Темная кровь - Э. Дж. Смит

– Хочешь есть, друг Алахан? – От голоса Тимона Алахан подскочил на месте. Берсерк передвигался более бесшумно, чем ожидалось.

– Я думаю… – Алахан прервался на громкий кашель, осознав, насколько у него пересохло в горле. – Прости, – извинился он. – Да, думаю, я совсем не прочь перекусить.

– У меня есть мясо и коренья, – сказал Тимон. Огромная рука обогнула дверь и предложила юноше пригоршню сушеного мяса и сырых овощей. – Ешь. Я уже насытился.

Алахан взял припасы из ладони Тимона, поразившись ее размерам. Он осмотрел мясо и овощи и решил, что достаточно голоден и готов их съесть. Мясо было жестким и пересоленным, овощи – твердыми и безвкусными, но Алахан почувствовал себя лучше и позавтракал с благодарностью.

– Ты сегодня более спокойный, – произнес он с набитым ртом, заполненным мясом неизвестного зверя. Тимон Мясник, берсерк из Нижнего Каста, тихо выступил из-за дверного косяка и встал перед Алаханом. Сегодня он казался менее страшным. На лице больше не было маски подавляемой ярости, и он стоял расслабленно, согревая руки перед огнем. С какими бы внутренними переживаниями ему ни пришлось вчера бороться, на некоторое время они его покинули.

Алахан смутился при его появлении и попытался вспомнить, что ему рассказывали про последователей Варорга. Все, о чем он мог подумать, – снисходительные слова его дяди о берсерках как о неизбежном зле, которое никто не трогал только из-за устоявшихся традиций.

– Кто тебя преследует? – спросил Тимон.

Алахан сел и сразу вздрогнул от острой боли в спине. Глупо было спать на голом деревянном полу, и неважно, насколько он устал.

– Лорденыш из Джарвика. Калаг Медведь. – Алахан прорычал имя ублюдка, и на его лице появилась мстительная усмешка. – У него есть небольшая армия, а у меня, похоже, совсем ничего нет.

Тимон кивнул.

– А тебе место верховного вождя принадлежит по праву? – удивительно мягким тоном спросил берсерк.

Алахан тоже кивнул в ответ:

– Моим отцом был Алдженон Слеза.

– Я знаю о нем. Благородный воин – из того, что я слышал. Но ты сейчас далеко от Фредериксэнда.

– Хочу добраться до Тиргартена. У меня там есть друзья. – Алахан знал, что дом Летнего Волка – союзники Слезы и, если ему повезет попасть в город, между ним и его врагами по крайней мере окажутся каменные стены. – Если метель утихла, я смогу понять, где нахожусь. Прошлой ночью я мог с таким же успехом забрести к семье троллей, как я набрел на твою хижину.

Тимон повернулся к Алахану и попытался улыбнуться. Рот у него был непропорционально большой, губы – слегка опухшие, и выражение лица из-за этого приобретало комический оттенок.

– Семья троллей… – повторил он, будто Алахан ненароком пошутил.

– Я рад, что развеселил тебя, – ответил Алахан с серьезным выражением лица.

Тимон тихо захихикал. Похоже, его смешила сама мысль о семье троллей.

– Что же завело тебя так далеко на запад, друг Тимон?

Берсерк перестал хихикать и уселся напротив Алахана. Они оба были крупными людьми, но по сравнению с Тимоном Алахан чувствовал себя малышом.

– Алеф Летний Волк, – просто ответил воин из Нижнего Каста.

– А что с ним такое?

Тимон пожал плечами.

– Он же вождь Тиргартена, так?

Алахан покачал головой.

– Уже нет. Несколько месяцев назад он умер во Фредериксэнде. Сейчас Тиргартеном должна править его дочь, но никто не знает, где она.

Тимон поджал губы и нахмурил брови, напряженно задумавшись.

– Это плохие вести, – произнес он, опустив взгляд на дощатый пол.

– Согласен, – подтвердил Алахан. – Список вождей Фьорлана становится все короче. Правители Джарвика несут ответственность за смерть большинства из них, но… – Алахан задумался, посвящать Тимона в обстоятельства смерти Алефа или нет, и пришел к выводу, что обманывать его бессмысленно. – Вождь Тиргартена был убит на собрании раненов. Топором, выпущенным из руки моего отца.

Берсерк понимал, что это означает, и, похоже, вовсе не собирался впадать в ярость.

– Алеф был твоим другом? – спросил Алахан.

Берсерк задумался, словно вопрос оказался для него сложным. Спустя несколько секунд он покачал головой:

– У меня никогда не было друзей… Алеф… однажды проявил ко мне доброту, и я хотел отплатить ему тем же.

– Боюсь, теперь ты сможешь это сделать, только когда окажешься рядом с ним в ледяных чертогах за пределами мира, друг Тимон.

– Его дочь выросла? – спросил Мясник.

– Да. – Алахан кивнул. – Она воительница Рованоко и, судя по всему, одна из самых грозных во Фьорлане.

Тимон, казалось, снова мучительно о чем-то размышляет.

– Тогда я буду искать Дочь Волка, – ответил он, резко поднимаясь с места.

Алахан удивленно поднял брови.

– Она сейчас, возможно, лежит на дне моря Кракенов, а у Алефа не было других наследников.

Новости не смутили берсерка.

– Если она мертва, я придумаю, кого еще смогу найти. А до тех пор у меня есть цель.

Берсерк стал заметно счастливее, и молодой вождь обнаружил, что ему нравится странное чувство уверенности берсерка.

– Скажи, а есть ли какая-то особая причина, по которой при первой нашей встрече ты выглядел так, будто хочешь заживо содрать с меня кожу? – осторожно спросил Алахан.

Тимон очевидно смутился и виновато опустил взгляд на небольшой плетеный мешочек, прикрепленный к его веревочному поясу.

– Я… иногда не в себе. Ярость Варорга неохотно покидает меня. – Он говорил более четко, осознанно и разумно, чем ожидал Алахан.

– Тогда, возможно, нам стоит вместе отправиться в Тиргартен. Я знаю там жреца, который нам поможет. Я не обещаю скучного путешествия без приключений, но клянусь, что буду защищать тебя, когда ты… не в себе.

На лице Тимона появилась искренняя улыбка, и он нетерпеливо подался вперед.

– Ты поможешь мне найти Летнюю Волчицу? – спросил он.

Прежде чем Алахан успел ответить, раздался неожиданный в этих местах звук. Берсерк поднял голову, показывая, что тоже нечто услышал, и оба резко вскочили с дощатого пола охотничьей хижины.

– Собака? – спросил Тимон.

– Я бы сказал, и не одна. – Алахан слышал отдаленную мешанину рычания и лая, и она становилась все громче. – Ездовые собаки, – прошипел он сквозь зубы, бегло осматривая комнату. – У тебя есть топор… или, может, молот?

Берсерк сжал голову ладонями и быстро помотал ею из стороны в сторону. Вопрос очень обеспокоил его, и Алахан начал подозревать, что от Тимона в бою будет мало проку.

– Ладно, будем надеяться, это всего лишь разведчики, а не вся армия. Пойдем со мной. – Алахан поднял метательные топорики и заткнул за пояс, потом несколько раз взмахнул боевым топором, желая разогнать кровь по жилам, и устремился к выходу из хижины.