Медвежий поцелуй - Диана Маш

Тихий всхлип сменился громким стоном, когда я почувствовала всю мощь этого мужчины, готового в любой момент сделать меня своей.

— Скажи, что ты тоже этого хочешь, — выдавил он из себя, прижавшись губами к моей шее, а пальцами собирая влагу между моих ног.

Почувствовав слабый укус в этом месте, я визгнула, и вместо того, чтобы оттолкнуть, вцепилась в его плечи, прижимая к себе еще сильнее.

— Проклятье, да! — тепло его тела, каждое его движение, каждый рык, что он издавал и присущий только ему запах — все это доводило меня до исступления. Я могла лишь мысленно умолять его не медлить и взять меня всю, без остатка.

Горячие пальцы сменились каменной твердостью. Одно резкое движение его бедер, и тело пронзила жгучая боль, заставившая меня громко охнуть, и крепко зажмурится. Ратко замер.

— Почему… — прохрипел он, шумно дыша, — не… сказала?

Мне хотелось ответить, что моя невинность — это не болезнь, чтобы о ней предупреждать заранее, но тут почувствовала неладное. Его мышцы под моими пальцами начали увеличиваться в размерах, а кожа покрылась мелкой шерсткой. В синих глазах сверкнуло недоверие, а затем лицо вербера накрыла прозрачная медвежья маска.

Честно признаюсь, не будь я свидетельницей его прошлых обращений, с громким воплем уносила бы сейчас ноги из комнаты. Но вместо этого, я провела ладонью по его спине, будто пытаясь успокоить разбушевавшегося медведя.

Помниться, кто-то недавно мне плел, что оборотни не могут спонтанно трансформироваться. Что же послужило причиной этого оборота? Неужели его зверь почуял опасность?

— Ратмир, что-то произошло? — спросила я, забыл о причиненной мне боли, что уже успела сойти на нет.

— Да… то есть, нет… просто… ты моя. моя. — каждое слово давалось ему с большим трудом.

Так же неожиданно, как обратился, вербер вернулся обратно в свою человеческую форму, но что он имел в виду, я уточнить не успела. Беспокойно заелозила под ним, и тут же почувствовала, как мои ягодицы обхватила крепкая ладонь. Ратмир глухо застонал и прижался к моим губам властным поцелуем, одновременно врываясь в мое тело.

Ожидая нового всплеска боли, я зажмурилась, но ее место заняла томительная наполненность. С каждым его движением меня уносило на новый уровень сознания. Словно огненный шар собирался внизу живота, грозя вот-вот взорваться. Его прикосновения ударяли разрядами электричества, заставляя выгибаться в спине.

Все сильнее и сильнее меня затягивало в омут страсти. Я металась на кровати под действием его резких движений и умелых ласк. С каждым толчком я чувствовала, как нас связывают невидимые, но крепкие как канаты нити.

— Моя. карамель, — выдохнул вербер, сжав горячей ладонью мою грудь, от чего еще сильнее кружилась голова, а из горла вырывались все новые стоны. Движения становились все быстрее.

Только он, мой медведь со сжатыми губами, колючей щетиной, и синими как море глазами удерживал меня на плаву, не давая утонуть в интенсивных ощущениях.

Огненный шар разросся до неимоверных масштабов, пока не разлетелся на кусочки, превратившись в неистовое пламя, что разлилось по венам жидкой лавой. Непереносимое наслаждение охватило все тело, от чего сознание унеслось ввысь и только раздавшийся мужской стон, вторивший моему, смог вернуть меня на землю.

Судорожно пытаясь выровнять дыхание, я не заметила, как мы поменялись местами и теперь я лежала сверху, прижатая к твердому телу. Грудь Ратмира быстро поднималась и опадала, он, как и я, глотал ртом воздух, но глаза лучились удовлетворением, а пальцы снова жили своей собственной жизнью, блуждая по моему выжатому до последнего сока телу.

— Что это только что было? — прошептала я, — оно всегда. так?

Дура, ну что за вопросы? Конечно всегда! Или ты решила, что особенная? С этим мужчиной по-другому просто быть не может. Он словно создан для таких марафонов, и я уверенна, пальцев двух рук не хватит, чтобы пересчитать всех счастливиц, которым повезло познать в его руках настоящую страсть.

— Нет, малышка, не всегда, — хмыкнул Ратмир и прижался к моим губам, — я бы продолжил тебя убеждать, но не после первого раза. Тебе нужно поспать, а завтра мы все обсудим.

Мне хотелось возразить, сказать, что сил во мне еще много и никакой боли я тоже не испытываю, но вместо слов с губ слетел сладкий зевок.

Ладно, его взяла, сейчас я посплю, но утром ему от меня никуда не деться!

Наивная, если бы я только знала.