Радужный змей - Анна Гурова

— Первая экспедиция нашла здесь пару-тройку предметов. Вот шеф и предложил поискать, не было ли здесь поблизости входа, или окна, или чего-нибудь в этом роде.

— Резонно, — заметил Платон. — А какие нашли предметы?

— Барахло всякое — осколки каменных полированных дисков, куски белого металла, вроде того, что мы сейчас используем в украшениях. Все в очень плохом состоянии.

— Естественно, если они пролежали три тысячи лет в почве, — пробормотал археолог. — Надо будет взглянуть. Они в музее?

Симо кивнул, подошел к штольне и плюнул вниз.

— Ну что, полезем? — спросил он. — Не побоитесь? Никаких подъемников не имеется — только веревочная лестница.

— Кто, я побоюсь? — возмутился Платон, прицепил на шляпу предусмотрительно захваченный шахтерский фонарик и полез в колодец.

Спуск затянулся надолго. Сначала у Платона заныли руки, потом ноги, а лестница все не заканчивалась. «Никогда не поверю, что длина шахты — сто футов», — подумал археолог, повиснув на лестнице, чтобы перевести дух. — Я уже прополз как минимум двести, а ей конца-края не видно». Где-то наверху маячило бледное пятнышко дневного света, и клацали железные ботинки Симо. Наконец, когда Платон начал уже раздумывать, что свободное падение, как способ спуска, процесс куда менее трудоемкий, зато более скоростной, его ноги коснулись пола. Археолог шагнул вперед и врубил фонарь на полную мощность.

Он оказался в обширном прямоугольном помещении, которое совсем не соответствовало описанию, данному Глендруидом. Ничего древнего в нем на первый взгляд не было: чистый каменный пол, стеллажи по стенам; воздух, как ни странно, свежий и прохладный, но с неприятным, каким-то техническим запахом. Мертвое, навеки законсервированное хранилище, куда не могла проникнуть даже пыль. «Напоминает гибрид катакомб и заброшенного склада», — подумал Платон.

В ближайших стеллажах ничего не было: очевидно, Глендруид уже вытащил оттуда все достойное внимания, однако возле дальней стены полки явно не пустовали. «А шкафы-то, похоже, металлические! — заметил археолог. — И никаких следов коррозии». Судя по всему, хранилище действительно было полностью изолированно от окружающей среды. Этот факт обещал множество находок в отличном состоянии. Платон подошел поближе к стеллажу и увидел на торцах полок мелкие надписи. Группы зооморфных символов напоминали причудливый орнамент, но археолог на этот счет никогда не обманывался. Он вытащил блокнот и принялся перерисовывать надписи. «Займусь расшифровкой на досуге», — подумал он.

— Чтоб меня водяной змей!… Господин профессор! — гулко прозвучал сдавленный голос Симо, и за спиной Платона щелкнул предохранитель лучевого ружья. — Замрите, не двигайтесь!

Платон сжал в руке трость и медленно повернул голову назад. Охотник стоял как вкопанный с ружьем наготове и сверлил глазами дальнюю стену. На его лице отражалось неподдельное потрясение. Платон проследил за его взглядом, осмотрел стену и не заметил ничего подозрительного.

— Ты чего? — негромко окликнул он Симо. — Призрака увидел?

Вместо ответа охотник медленно подкрался к дальней стене и принялся сантиметр за сантиметром ощупывать стены и пол. При этом он и не подумал опустить ружье.

— Эй, любезнейший! — слегка раздраженно произнес Платон. — Может, как-нибудь прокомментируешь свои действия?

— Здесь нет стены! — прошептал Симо.

— То есть как нет?!

— Она исчезла. Или отодвинулась. Когда я последний раз залезал сюда, хранилище было в два раза меньше. Стена была вот здесь, а теперь она там.

— Вот дела! — задумчиво пробормотал Платон. — Значит, это помещение не было замурованным. Вход действительно существует…

Около получаса в полутьме комнаты царило сосредоточенное молчание, изредка прерываемое короткими репликами: исследователи обшаривали увеличившееся хранилище. К исходу получаса выяснилось, что помещение стало ровно в два раза длиннее, а «новая» половина оказалась зеркальной копией «старой». На полках «новой» половины обнаружилось с десяток предметов. Некоторые из них Симо узнал, а другие были совершенно незнакомыми.

— Взгляни-ка сюда! — позвал помощника Платон, остановившись перед одной из полок. — Что это, по-твоему, такое?

Сильвангец задумался.

— Ну… мне эта штука напоминает подставку для меча. Я один раз видел такую в справочнике по истории холодного оружия.

— А, скажем, под ритуальный жезл она подошла бы? Тот, что украли из музея?

Симо пожал плечами.

— Может, и подходит. Я видел жезл пару раз, да и то мельком, так что наверняка сказать не могу.

— А тот, первый, жезл был на подставке, когда его нашли?

— Как-то не обращал внимания… В музее он, по крайней мере, лежал на сукне в витрине, а в хранилище… Понимаете, сэр, когда профессору удалось приникнуть внутрь, я как раз был в отъезде и понятия не имею, как тут все лежало в самом начале.

— Я поражаюсь, как вы тут работаете! — укоризненно покачал головой Платон и окинул взглядом стеллажи «старой» половины помещения. — Вот, пожалуйста!

Он торжествующе указал на точно такую же подставку, одиноко стоящую на пустой полке.

— Симо, возьми-ка обе подставки и отнеси их наверх. Надо будет серьезно поговорить с Глендруидом. — Значит, жезл был не один, — задумчиво добавил археолог. — Так я и думал. И второй украли, как и первый. Нет, не зря я говорил старому хрычу — извини, Симо, уважаемому профессору — что этот жезл не так прост, как кажется… Что ты там делаешь, чудак?

Охотник, напрягая мускулы, пытался оторвать подставку от полки.

— Она, похоже, прибита или приклеена! — пожаловался он. — Что дальше делать — отламывать?

— Отламывай, только поаккуратнее! — раздраженно рявкнул Платон. — Тоже мне, археолог! Предмет пролежал здесь несколько тысяч лет, а ты думал — взял и пошел. Уж постарайся!

Симо рванул подставку из всех сил. На этот раз она подалась и с треском отделилась от полки. За ней потянулся пучок черных проводов.

— Стой! Не оборви их! — закричал Платон. Симо застыл с растерянным видом, держа в руке подставку. В полке осталось круглое отверстие.

— Надо вызвать сюда электрика, что ли? — предложил он. — Я в технике не силен.

Платон, тихо приговаривая: «Ох, балда!» — отобрал у Симо артефакт. В тот момент, когда руки археолога коснулись подставки, раздался тихий шелест, и дальняя стена поднялась. Изумленным взорам археологов предстал круглый зал. Его свод поддерживало кольцо гигантских голубых колонн, уходящих куда-то далеко вверх. Посреди зала находилось возвышение, увенчанное полупрозрачным конусом с усеченной вершиной, около шести футов высотой. От конуса исходило голубоватое сияние.

Рядом с ним стояли два человека — мужчина и женщина. Они о чем-то оживленно спорили, жестикулируя и тыкая пальцами в конус. Увидев Платона и Симо, они немедленно замолчали. Долю секунды неизвестные с изумлением смотрели на них, а потом глаза женщины остановились на Платоне и вспыхнули от ярости.