Дух воина - Марианна Красовская

Похлебка у неё вышла — хоть плачь. Крупа слиплась в безобразный ком, прилипла ко дну. Да ещё и пересоленное. Хороша хозяюшка! Женька даже не догадалась мешать или попробовать вовремя, и теперь суматошно прыгала и пыталась деревянной ложкой хоть как-то исправить положение. Проснувшийся от ее ругательств сквозь зубы Баяр отодвинул ее, попробовал, с невозмутимым видом выплеснул половину котелка на землю, добавил воды и снова поставил на огонь. Помешивал, добавил каких-то трав, пробовал, снова помешивал. Женька сгорала от стыда. Видимо, все же готовка — это не встроенный навык женщин.

И снова он ничего ей не сказал, просто подал чашку с супом. Надо признать — очень даже съедобным. Он вообще был, оказывается, молчаливым, этот степняк. А ей раньше казалось, что он только и делает, что раздаёт команды и с кем-то разговаривает — не замолкая ни на миг. Или это ему только с ней не о чем болтать?

Быстро опустевшие миски вымыла сама. Сняла с кустов высохшую одежду, аккуратно сложила в сумки. И наконец решилась заговорить:

— Баяр, а дальше?

Он понял ее, пожал плечами.

— Здесь хорошее место и много дичи. Чуть позже я поймаю ещё несколько куропаток и запеку в углях. На завтра нам хватит. Завтра будем ехать весь день и к вечеру будем уже в землях угуров. С ними у кохтэ мир и торговый договор. Выменяем у них риса и соли.

— А ещё дальше?

— Зимовать в степи вдвоём — сложно и страшно, можно и насмерть замерзнуть. У нас ни овец, ни собак. Поэтому я хочу ближе к горам. Там есть пещеры и вода. И деревьев много.

— А почему мы не можем присоединиться к угурам?

— Кем? Чужаком? Даже если я смогу себя проявить, буду там простым воином. Меня первого и убьют в стычке, а тебя… ну… угуры женщин не любят своих. Могут выгнать или продать. В общем, лучше уж в одиночку. К тому же…

— Что?

— Нет, пока ничего. Отдыхай пока.

— Баяр… может, я постреляю?

— На сегодня хватит. Если хочешь, поучу тебя саблей махать. Но мне кажется, тяжело будет. Твоё оружие — кинжал, а ты им прекрасно умеешь.

— Тренировка лишней не будет.

— Да, ты права. Бери свой нож и разувайся. Потанцуем немного.

Это и в самом деле был танец — со звериными прыжками, плавными движениями и своим особенным ритмом. Баяр, словно вода, утекал от любого Женькиного удара, как ветер, задевал ее шею или щеку пальцами, посмеиваясь. Но она не сдавалась, никуда не торопилась и даже почти не злилась, понимая, что она — всего лишь ученик. И смогла-таки поймать момент, поднырнув под его локоть, и осторожно ткнуть в правый бок остриём ножа.

Он тут же замер, улыбаясь с таким довольным видом, словно это он ее тут уложил на обе лопатки.

— Умница, — похвалил он. — Точно в печень. Но сама понимаешь…

Да, она понимала — он просто играл с ней. Захотел бы — убил без особых усилий. Или… не смог бы. Потому что и Женька осторожничала, совсем не желая причинить ему вред. Поэтому она, усмехнувшись хитро, бросила нож на землю и предложила:

— А попробуй меня схватить теперь. Только предупреждаю — я буду драться очень нечестно и в полную силу. Меня учил один человек отбиваться от насильников.

Баяр кивнул, мысленно отмечая себе про насильников. Значит, он все же был прав. В полную силу, говоришь, девочка? А почему бы и нет?

Она стояла рядом с ним, улыбаясь во весь рот, такая спокойная, такая тоненькая и хрупкая. Что она может ему противопоставить? Какие подлые приемы применить? Смешно. Укусит? Вцепится ногтями в лицо? Пнет ниже пояса? Ну, пусть попробует.

Шагнул к ней, подхватил за бёдра и закинул себе на плечо. Что, не ожидала? Дженна завизжала и принялась колотить его кулачками по спине, а потом вдруг обмякла и затихла. Ох, неужели сомлела от страха? Спустил ее, заглядывая в лицо, и едва успел увернуться от ладони, стремительно летящей в нос. От пинка под колено, тычка в солнечное сплетение и удара сбоку в шею уже не успел. И откуда в этой малышке столько яростной силы? Он хватал воздух губами, понимая, что остро недооценил соперника. Едва ли не впервые в жизни.