Последнее правило стрелка - Сергей Мусаниф

— Ваше предложение имело бы смысл, если бы люди отстреливали оборотней по десять штук в день, — сказал Герман. — На деле мы имеем не более двух оборотней в год, так что я не вижу смысла держать под рукой большой запас серебряных пуль. Кроме того, никогда не знаешь, с каким калибром придет тот или иной покупатель, и мне гораздо проще заказать литье пуль знакомому ювелиру. Срок исполнения заказа — двенадцать часов. Думаю, вполне терпимо.

— А если оборотень гонится за вашим клиентом? Или кому-то из его близких угрожает опасность гораздо раньше, чем через двенадцать часов? — не сдавался торговец.

— Тогда я возьму свой пистолет, к которому у меня всегда есть запас серебряных пуль, и за символическую цену, как вы говорите, убью оборотня лично.

— Понятно, — несколько разочарованно сказал торговец. — Чеснок вас интересует?

— Он есть на любом овощном рынке.

— Святая вода?

— В любой церкви.

— Понятно, — сказал торговец. — Значит, средства защиты вас не привлекают. Как насчет любовных эликсиров?

— Вода, подкрашенная фруктовым сиропом, с капелькой виагры?

— Что вы! — изумился торговец. — Только высококачественные эликсиры, сваренные по рецептам средневековых алхимиков.

— Со сроком годности не более трех дней? Насколько я помню, у средневековых алхимиков были именно такие сроки.

— Мы добавляем в эти эликсиры современные консервирующие добавки.

— Современные консервирующие добавки вредны для здоровья, — сказал Герман. — Кроме того, я выступаю за свободу выбора, поэтому не склонен советовать своим клиентам любовные эликсиры, так же как и отвороты и всякую другую алхимическую дрянь. А если уж дело будет требовать именно эликсира, то я вполне могу сварить его сам.

— Вас хоть что-нибудь интересует? Например, действующая модель философского камня?

— Валяется на полке у моего партнера. На нее постоянно норовят сесть соседские домашние животные. Очень неудобная штука.

— Живые саламандры?

— Не вижу способа применения.

— Точная рукописная копия зловещего гримуара «Книга Мертвых»?

— У меня есть подлинник.

— Вижу, что ничем не могу быть вам полезен, — с сожалением сказал торговец. — Но если вдруг вам понадобится что-то, что наша фирма может вам предложить, вот мой телефон. — Он положил на стол визитную карточку. — До свидания.

— До свидания, — сказал Герман.

Одарив его взглядом «ты еще пожалеешь, что отказался», торговец засунул прейскурант обратно в кейс и вышел вон.

Герман закурил сигарету, открыл файл, над которым работал, и тут же его закрыл. Потому что дверь снова отворилась и явила еще трех индивидуумов.

Коротко стриженные, в черных кожаных куртках, они были очень похожи на братков, с которыми агентство имело дело во времена не столь отдаленные. И манера разговаривать у них была примерно такая же.

— Здорово, брат.

— И вам не хворать, — вежливо ответил Герман.

— Мы и не хвораем. — Самый коротко стриженный, практически лысый, очевидно главный из троицы, разместился в кресле, коллеги прикрыли его с флангов. — Значит, ты — маг.

— Совершенно верно.

— Тогда у нас к тебе дело.

— У вас лично?

— Нет, у нашей организации. — Лысый снизил тон до заговорщицкого шепота. — Мы — Ночной патруль.

— Сейчас утро.

— Но Зло не спит никогда.

— Точно. А что вы от меня хотите?

— Ты кино видел?

— Которое?

— Наше, основное. «Ночной Дозор».

— Видел. Хорошее кино.

— А книжку читал?

— Читал. Хорошая книжка.

— Рад, что тебе понравилось. Тогда вступай в наши ряды.

— Ого, — сказал Герман.

— Ага, — сказал лысый. — Мы — Ночной патруль.

— А почему не дозор?

— Это плагиат бы был. Использование чужого бренда, интеллектуальная собственность и все такое. Короче, мы с «ACT» судиться не желаем. И с Лукьяненко тоже. Поэтому — Ночной патруль.

— И вы от меня хотите…

— Чтобы ты выбрал сторону Света, брат.

Герман прищурил левый глаз и просканировал их ауры. Магом являлся только один, тот, что стоял слева, да и то весьма посредственным. На уровне деревенского знахаря.

— А вы, значит, сторона Света? — уточнил Герман.

— Ну да.

— И как давно вы существуете?

— Три дня. Три дня прошло с момента заключения Великого договора, и наши конкуренты не теряют времени зря, повсеместно вербуя своих приспешников.

— Даже договор заключили? — удивился Герман. — И о чем договорились?

— О равновесии.

— Которое тысячи лет поддерживалось и без вашего договора, заключенного три дня назад?

— Мир слишком хрупок и неустойчив.

— Мир достаточно стабилен, — возразил Герман. — А что я буду с вступления в ваши ряды иметь?

— Удостоверение действующего члена Ночного патруля. Льготы при уплате налогов. Знание, что ты выбрал верную сторону.

— Членские взносы большие?

Лысый потупился.

— Штука баксов в месяц.

— Нехилые взносы.

— Поддержание равновесия дорогого стоит.

— А если я откажусь?

— Тогда мы не выдадим тебе лицензию.

— На что?

— На занятия магией.

— Я прекрасно обходился без лицензии все это время.

— Времена меняются, — сказал лысый. — Теперь без нашей лицензии никто работать не будет. Клиенты к такому магу просто не пойдут.

— И кто же их остановит?

— Мы.

— Это чертовски похоже на рэкет.

— Фильтруй базар, брат. Мы, Светлые, вымогательством не занимаемся. Просто наводим порядок.

— Странными методами.

— Жесткие времена — жесткие методы.

— А если я приму предложение Темных, они тоже выдадут мне лицензию?

— Выдадут, — мрачно сказал лысый. — Только не советую. И членские взносы у них в полтора раза выше.

— Обалдеть, — сказал Герман. — И все-таки я склонен отказаться от вашего заманчивого предложения.

— Зря.

— Ваша идея порочна в самой своей сути, — сказал Герман. — Дозоры, равновесие и договоры хороши в кино, но в жизни они не работают. Знаете почему?

— Почему?