Куда идем мы – 5 - Вадим Юрьевич Нестеров

— Погоди. Документы у тебя есть?

— Есть.

— Дай сюда.

— На.

— Ты смотри, даже с корочкой. Имя — Че, фамилия — Боксаров, звание — старший сержант… Все нормально.

Псих сложил корочку и спрятал ее в карман.

— Ехай.

г. Чебаркуль

Чебаркульский сектор,

Челябинская локация

54°58′ с. ш. 60°22′ в. д.

К Чебаркулю Псих прыгнул порталом. Там он привычно превратился в шмеля и полетел обследовать санаторий «Кисегач». Комнаты плененной Любови он нашел без труда, но вот беда — вокруг молодой женщины (действительно — очень красивой) толклось множество служанок, горничных и прочих кухарок. Псих уже отчаялся застать предмет своего интереса в одиночестве и всерьез задумался о засаде в туалете. Но в этом случае внезапное появление незнакомого демона практически с гарантией ставило крест на возможном сотрудничестве, а обезьян крепко на него рассчитывал.

Впрочем, вскоре мироздание сжалилось над ним: красотка заявила, что у нее разболелась голова от непрекращающегося галдежа, сил у нее больше нет слушать эти глупости и удалилась в спальню вздремнуть, запретив кому-бы то ни было ее беспокоить.

Надо ли говорить, что шмель-Псих уже был в комнате?

Он дождался, пока «мадам Кактус», как прозвали ее демоны, устроится на кушетке и закроет глаза, после чего принял свой истинный облик.

Он уже совсем было собрался была на всякий случай зажать даме рот, но вовремя вспомнил про иглы. Придется рисковать. И он произнес самым благожелательным тоном:

— Мадам, я от Михалыча, только ради бога не кричите…

Мадам все-таки вскрикнула, но, слава богу, не очень громко:

— Ой! Кто вы⁈

— Тише, мадам, ради бога тише, — еще раз попросил он, демонстрируя даме перстень Михалыча, взятый у градоначальника утром. — Вот, посмотрите. Вам наверняка знаком этот предмет. Ваш муж дал его мне, чтобы вы поверили моим словам.

— Кто вы? Что вам надо? — спросила женщина, слава богу, не на повышенных тонах.

— Меня зовут Псих, и я здесь, разумеется, для того, чтобы выкрасть вас отсюда и вернуть к мужу, в Челябинск. Что еще может делать здесь посланник Михалыча? Только я еще раз прошу вас — потише, чтобы наш разговор не услышали служанки.

— Да не дергайтесь вы! — махнула рукой дама, и не подумав перейти на шопот. — Никто ничего не услышит. Это же спальня, Крам специально озадачил своих колдунов устроить здесь полную звукоизоляцию. Ну-ка, дайте сюда перстень, я посмотрю — не подделка ли он, а вы пока давайте рассказывайте все подробно и с самого начала — кто вы, откуда вы здесь взялись и что с моим мужем.

Псих вздохнул и начал рассказ.

Примерно через полчаса контакт был налажен и высокие договаривающиеся стороны перешли к обсуждению планов.

— В принципе, — уверял Псих, — выдернуть вас отсюда было бы так же примерно сложно, как усадить Жира за накрытый стол.

— Кого? — не поняла Любовь.

— Неважно, — отмахнулся Псих. — Народу здесь, конечно, много, но я посмотрел — высокие уровни у считанных единиц, разве что сам Крам какую-то угрозу представляет, но я уверен, что в схватке один на один я бы его быстро ушатал. Но вся эта маниловщина перечеркивается одним-единственным обстоятельством — амулетом, которым владеет ваш похититель. Против амулета мне не выстоять, и я даже в Верхних Планах знаю буквально пять-шесть бойцов, которые теоретически могли бы выжить после этой тройной санитарной обработки.

— Грустно, — поджала губы пленница.

— Еще как! — кивнул Псих. — Теоретически я бы, наверное, мог разработать хитрый план, тайно вывести вас за ворота этой базы и уже оттуда порталом перебросить к мужу. Но это не решение вопроса. Примерно через сутки Крам со всей своей кодлой явится под стены Челябинска, для наглядности немножко сожжет город, а потом потребует вашей выдачи, угрожая в случае отказа спалить его дотла. И вашему мужу придется вас выдать, несмотря на всю любовь.

— Зачем вы мне все это говорите⁈ — со злобой крикнула пленница. — Сказать, что у меня нет шансов? Спасибо, я и так это знаю. За эти три проклятых года не было ни дня, когда бы я не придумывала планы спасения. И — да, ничего путного мне в голову так и не пришло! Зачем вы пришли сюда? Заем вы дали мне надежду⁈

— Стоп, стоп, стоп! — поднял руки Псих. — Погодите, я же не договорил. Все это я сказал только для того, чтобы зафиксировать первое условие — пока амулет у вашего похитителя, ваша свобода не может быть надежной. Какой из этого следует вывод? Очень простой — лишить вашего похитителя амулета. Поэтому я вас спрашиваю — что вы знаете об этом амулете?

Женщина пожала плечами:

— То же, что и все. Это три медных бубенчика. Если звякнуть левым — из него вырвется огонь. Если средним — то дым. А если правым — то начнется магическая песчаная буря.

— Понятно. Где он держит амулет?

Дама фыркнула:

— Разумеется, при себе. Вы бы расстались с таким артефактом? Он всегда у него в поясе, Крам с ним гуляет, ест и спит.

— Надеюсь, он хотя бы моется не с ним?

— Вот уж понятия не имею, — опять фыркнула пленница. — Слава богу, его водные процедуры мне наблюдать не доводилось. Но, честно говоря, не думаю, что он использует его вместо мочалки. Во-первых, там вата внутрь заложена, чтобы бубенцы случайно не звякнули. А во-вторых, я вообще сомневаюсь, что вода артефакту на пользу.

Псих глубоко задумался, а потом сказал.

— А нет желания понаблюдать за его водными процедурами?

Женщина сперва не поняла, а потом залилась краской — не то от смущения, не то от ярости.

— Да что вы себе позволяете⁈ — заорала она так, что оставалось только полагаться на качество работы мастеров, обеспечивающих звукоизоляцию. — Да я здесь три года, как монашка, как… Как неприступная крепость! Я здесь, сволочь такая, каждый вечер дикобразиху из себя изображаю, а он появиться не успел — уже меня в ванну к демону запихивает. Да пошел ты знаешь куда⁈ Макака сраная! Сам лезь к нему в ванную!

Псих, совсем не впечатленный отповедью, опять задумался. Потом резюмировал:

— Да, это тоже вариант. Но с гораздо более высокой вероятностью