Хрустальное сердце Тронхейма - Полина Атлант

— Разве я не предупреждал тебя, чтобы ты не пропадала без объяснений? — сейчас он был готов завалить меня вопросами. Мне было трудно отвести взгляд от топазовых глаз. Они не дадут соврать.

— Я занималась важным делом! — ответила я. Если он продолжит меня допрашивать, скажу, как все было. Если бы его жрица давно справилась с Эстер, мне бы не пришлось пропадать по ночам.

— Да как же ты не поймешь, своенравная? Я отвечаю за твою жизнь и честь перед богиней и твоим женихом, — хэрсир напомнил мне о том, что я пыталась хоть на время забыть.

— А я переживаю за жителей Тронхейма! — сказала я в свое оправдание и попыталась пойти дальше. Но Эрлендор не дал, он продолжал стоять передо мной, как стена. — Нужно найти способ уничтожить злого духа колдуньи, который вселился в Эстер!

— Мы найдем этот способ вместе, ты не должна пропадать и творить неизвестно что, — возмутился он еще сильнее, желваки на его лице напряглись.

— Обещаю, больше не буду! — я не стала спорить, нужно было дать ему слово, чтобы он успокоился.

— Конечно нет. Я поставил охрану у дверей чертога, чтобы после заката никто не выходил, — сказал он с усмешкой, словно поймал меня в свои сети.

— Спасибо! — что я еще могла сказать, он и вправду заботился обо мне.

— Пойдем, я провожу тебя, — сказал он и пропустил меня вперед.

— Когда мое следующее испытание? — надо было поддержать разговор и сменить тему, чтобы он перестал злиться. А то, боюсь, он прямо завтра выдаст меня замуж.

— Завтра. Поэтому я попросил Абелон пойти к тебе и сказать об этом. Но тебя не было. Торви не знала, куда ты делать. Теперь старая жрица зла на тебя за то, что ты без нее творишь тут какие-то ваши общие дела, — выдал Эрлендор на одном дыхании, отчитал меня как девку. Но меньше всего меня интересовало то, что там считает старуха.

— Me все равно! Абелон не довела до конца одно дело! — я остановилась, достала из кармана жилетки золотой шнурок и показала ему. Он наверняка знал, что только воспитанницы Фригг носили амулеты на таких.

— Откуда он у тебя? — Эрлендор был удивлен, он прикоснулся к отливающему золотистым светом шнурку.

— Абелон не справилась с Эстер, — поставила я его в известность, он должен это узнать именно от меня. — Твоя старая жрица стала слабой и ее способности тоже, она смогла лишь погрузить Эстер в колдовской сон. Но не нашла способа умертвить ее, потому что ей это не дано!

— Когда-то она была великой жрицей и убивала драконов, — с ноткой отчаяния проговорил Эрлендор. Я видела, что он верил мне, но пока была не в состоянии убрать ее с пути.

— Все это давно в прошлом! Кроме того, она не была воспитанницей Фригг, она многого не знает, — знаю, это звучало так, словно я набивала себе цену перед ним. Как хэрсир он обязан понять, что пора передать магическую защиту над Тронхеймом именно мне.

— И что, ты смогла в одиночку справиться с Эстер? — Он удивился еще больше, или не понимал того, что я ему объясняю. Или не хотел.

Обстановка накалялась. Я чувствовала, как покалывает магия в кончиках моих пальцев. Он должен мне поверить, но как ему это сделать, если он не видел, на что я способна.

— Ты ведь ни разу не был на моем испытании! — я понизила тон, стала говорить тихо. Хотела показать ему, что мне обидно. — Я получила разрешение от прислужницы богини, большего мне не нужно!

Эрлендор вроде выслушал меня.

— Я не сомневаюсь, что ты сильная и мудрая, но от моего наказания это тебя не спасет! — удивил он меня.

Что же он придумал?

— Наказания за что?

— Твой жених был сегодня крайне возмущен тем, что ты где-то бродишь, и прислал парочку наемных охранников для тебя, — сказал хэрсир и улыбнулся уголком рта. Он знал, что к такому повороту я была не готова. Вмешательство жениха в мои дела мне вообще не нужно.

— Я в надежных руках, со мной всегда Свава! — парировала я. Ведь до сих пор никто их этих мужчин не заботился о моей безопасности.

— Если валькирия будет покрывать тебя и дальше, ее ждет изгнание из Тронхейма, и то же за самоволие! — Я была потрясена. Он смог найти мое слабое место.

Видимо, Эрлендор понял, насколько мы со Свавой сдружились.

— Какой же ты жестокий! — прошипела я ему в лицо и резко развернулась, чтобы уйти.

Он же схватил меня за плечи и развернул, плотно прижав к себе. Мое сердце заколотилось как бешеное. Его пронзительные глаза и влажные губы были слишком близко от моего лица. Я чувствовала его мятное, медовое дыхание.

Такого хэрсир себе еще не позволял. А я ему не придворная девка, всегда дам отпор.

— Не ставь под сомнение мою репутацию. Я не хочу, чтобы за спиной у меня смеялись и говорили, что я разрешаю свободной девке творить, что она хочет. У нас так не принято. Кто-то должен за тебя отвечать. И это я, а потом оберегать твою честь будет твой жених! — пояснил он мне, словно я была чужестранкой и не понимала местных правил отношения к женщинам.

Я вырвалась, и это было неприятно больно. Потерла предплечье, прежде со мной так никто не обращался. Он тоже не имел права на подобное, неважно, что он правитель.

— Что ты меня этим женихом упрекаешь, словно это я придумала помолвку, — я взвыла, как раненая, глаза закололи застывшие слезы.

— Если бы я мог, уже бы давно выдал бы тебя замуж. На тебя не должны глазеть женатые мужики! Но твой жених что-то медлит, — он снова разгорячился и высказал невзначай то, что, видимо, скрывал от меня.

— Отпусти меня, что скажет мой жених, узнав, что ты меня лапаешь! — я рванулась вперед на безопасное расстояние от него, чуть не врезавшись в ствол яблони.

— Я тебя предупредил, это было в последний раз! — уходя, он кинул грозный взгляд, ткнув в меня пальцем. Хэрсир хотел, чтобы я принимала его слова всерьез. Пусть сначала сам доверится мне.

— Чтоб тебя Фрейя в гарем украла! — сказала я тихо, когда он окунулся в темноту.

— Я все слышал! — крикнул он, а я быстро забежала в чертог и замкнула дверь на замок. Кто знает, что у злого мужика на уме.