Не драконьте преподов - Ольга Коротаева

Оридж смотрел на меня так, будто я звезда рока, его лучший друг и мисс июнь в одном флаконе. То есть в бутылочке Адалин, на каждую из которых он тоже косился с заметным интересом. Машков явно постарался подготовиться к вечеринке и уже притащил сюда кучу зелий, но самого учителя ещё не было — я отправила его спасать ректора.

Сама же следила за подготовкой к вечеринке, бурную деятельность по которой провела в библиотеке. Студенты уже подвинули некоторые стеллажи, разобрали книги и сейчас исполняли мечту Фигеля, — протирали корешки фолиантов, — но только добровольно и радостно, в ожидании необычного развлечения.

Библиотекарь не переставал ворчать об иномирном нашествии на его личную территорию, но терпеливо переносил устроенный мною беспредел. И это бесконечно удивляло моих дракончиков.

В конце концов его бурчание мне надоело настолько, что я всучила инструмент для мытья пола самому Фигелю. В этот момент от своих дел отвлеклись все, включая кошку и ноара. А когда библиотекарь, громко роптавший на злую судьбу, пославшую ему наказание в виде меня, подчинился, бросились обсуждать невероятное происшествие.

— Как вам это удалось, учитель?! — первым не выдержал Оридж.

— Если скажу, то тебе придётся на мне жениться, — отшутилась я.

Но вот то, как этот шалопай серьёзно задумался, насторожило. Поэтому я тут же взъерошила его волосы и шёпотом призналась:

— Я его приворожила.

— Да это все знают, — отмахнулся парень и с ужасом проследил за пролетающим верхом на швабре Фигелем. — Но не настолько же!

Я виновато улыбнулась, потому что случайно схватила один из опытов Тёмного, и, скорее всего, не самый удачный. Удивительно, но у Артёма никак не получалось получить доступ к магии «аватара», что легко получалось у меня и Максима. Некоторые плоды его экспериментов были даже опасны. Впрочем, при воспоминании о том, как библиотекарь кружил меня под потолком, сочувствие мгновенно испарилось.

— Милый! — громко позвала я и указала на паутину в самом углу. — Будь так любезен, убери вон там! А то я пауков очень боюсь.

— Тебе надо, ты и лезь! — зло ответил раздраконенный библиотекарь и послушно взлетел, чтобы аккуратно протереть притолоку тряпочкой. — Раскомандовалась тут!

— Как ты его вымуштровала, — искренне восхитилась вошедшая в библиотеку Цири.

При её приближении Оридж отступил к столу, на котором были расставлены зелья, и принялся увлечённо их рассматривать.

— Привет, Мама, — весело отозвалась я. — Как там пациент? Скорее жив?

— Он да, — проворчал Максим. — И даже перестал тебя вспоминать недобрым словом. Добрый у нас ректор, отходчивый… А вот тебя я не прощу! Пришлось терпеть масленые взгляды целителя целых четыре с половиной минуты, пока я заливал Терану зелье от немоты. За что ты его так приложила?

— Вот за это же, — указала я на библиотекаря. — Не люблю, когда у мужиков слова расходятся с делом. Вот, например, Фигель. Ползал на коленях и молил о задании. Оказалось, всё это игра, чтобы я не догадалась, как именно действует заклинание. А оно работает безотказно. Этот хитрец же довёл всё до гротеска, прикинь!

— Какой умный мужик, — поахал Машков. — То есть он решил, раз всё равно придётся выполнять все твои просьбы, то стоит прикинуться жалким рабом, чтобы ты им брезговала пользоваться?

— И при этом подобраться к нашей компашке поближе, — иронично согласилась я. — Талант дипломатии, а не библиотекарь.

— Семерых одним ударом, — рассмеялся Мама. — Фокусник!

— Его бы в наш цирк, отодрали бы с корешками от книг… А то тигры голодные сидят, — процедила я.

— За что ты злишься на Фигеля, я понимаю, — кивнул друг и уселся рядом. — А что ректор тебе сделал?

— Чего не сделал, — нехотя ответила я и обняла друга за худенькие плечи. — Вот ты вернулся, чтобы меня спасти, а он…

Голос внезапно дрогнул, и я замолчала.

— Обиделась? — понимающе уточнил Машков и тоже прижался ко мне. Впервые я ощутила, что значит, когда рядом есть подруга. Девушка, которая не спешит завалить советами, как парни, а просто посочувствует. — Ещё несколько дней назад я бы назвал тебя дурой. Но сейчас понимаю. И это чертовски пугает. А что, если я превращаюсь в бабу? А, Киселёва?

— Угу, — задумчиво протянула я. — Как здесь появились, так ты она и есть, Машков. И если честно, я этому очень рада. У меня никогда не было лучшей подруги.

— Учитель! — позвала Селеа, и я подняла голову, глядя на спешащую к нам девушку. Студентка тащила огромную коробку. — Столько хватит?

Я поднялась и заглянула внутрь. При виде несметного количества бутербродов рассмеялась.