Хищники жаждут ночи - Доминика Арсе

– А ты чего уселась? Вон сама накладывай, – кивнул солдат с набитым ртом на чан, висящий над костром.

– Спасибо, – ответила, с трудом поднялась и потопала к чану.

Рядом со стряпнёй в корзине беспорядочно навалена алюминиевая посуда. Как оказалось, немытая, с жиром и ошмётками.

Тарелку выбрала почище, но всё равно сполоснула. Пришла к выводу, что без толку, жир холодной водой не смыть, и ошмётки уже затвердели так, что стали частью тарелки. Гречневой каши в чане на донышке. Самое подгорелое осталось, и мясо всё выловили.

Уселась отдельно, насколько смогла обособленно. Хотела поесть молча, но…

– А ты чьих будешь? – Обратился самый ворчливый.

– Это ты «чьих», а я своя собственная, – ответила, не глядя.

– А чего это грубишь солдатам императорской армии? – Возмутился третий.

Все озлобленные, товарищей потеряли. Если бы не проходила сама, сейчас бы дала им как следует.

– Я с ночи тоже стала солдатом императорской армии, – ответила нейтрально, решив не провоцировать мужчин.

– Что – то мы тебя тут раньше не видели…

– Вижу её! – Раздался крик со стороны недоделанной канавы.

Уши прижала, сгорбилась, сделавшись незаметной. Кому я там понадобилась? Целая группа ко мне приближается. Свидетели моих попыток вампира вызволить? На всякий случай поправила клинок, что висел на поясе. Чтобы в случае опасности рукоятка под рукой оказалась сразу.

– Это точно она! – Охал боец, показывая на меня пальцем. – Я видел, как она владекетеры те сожгла ещё на подлёте.

Фух, какое счастье.

– Врёшь ведь, – корили товарищи, но всё равно шли за ним.

– Она магичка, готов поклясться.

Подошли вплотную, обступили. Те, что сидели со мной, тоже вылупились неоднозначно.

– Это ты владыкетеры сожгла? – Нависли мужчины, как коршуны.

На лицах одних лёгкая ирония, других – строгость. Чего пристали, не пойму. Тишина задавила критическая, пришлось что – то да ответить.

– Ага, – хмыкнула, стараясь ни на кого не смотреть.

Но ощутила всеобщее смятение. Особенно от тех, кто пытался наехать до прихода новых товарищей.

– Врёшь ведь, – повторили уже мне.

– Не врёт, – буркнул боец из сидящих, что до этого молчал. Вот это поворот, усмехнулась сама себе.

Почему – то ему поверили сразу, видимо, авторитетный попался. Притихли как мыши, ложки с кашей у ртов остановились, жевать перестали. Ой, как неловко вышло. Лишь бы не поперхнулся кто, хватит нам с ночи потерь.

– Ты магичка? Лечить можешь? – Обратился вдруг один из подошедших, уже не молодой солдат, с блестящими глазами, полными надежды на чудо.

– Нет, – ответила, уводя взгляд. – Боюсь, с серьёзными ранами не помогу. Но вы можете отвозить людей в монастырь Явления, что на юго – востоке за холмом. Сёстры организуют уход по мере сил и возможностей, когда узнают, что это наказ матери – настоятельницы Валерии.

– Спасибо, добрая госпожа…

Инкогнито моё быстро слетело, стало не по себе, решила прогуляться и поискать знакомых лордов в надежде, что все целы.

Совещание в шатре командования состоялось к полудню в уцелевшем лагере. Меня туда никто вроде и не звал, но я всё равно нагрянула. Пока шла по лагерю, отметила для себя, что командование подходит ко многому безответственно. Поэтому явилась накрученная и злая.

Эти идиоты ничего без меня не могут, проспали пол армии за одну только ночь.

С твёрдой позицией, что должна вмешаться, нагло и уверенно протиснулась меж караульных. Шмыгнула через полог и подошла к столу с расстеленной картой, устроившись между Жагобой и графом Щенсоном. Очень рада, что северянин уцелел.

За столом было ещё трое знакомых лиц, остальных четверых видела впервые. Они больше других скривились, при виде незнакомки, ворвавшейся так неожиданно.

– Что вы себе позволяете?! И кто вообще такая, чтобы являться сюда?! – Первым выказал недовольство самый солидно и чисто одетый, невысокий брюнет лет тридцати от силы, прожигая меня иссиня – чёрными глазами буквально насквозь. Очень редкий цвет глаз, надо отметить. И довольно тонкий голос для брутального на вид мужчины.

Все захлопали глазами, проглотив языки. Все, кроме орка.

– Сэр Нельс, она со мной, – выпалил Жагоба, опустив на моё плечико свою огромную лапу. – Это маркиза Валерия, глава монастыря вашей веры о Явлении.

– Женщине не место на обсуждении стратегических планов, кем бы ни была, и с кем бы она ни была! – Взорвался Нельс. – Стража!

– Генерал? – Деликатно высунулся из прохода дядечка стражник с узенькой бородкой.

– Выведи эту женщину, – бросил лорд надменным тоном.

– Тогда уйду и я, – хмыкнул глава клана Хейри, явно намекая, что с ним уйдёт и орчий клан.

Мда, орк всерьёз решил за меня заступиться.

– Да неужели?! – Взвинтился Нельс ещё больше.

Если это тот самый хвалёный генерал Нельс, управляющий армией императора, тогда всё понятно, вопросов больше не имею…

– Генерал, – мягко осёк его сосед, которого также видела впервые. Очень крупный светловолосый бородатый мужчина, смахивающий на викинга, выделялся харизмой среди других.

Уловив их переглядки с графом Щенсоном, поняла, что это не кто иной, как небесный командир граф Чилистин, которого северянин так страстно расхваливал.

– Что генерал, ну что генерал? – Шмыгнул носом Нельс. – К чему приводит присутствие в войсках женщин, мы уже убедились. Пьяный разброд, блуд и отсутствие всякой бдительности.

– То есть это моя вина, что вы прощёлкали пол армии?! – Взвинтилась теперь я.

– Так, дамочка, следи за языком! – Взвизгнул Нельс, что все глазами захлопали, как мальчишки.

Наверное, лишь мне хотелось прыснуть от смеха.

– Это ты следи за языком, генерал недоделанный! – Рявкнула в ответ, да так, что ужас отразился в глазах и генерала, и его соседей, куда собственно и полетела моя пси – волна.

Мне было нечего здесь терять. Хотелось просто донести до безграмотного в военном деле человека, что ему следовало бы пересмотреть своё отношение к вверенным ему жизням.

И меня, конечно же, понесло, пока генерал не опомнился:

– Обо мне вы вряд ли слышали, господа лорды, командиры и генералы, – продолжила низким, угрожающим тоном. – А если бы слышали, пикнуть бы не смели, не то чтобы голос повысить. И чтоб вы тут не думали обо мне ерунду всякую, знайте, когда – то, имея в своём распоряжении пятьдесят тысяч, я разбила трёхсоттысячную армию. Кому – то смешно?

На лицах некоторых уловила иронию (сам же Нельс уже надулся в готовности кричать), и из меня полилось красноречивое: