Ангел смерти - Себастиан Кейн

Они принялись за работу.

Их взгляды были остры и холодны, когда они шли к своей цели.

Под вечер они остановились в старой гостинице недалеко от пристани и уже незаметно собирали сведения о нынешнем состоянии дел в подпольном мире Калимпорта, отыскивая и запоминая любую информацию, которая могла подсказать им местонахождение Гадюки. 

***** 

Ржавая железная дверь недовольно заскрипела, когда сильный толчок в спину буквально зашвырнул Этоса в клетку, так что он упал на колени.

– И зачем это нужно? – тихо спросил он у Гадюки, разворачиваясь лицом к ассасину.

Тот закрыл дверь клетки и защелкнул замок.

– Даже лучшего убийцу могут арестовать, – через решетку прямоугольного окошка на верху двери было видно только его лицо, – возможно по ошибке или невезению. Очень важно быть готовым к такой ситуации.

Он отвернулся от окошка, и Этос поднялся на ноги, чтобы лучше видеть, что происходит за пределами маленькой камеры.

Гадюка неизвестно откуда достал чучело и усадил его за стол, который находился в одной комнате с клеткой. Чучело «уселось» спиной к ней.

Убийца скрестил руки на груди и сделал шаг назад.

– Как ты собираешься выбраться?

Этос размышлял вслух.

– Если бы у меня были отмычки, я мог бы открыть замок.

Губы Гадюки скривились в пренебрежительной усмешке. Он покачал головой.

– Как правило, всех арестантов тщательно обыскивают, раздевая догола. Так что маловероятно, что стражники оставят тебе отмычки. Но даже если бы они у тебя и были, ты же помнишь, как сильно скрипела дверь? Этот шум без сомнения сведет все твои попытки на нет.

Этос признал правоту Гадюки.

– Ну хорошо, тогда как мне выбраться отсюда?

На этот раз Гадюка довольно улыбнулся.

– Легко, если будешь готов в этому.

Он разогнул одну руку и закатал рукав, чтобы показать маленький шрам на ней. Потом расстегнул рубашку, показывая шрам побольше, идущий через весь живот.

Затем убийца сорвал первый фальшивый шрам, под которым оказалась спрятана маленькая игла с крошечной капсулой на одном конце.

– Открой капсулу и получишь иглу с аскитлисом. Аскитлис – это сильный яд, моментально вызывающий сон.

– Почему бы не использовать более сильный яд? – спросил Этос.

– Не забывай, где он находится. Что если капсула случайно сломается, пока она в тебе? Ты же не хочешь получить смертельную дозу? Или хочешь?

Этос кивнул.

– Сначала разберись с охранником, воспользовавшись иглой.

– Как? – спросил Этос.

– Сделай трубку, чтобы плюнуть в него иглой. Обычно они оставляют тебе всё необходимое – даже свернутая салфетка подойдет для этого. Возьми иглу в рот и плюнь.

Гадюка нагнулся и снял второй фальшивый шрам. Под ним обнаружилась пара длинных отмычек, очень тонких, но весьма эффективных.

Он поднял голову и пристально посмотрел на Этоса.

– Будучи заранее подготовленным, ты сможешь выбраться даже из очень сложного положения.

– А если нет? – спросил Этос.

– Тогда тебе придётся искать выход самому, – ответил Гадюка. – Или умереть. 

***** 

– Привет, Зип, – тихо сказал Этос.

Зип развернулся:

– Этос! Когда ты зашел?

– Только что.

Хафлинг развернулся и крикнул в сторону сидевшего за столом Джитиндера:

– Эй, Джитиндер, Этос снова в городе.

– Этос! – оживленно крикнул Джитиндер, вставая и приглашая парня сеть рядом. – Проходи, садись!

Этос похлопал Зипа по плечу и пошел через зал. Он улыбнулся и сел за стол.

– Прошла целая неделя. Чем ты занимался все это время? – поинтересовался Джитиндер.

– А ты чем занимался? – парировал Этос.

Улыбаясь, Джитиндер покачал головой:

– Всегда отвечаешь вопросом на вопрос.

Этос пожал плечами.

– Я же почти ничего о тебе не знаю, кроме того, что люди испытывают ужас, услышав твоё имя.

– Это касается только бандитов, – сказал Джитиндер, и его улыбка была уже не такой широкой. – Но я могу сказать тебе почему – в принципе, об этом и так все знают. Понимаешь, Гадюка убил моих родителей, когда я был ещё ребенком, и с тех пор я охочусь за ним. Его не так-то просто найти, но я все равно отыщу этого гада. И когда я это сделаю … – он покачал головой. – В любом случае я пытаюсь очистить улицы от преступников. Они не лучше животных и не заслуживают пощады. Насколько мне известно, я имею определённую репутацию в преступном мире. Это цена славы, я полагаю.

Этос мысленно вздохнул с облегчением. Он радовался, что не рассказал другу всю правду о своём прошлом – ведь Джитиндер был наблюдателем тайной организации, уничтожающей преступников, да ещё и хотел смерти Гадюки.

– Ну что ж, – сказал он, снова широко улыбаясь, – Это и есть моя история. А как насчет твоей?

Этос покачал головой.

– Твоя история и так уже всем известна. А моя ещё нет, и я предпочитаю, чтобы так было и дальше.

Джитиндер прищурился, но решил оставить эту тему.

– Пусть будет так, если ты не доверяешь мне.

Этос покачал головой.

– Не в этом дело, Джитиндер.

Джитиндер ждал, что Этос продолжит, но парень молчал. Он облокотился на спинку стула и пожал плечами.

– В любом случае, меня не интересуют твои секреты. А вот что меня действительно интересует, так это почему ты так странно ведёшь себя с Артемис – в смысле недружелюбно, или я бы даже сказал враждебно.

Этос резко дёрнулся, как от удара, его глаза округлились от удивления и беспокойства.

– Недружелюбно? Я не хотел показаться грубым! Что я сделал не так?

Джитиндер цокнул языком и покачал головой.

– Я бы не назвал твоё поведение грубым. Просто когда она рядом, ты ведёшь себя так скованно – ты всегда напряжён. Расслабься, парень. Я же уже говорил, что ты ей нравишься.

Смущённый Этос начал ёрзать на стуле.

– Вот, именно об этом я и говорю! – Джитиндер засмеялся, тыкая в него пальцем. – Тебе неловко даже при упоминании её имени! В чём дело? Что такого ужасного в этой Артемис?

– Я боюсь, – признался Этос.

– Боишься чего?

– Боюсь, что совершу какую-нибудь огромную глупость или обижу её как-то, или просто скажу что-то не то. Я не знаю, как себя с ней вести.

Джитиндер опять широко улыбнулся.