Чужая судьба - Екатерина Котлярова

— Ты будешь закатывать мне сцены ревности? — голосом, в котором звенел лёд и презрение, спросил он.

— Как ты можешь разговаривать со мной так, после всего, что у нас было? — в голосе женщины послышались слёзы.

— Что у нас было? Ты запрыгнула ко мне в постель, когда я был пьян до полусмерти. Я ничего тебе не обещал.

— Ты же знаешь, что я люблю тебя и всё ради тебя сделаю, — женщина встала из-за стола и приблизилась к Яромару, опускаясь перед ним на колени. — Нам так хорошо было вместе.

Она положила пальцы на бедро мужчины, медленно лаская, приближаясь ладонью к ширинке.

— Так люблю, — снова прошептала женщина, расстёгивая молнию.

Лена с силой зажмурила глаза и закрыла уши. Как он мог вчера так страстно прижимать её к себе, а сейчас обжиматься с этой рыжей мочалкой? Запрокинув голову, чтобы слёзы на катились по щекам, Ленсаноэль решительно поднялась с подоконника и пошла на выход. Остановившись у стола, девушка скомкала нарисованный рисунок и с силой бросила в лицо Яромару.

— Ненавижу тебя, кобель! — Лена с силой дёргала ручку, пытаясь открыть дверь.

— Ленсаноэль, — руки Яромара опускаются на дверь, по обе стороны от её головы.

Мужчина встал практически вплотную к ней, тесно прижимаясь грудью к её спине. Горячее дыхание обжигало кожу.

— Отпусти меня, — сквозь зубы прошипела Лена.

— Ленсаноэль…

— Оставь меня в покое! — истерично выкрикнула девушка.

Замок наконец-то поддался и Лена выбежала из библиотеки.

Яромар сначала дёрнулся, чтобы догнать, но понял, что девушка сейчас на взводе и стоит немного подождать.

— Ну что? Ты довольна? — ноздри мужчины раздувались от ярости, когда он обернулся к женщине. — Я тебе ясно дал понять, что я не хочу тебя видеть. Я люблю свою жену! — слова самопроизвольно сорвались с языка.

— Ах вот оно как! Эту серую мышь полюбил? Что ты в ней нашёл? Что?

— То, чего у тебя нет. Твоему скудному уму этого не понять. Я надеюсь, что мы с тобой друг друга поняли и больше не увидимся.

— Да иди ты!

Яромар наклонился и поднял с пола скомканный лист бумаги. Развернув и разгладив его на столе, мужчина поражённо выдохнул. С белого листа на него смотрело его собственное изображение. Воробушек. Его маленький воробушек рисовал его. И он, кажется, всё испортил.

*****

«Поплачешь вечером!» — приказала Ленсаноэль себе. В душе бушевал ураган. — «Ты же собиралась почитать Марику сказку на ночь. Чёрт!» — простонала мысленно. — «А книгу то я не взяла. Ладно. Расскажу «Золушку» или «Белоснежку». Надеюсь, ему понравится».

Марик сидел на высоком стуле на кухне и весело болтал ножками в воздухе. В его руках то и дело мелькал карандаш. Лена подошла к нему из-за спины и заглянула через плечо. Слёзы не желали ждать до ночи и сорвались с ресниц. Одна, другая, третья. Они горячими дорожками стекали по щекам. Марик. Её сынок. На рисунке были нарисованы трое: мужчина с чёрными волосами и жёлтыми глазами, женщина с коричневыми косичками и синими глазами и мальчик с рыжими кудряшками и зелёными глазами.

— Мальчик мой! Сыночек! — Ленсаноэль прижалась к его спинке и положила голову на макушку. — Это ты кого нарисовал?

— Тебя, папочку и себя, — пролепетал Марик.

— Знаешь, мой маленький? Я люблю тебя. Сильно-сильно.

Марик соскользнул со стула и обнял Лену за талию, утыкаясь лобиком в живот. Девушка подхватила ребёнка на руки и прижала к груди.

— Пойдём, я тебе сказку расскажу, — Лена с Мариком на руках пошла в сад.

Девушка опустилась на лавку в беседке с круглым столом и усадила Марика напротив. Только она собиралась начать свой рассказ, как из кустов вынырнула знакомая голова со спутанными чёрными волосами.

— А что Вы тут делаете? — с любопытством в голосе спросил мальчишка.

— Сказки слушать собираемся.

— А нам можно? — ещё одна голова появилась из кустов.

Девчонка пяти лет, со смешными косичками, торчащими в разные стороны, была похожа на аниме персонажа. Её огромные фиолетовые глаза, с пушистыми ресницами, смотрели с любопытством на Ленсаноэль.

— Присоединяйтесь, — улыбнулась Лия, похлопывая по лавочке рядом.

Детей играющих в кустах оказалось семь. Сейчас восемь пар глаз смотрели на неё с ожиданием. Прочистив горло, Лена начала рассказывать первую сказку. В саду установилась тишина. Лишь голос Ленсаноэль, меняющий интонации, отражался эхом от деревьев. Лена рассказала две сказки и замолчала. Дети, подавшись вперёд, всё ещё смотрели на неё.

— Ещё! Расскажите ещё! Пожалуйста!

— Поздно уже, — охрипшим от усталости голосом, сказала Лена. — Давайте уже завтра, хорошо? Тётя Ленсаноэль устала.

— Ну, пожалуйста, — законючили дети.

— Так, — раздался голос Яромара. — Маленькие хулиганы! Тётя Ленсаноэль ведь сказала, что устала. Идём все спать, а завтра вечером, собираемся тут. Договорились?

— Да, — раздался дружный гомон со всех сторон.

Топот маленьких ножек и в беседке остаются трое. Яромар смотрит на девушку, которая избегала его взгляда. Мужчина уже давно стоял в тени деревьев и слушал голос своего маленького воробушка. Этот голосок убаюкивал, дарил успокоение. Да и сказок он таких никогда не слышал. Яромар сам заслушался и даже не заметил, как пролетело время.

— Мамочка, я побегу на кухню к тёте Натафье, — будто почувствовав напряжение в воздухе, Марик, подпрыгивая, убежал.

— Я тоже пойду, — Ленсаноэль ринулась в дом, пока мужчина ничего не сказал, вбежала в столовую, схватила графин с водой, наполнила стакан и стала жадно пить.

— Ты теперь собираешься от меня бегать? — рука Яромара обвилась вокруг её талии. Мужчина зажал её между столом и своим телом, не оставляя свободного пространства. Носом уткнулся в волосы и глубоко втянул её запах.

— Пусти меня, — Ленсаноэль начала активно вырываться. — Не смей ко мне прикасаться, — пальчиками девушка пыталась отодрать его ладонь от своей талии. Извернувшись, Ленсаноэль повернулась к мужчине лицом и стала яростно колотить кулачками по его груди. — Пусти меня, — девушка схватила стакан, в котором оставалась вода и яростно выплеснула воду Яромару в лицо.

— Маленькая поганочка, — ласково сказал он.

Но Лене показалось, что он над ней издевается. Очередная попытка вырваться, заканчивается тем, что Лена опрокинула графин с водой. Влага заползла под воротник, противно утяжеляя одежду.

Лена ошарашено открывала и закрывала рот, губы и руки начали трястись. Девушка громко, с надрывом всхлипнула. Слёзы и боль, которые она сдерживала целый день, вырвались наружу.

— Я ненавижу тебя! Как же я тебя ненавижу! — со всей силы Лия ударила его кулаком в грудь, выплёскивая всю боль и всю горечь. — Не — на — ви — жу!