Норвуд - Максим Майнер

Ни у кого не хватит сил, чтобы поработить мою волю – я ощущал необычайную чистоту в голове.

Ни у кого не хватит сил, чтобы одолеть меня в схватке – мышцы стали упругими и, кажется, я видел как муха машет своими прозрачными крылышками.

Я могу поймать стрелу налету. Я могу словом остановить коня. Я могу всё.

Среди кучи хлама мне удалось найти небольшую соломинку и с её помощью поместить оставшуюся чёрную каплю в пузырёк, выкинутый интерфектором. Мне очень хотелось втянуть этот последнюю частичку силы в себя, но я сдержался. Чувствую – так будет правильно. А мой отец всегда говорил, что надо доверять интуиции…

Мой отец. Что бы он сказал, услышав от меня о желании убивать? Не думаю, что одобрил бы такие устремления. Тем более жажду бессмысленного убийства, убийства без цели… Но и противостоять этому желанию никак не получается – оно грызёт меня изнутри, разгораясь словно пожар. Пожар, который можно залить только одним – кровью.

И пусть это будет кровь врагов, которые разрушили мой родной город, а сейчас пытают бывшего наставника.

Но прежде чем отправиться к ним, нужно позвать на помощь кое-кого. И теперь я, кажется, понял, зачем мне может понадобиться последняя капля.

Господин Глен и Опалённая чем-то подпёрли снаружи дверь – видимо, чтобы какой-нибудь мертвяк случайно не наткнулся на моё беззащитное тело. Трогательная забота!

Конечно, хиленький завал не мог меня задержать – один крепкий удар ногой, створка поддалась, и я оказался на улице. Солнце над крышами домов будто увеличилось вдвое, а лёгкий ветерок приносил с собой столько ароматов, что слегка закружилась голова.

Ещё в детстве, мой приятель Эббот стащил откуда-то кувшинчик с брагой – она была отвратительна на вкус, но потом – первое время – ощущения были схожими. Все запахи будто приобрели цвет, а цвета стали насыщенными, словно специи с востока. Жаль, что длилось это недолго – за мгновениями восторга последовали не самые лучшие ощущения, но за всё надо платить.

Только за нынешнее могущество расплачиваться не придётся – оно со мной навсегда.

Я пока не решил, как следует поступить с предателями – убить или всё же сохранить им жизни. Думать об этом сейчас совершенно не хотелось. Хотелось другого – бежать.

И я помчался или, точнее, полетел, быстро перебирая ногами. Ветер шевелил волосы, дома по сторонам превратились в пятна, а мертвяки не успевали ничего понять и только-только начинали шевелиться, когда я был уже далеко.

Но проверить свои новые способности хотелось, и я остановился возле одинокого покойника. При жизни он был подмастерьем у лавочника, и в юности мы даже дрались несколько раз, не помню уже из-за чего.

Наверное, нужно складывать руками какие-то знаки, как это делала Опалённая, но они не были мне известны и поэтому, когда мертвяк двинулся навстречу, я просто крикнул:

– Стой!

Несмотря на всю бушевавшую во мне силу, почему-то ничего не произошло, и бывший подмастерье лавочника так и продолжал переть на меня как ни в чём не бывало.

Кажется, сам воздух вокруг покраснел от моей ярости.

– Стой! – теперь я завопил так, что заболели связки.

И это подействовало – мертвяк остановился и уставился на меня своими блёклыми глазами. Так и знал, что не нужны мне никакие жесты или знаки – справлюсь и без них.

Интереса к покойнику я больше не испытывал и поэтому просто побежал дальше. Огибая препятствия и уклоняясь от рук порождений зла, я очень скоро добрался туда, куда хотел. Туда, где всё началось.

Особняк бургомистра был точно таким же, каким мы его оставили. Огонь до него не добрался, а мертвякам оказались не нужны имевшиеся там богатства.

Сам городской управитель, из спины которого торчал стилет, всё так же лежал, уткнувшись лицом в траву, и легонько подёргивал конечностями.

– Господин бургомистр, – я упёрся ступнёй в плечо толстяка и перевернул его набок, – попробуйте-ка это снадобье…

Открыв пузырёк с единственной и такой крохотной капелькой зелья – капелькой, которую можно выпить самому – я с трудом залил её в пасть бывшего городского управителя. Назвать это ртом, не поворачивался язык.

Отбросив пустую тару в сторону, я заметил, как мертвяк несколько раз дёрнулся – похоже, ещё немного и стилет перестанет его удерживать. Но ничего страшного, ведь я собирался сам его вытащить.

С Клинком было расставаться ещё жальче, чем с последней каплей снадобья. Я достал оружие из ножен, глянул на него напоследок и резанул собственную ладонь, отчего тонкая струйка ярко-алой крови полилась прямо в пасть бургомистра.

Теперь мертвяк уже не дёргался, а шевелился – ноги загребали по земле, а руки потянулись в мою сторону. Смотреть на это было очень весело.

– Надеюсь, теперь вы сможете меня найти, господин бургомистр, – я опустился на корточки рядом с тушей и вбил Клинок по самую рукоять в грудь толстяка.

А после вытащил стилет и сразу побежал, потому как мертвяк стал активно двигаться и даже начал подниматься на ноги. Конечно, я не боялся! Что может мне сделать какой-то жалкий мертвяк? Ведь я способен голыми руками открутить его голову.

В книгах я читал, что некоторые хищники могут чуять кровь на большом расстоянии, а вкусив её, готовы преследовать жертву без устали. Не знаю, относится ли это к мертвякам, но надеюсь – моя идея сработает, и бургомистр действительно отправится за мной. А если повезёт, то на запах сбегутся все окрестные покойники.

Удалившись на некоторое расстояние, я обернулся и убедился, что толстяк идёт за мной. Теперь он двигался гораздо быстрее, чем раньше. Не так, как я, само собой, но капелька зелья, похоже, сделала своё дело.

Я не выдержал и расхохотался, представив, как удивится пресловутый Карл Рокитанский, когда вместе со мной придёт и сам бургомистр. Но всё правильно, таких высоких гостей должен встречать именно управитель города собственной персоной!

Поглядев ещё какое-то время на резво приближающегося ко мне мертвяка, я стряхнул несколько капель крови на мостовую и побежал дальше – в сторону городской площади.

Сейчас бег не доставлял уже такого удовольствия – приходилось сдерживаться, чтобы мой спутник не сильно отставал, да и мертвяков вокруг становилось всё больше и они, привлечённые ароматом крови, спешили ко мне. Это злило, и воздух вокруг снова начал краснеть.

Но я приберегу ярость, ведь до площади осталось совсем чуть-чуть.

Мертвяков вокруг становилось всё больше и больше – они бросались наперерез и тянули ко мне руки, пытаясь ухватиться за одежду, но всё безрезультатно – я был слишком резв для них.

Несколько раз приходилось приказывать им остановиться, но оказалось, что это очень быстро лишает сил – голова начинала кружиться, а ноги подкашивались. Поэтому я решил, что гораздо проще уворачиваться от этих медлительных созданий, и это даже стало казаться интересной забавой, поскольку мертвяки очень смешно сталкивались, стремясь добраться до меня быстрее остальных. Женщины, путаясь в платьях, падали на мостовую, другие запинались о них и тоже валились на землю, в общем, было по-настоящему весело.