Хроники Рраха. Туманный страж - Мари Анса

Мой подопечный старался держать лицо, не ныл и не жаловался, однако бросал на меня полные тоски взгляды, когда на очередной вопрос, сколько осталось до следующего привала, я отвечал: «два часа».

Айна молчала, но и ее лицо выражало всю мирскую скорбь.

В который раз подумал: как же глупо было соглашаться брать эту девчонку с собой! Если от Якова я отделаться не мог из-за случайно поставленных меток, связавших наши судьбы совершенно бесполезным ученическим договором, то Айне я не был должен ничего. Мне, как командиру нашего маленького отряда, вообще не следовало идти на поводу у Миры. Но я пошел, и теперь жалею об этом. Яков – волчонок, выросший в жестоких условиях, сирота, юридически совершеннолетний. Айна же – сбежавшая дочь одного из членов Совета, настроенного к нам крайне негативно. И, как будто одного этого мало, девчонка вдобавок капризна и задириста. Пожалуй, те проявления трудного характера, которые мы лицезрели раньше, могут показаться нам в дальнейшем цветочками.

- Привал! – скомандовал в очередной раз, мрачно наблюдая, как неловко посыпались с коней мои товарищи.

- Дай нам час, - хмуро попросил Рат.

Молча кивнул. Я и сам нуждался в более длительном отдыхе.

Все разбрелись по окруженной высокими деревьями поляне: Ойс разминал онемевшие ноги, Рат меланхолично жевал мясо, Мира отправилась искать ручей, чтобы напоить коней. Айна и Яков, не двигаясь, валялись в высокой траве.

Олаф, которого мы подобрали по пути, за все время не сказал нам и пяти слов. Ехал он на лошади, по всей видимости, приобретенной в городе – огромном тяжеловозе с мохнатыми ногами. Вот и сейчас полутролль сидел поодаль, перебирая какие-то вещи и бумаги, которые достал из своей походной сумки.

Яков нехотя поднялся, потянулся, хрустнув позвоночником, и махнул мне рукой: мол, схожу по надобности, не теряй.

Сидя, прислонившись спиной к дереву, я пытался понять, где нам будет лучше заночевать. Если верить карте, в четырех часах пути располагалось довольно большое поселение с постоялым двором, но моя команда к концу тяжелого дня держалась на одной силе воли. Я видел усталость даже в глазах Миры, хотя она единственная не тратила время привала на пустое сидение на месте. Сможем ли мы выдержать еще один длинный перегон?

Внезапно спину обожгло болью.

Я вскочил, глядя на ствол. Самый обычный ствол самого заурядного дерева. Оно не было похоже на то Древо, которое наградило нас метками. Значит…

- Яков! – сорвался с места, безошибочно выбирая нужное направление. Метка как будто сама направляла, жгла, пульсировала болью. За мной через лес ломился кто-то огромный, но времени обдумывать это не было.

Звуки борьбы я услышал еще до того, как вылетел на лесную прогалину.

Яков сражался с огромным волком и, конечно, проигрывал. Машинально отметил кровь, которая заливала правый бок мальчишки, и рванул вперед, на ходу выдергивая из ножен меч.

На секунду кубок двух тел распался, и мимо меня просвистел метательный нож, воткнувшись животному прямо в глаз. Волк взревел и, оставив в покое Якова, бросился в нашу сторону.  Я сумел сильно рассечь ему бок, но огромный зверь, истекая кровью, даже не думал останавливаться. Он бежал к Мире.

Время замедлилось для меня. Будто в замедленной съемке зверь прыгнул, широко раскрыв окровавленную пасть, намереваясь вцепиться девушке в прямо глотку. Появилось четкое ощущение: второй нож она достать не успеет. И я тоже не успею догнать волка.

Все закончилось за секунду. Полутролль поймал зверя на лету и с громким хрустом сломал ему шею. Молча бросив к ногам Миры обмякшее тело, Олаф скрылся в лесу. Я даже не заметил, когда он успел появиться на месте битвы.

- Яков! – девушка перепрыгнула через огромную тушу и бросилась к мальчишке, неподвижно лежавшему на траве.

Спина горела огнем, но я отметил это только как факт. Боли не ощущалось.

- Он?..

- Пока жив, - отрезала Мира, - быстро беги за моей сумкой!

Не знаю, ощущал ли я когда-нибудь в своей жизни такой сильный страх, как сейчас. Пока я бежал с сумкой Миры обратно к поляне, в голове стучала набатом только одна мысль: успеть, успеть, успеть.

- Скорее! – закричала девушка, протягивая руку, - высыпай все на траву, я выберу нужное!

Следующие полчаса я молча наблюдал, как Мира промывала рваную рану на боку Якова, зашивала ее и накладывала повязку с какой-то вонючей мазью. Мальчишка все это время был без сознания. Может, оно и к лучшему, но смотреть на выступившие на побледневшей коже веснушки было почему-то очень тяжело, почти невыносимо.

- Все, что могла – сделала, - девушка устало выдохнула, - если выкарабкается, кровь оборотня поможет ране быстро зажить и без моей помощи.

- Откуда этот монстр здесь взялся? Тир говорил, что звери сейчас сытые,  - я оглянулся на поверженного зверя и окаменел. На том месте, где раньше была туша волка, сейчас лежал, неестественно раскинув руки, молодой мужчина.

- Перевертыш, - почему-то шепотом произнесла Мира.

Подойдя ближе к предполагаемому оборотню, я внимательно его осмотрел. Мужчина был полностью обнажен, все раны на его теле совпадали с нанесенными нами волку. Ошибки нет – это действительно перевертыш, после смерти принявший свой человеческий облик. Забавно. Я когда-то читал о таком в земных книгах, и вот теперь вижу воочию здесь, на Ррахе. Обернулся.

- Не бойся, он мертв.

- Я не боюсь, я шокирована, - огрызнулась девушка. Вот теперь узнаю добрую старую Колючку.

- Почему?

- Оборотни давно уже не умеют принимать свою животную форму. Во всяком случае, я о таких давно не слышала. Посмотри на Якова. Немного отрастить когти – это все, что он может.

- И что это значит?

- Не знаю. Ты сможешь донести его один? - Мира снова склонилась над Яковом.

- Как лучше взять?

- Одну руку просунь под колени, другую - под спину, - девушка помогла мне аккуратно поднять мальчишку и быстро собрала рассыпанные по траве склянки и вещи.

- Идём, я готова.

- А этот? - кивком показал на тело оборотня.

- Оставим здесь, - пожала плечами девушка, - или у тебя есть другие предложения?

Молча покачав головой, я двинулся в сторону лагеря. По традициям Рраха тело следовало сжечь, но я не был уверен, что моего милосердия