорд Рейнар, король ждет.

Снова напомнив себе о сохранении, я отбросил все сомнения и смело вошел в знакомый тронный зал. Бранкель провёл меня к следующей двери, охраняемой королевской стражей. За ней скрывался знакомый кабинет с камином и софой, на которой герцог однажды, сверкая своим обаянием и маслянистыми глазками, пытался ко мне подкатить, но на этот раз обстановка в кабинете оказалась несколько иной. Софа никуда не делась, но ее заметно потеснил большой стол со свитками и картами, за которым сидел совсем не тот лощеный манерный мужик, знакомый мне прежде.

Король серьезно отличался от герцога, которого я лицезрел в первый день знакомства. От хитрого и гадкого на вид засранца не осталось и следа. И все же это был он. Взамен щегольской бородки Слидгарт отпустил более увесистую бороду, отрастил волосы до плеч и в лице обрел какую-то аристократическую мудрость. Он