Обратный отсчёт - Константин Бояндин

— Или уж расскажите, что у вас случилось, или займитесь чем-нибудь.

— Найдётся бумага и карандаш? — поинтересовался вдруг Вадим. Травматург кивнул.

— Кстати, он классно рисует! — оживилась Магна. — Такие комиксы, класс! Вадим, а нас с ним не нарисуешь? Вилли, ты против?

— Не против, если тихо будете сидеть, — поднялся на ноги Травматург. Ночка выдалась бурной. С учётом внезапного визита Кыси и того представления, что она устроила в Тау-Бета. Договорились вначале передать Галину Петренко в надёжные руки Профессора, а через час, там же, встретить Кысь. По словами Лаки, Кысь знает все Помещения, известные Конторе. Самое трудное — объяснить, о каком из них идёт речь. И тут помогает внутренняя маркировка: неизвестно кто, неизвестно как, неизвестно когда нанёс на потолок Помещений те самые греческие буквы. Они прекрасно видны в инфракрасном диапазоне — каждая буква метров сорок в поперечнике.

* * *

…Травматург как раз открыл проход для Лаки — встречать Галину и стажёра Новака из филиала в Атланте — и увидел, впервые, знакомую индикацию на всех дверцах. Как если бы все коридоры между всеми Помещениями разом открылись. Ну, точнее, ему известные коридоры.

— Лаки, — успел передать он, — все коридоры открыты. Будьте там…

Шорох, треск статики. Связь оборвалась. Травматург немедленно поднял тревогу, но Профессор только успел вызвать отряд на помощь, как связь восстановилась.

— Вилли, — голос Лаки. Удивительно спокойный голос. — Пусть Профессор и Док подходят. Она уже здесь. Отключай тревогу.

Травматург беззвучно выругался. Чёртовы инопланетяне, даже на часы не могут толком посмотреть! Сам он не видел того, что происходило в Тау-Бета, но оперативных записей оказалось предостаточно. На этот раз Кысь ничего не блокировала, не стирала и не удаляла из памяти зрителей.

…Она шла — светловолосая девушка с вытянутым лицом и двумя косами до пояса. В платье до пят и туфлях. Никаких украшений, никакой косметики, ничего такого. До сих пор спорят, какого именно цвета и покроя платье — похоже, все запомнили разное. Но не это привело всех в изумление.

Там, где проходила Кысь, становилось светлее. Она вышла, предположительно, из центра Помещения и пошла в сторону Лаки. И подошла как раз в тот момент, когда Новак и Петренко выпрыгнули из коридора.

Кысь остановилась шагах в десяти от ошеломлённых людей. Петренко переводила взгляд с Новака на Лаки и обратно, и Лаки прижала палец к губам, указав глазами на Кысь. Галина кивнула — хотя видно, чего стоит ей сохранять самообладание.

Кысь просто стояла, а каменный пол под её ногами преображался — превращался в цветущий луг. Со скоростью сантиметр-два в секунду. И светлело! Все люди невольно отпрянули, когда трава начала прорастать совсем у их ног, но Кысь звонко рассмеялась и посмотрела в глаза Лаки.

«Не бойтесь», сказала та мысленно. Галина вздрогнула, посмотрела в глаза Лаки. «Галина, её зовут Кысь. Она просит тебя подойти ближе к ней. Не бойся».

Галина кивнула, но не сразу сумела сдвинуться с места. Ещё бы — не так давно она ползла по стальному холодному коридору, да ещё ужасов натерпелась там, у себя дома. И вот сразу такое!

Галина подошла к Кыси на расстояние вытянутой руки и не удержалась, присела и потрогала траву руками.

— Настоящая! — поразилась Галина. — Извините! — она выпрямилась и запрокинула голову. — Солнце?! Откуда?!

Да, хороший вопрос. Луг успел добраться до Лаки и Новака; теперь и они видели в небе солнце. Это что получается, Кысь приносит свой, если так выразиться, мир с собой?

Кысь снова рассмеялась, и «пропела» что-то. Словно исполнила пьесу для скрипки с оркестром.

— Как красиво! — вырвалось у Галины. И она улыбнулась, когда Кысь, как это обычно бывало, начала преображаться в кошачий облик. Двуногая прямоходящая кошка. И только зажмурилась, когда Кысь прошла сквозь Галину — стряхнула что-то тёмное, шевелящееся, себе под ноги — и, похоже, раздавила каблуками. Пара секунд — и Кысь приняла свой прежний облик. И снова что-то «спела». Галина в замешательстве оглянулась. Лаки прикрыла глаза.

— Она говорит… минуту… она говорит, что вы многое успели забыть, но всё это вернётся. — Вот чёрт, подумала Лаки, только этого не хватало. Если сейчас Кысь отменит действие амнеотика…

— Вы её понимаете?! — поразилась Галина и неуверенно протянула руку к Кыси. Та не отпрянула, не выразила недовольства — наоборот, сама протянула правую руку. Галина осторожно прикоснулась к ладони Кыси, и та снова улыбнулась. — Она настоящая! И что же я забыла?

Так. Этого следовало ожидать. Кысь отступила на шаг… и преобразилась. Теперь там стоял Вадим Плетнёв. Не отличить. В той одежде, в которой он пришёл к Кыси на профилактику.

— Так вы его тоже знаете! — ахнула Галина. — И кто он? Не скажете?

Кысь вернула свой прежний облик (Галина вздрогнула) и отрицательно покачала головой. А потом обвела руками пространство вокруг себя.

Из ниоткуда собрались и уплотнились ячейки — словно всех присутствующих поместили внутрь огромного мыльного пузыря, на поверхность которого налипло множество мелких. Ячейки, «пузыри», более всего походили на экраны. Кысь оглянулась, явно ища что-то взглядом, и указала рукой. Ячейка, метрах в десяти на север, метрах в пяти над полом, осветилась и поражённые зрители увидели Травматурга, смотрящего внутрь коридора. Словно камера возникла в том самом коридоре. «Камера» резко понеслась вперёд, прошла мимо Травматурга, Дока и Профессора, сквозь дверь морга, прямо и направо по коридору, снова сквозь дверь. И остановилась. Вадим, в библиотеке, сосредоточенно рисует что-то — не видно, что. Он поднял голову, лицо его отразило изумление — он тоже что-то видит? — и картинка пропала. А следом за ней пропали и все ячейки-пузыри, и сама «мыльная полусфера» исчезла.

— Так он тоже на вас… у вас работает?! — оглянулась Галина. — Он тоже следил за мной… ну, охранял, да?

Лаки не придумала ничего умнее, чем кивнуть. Можно ведь и так сказать.

— Кысь. — Лаки не сразу обрела голос. Та, к которой обращались, встретилась с Лаки взглядом. — Люди, о которых ты говорила, готовы встретиться с тобой. Галине нужно отдохнуть, у неё сегодня был сложный день.

Кысь кивнула, взмахнула руками перед собой, и… Галина и Новак пропали. Как и не было.

— Лаки, перемещение в энергоблок номер один, — голос Травматурга из рации. — Кто это, не в курсе?

— Галина и Новак, встречайте. И пусть Док с Профессором идут сюда, Кысь ждёт.

* * *

— Жаль, меня там не было, — вздохнула Магна. Нечасто услышишь от Травматурга рассказ, да ещё такой интересный. — Вадим, не сделаешь нам пока кофе?

Вадим, успевший прийти в себя, кивнул, поставил пустую стопку на стол, и отбыл. Рисунки — карандашные наброски — тоже оставил на столе. Выглядел Вадим теперь значительно лучше, даже улыбнулся на прощание.