Темная богиня - Бри Деспейн

— Покажи-ка мне свою руку.

Я поморщилась, когда мама достала из пореза несколько мелких камешков.

Сокрушенно прищелкнув языком, она сказала:

— Тебе повезло, что не нужно накладывать швы.

Я позволила ей промыть мои ссадины, стараясь не дергаться. Мне казалось, чем меньше я сопротивляюсь, тем скорее получу свободу и найду Дэниела. Он обещал все мне объяснить. А вдруг он опять сбежит? Я видела, на что он способен. Неудивительно, если после ложных обвинений Джуда он окажется за пределами штата даже раньше, чем я начну его искать.

Мама заставила меня опустить руку в тазик с перекисью водорода.

— Посиди, спокойно одну минуту, — сказала она, доставая из аптечки пластырь и марлю.

Пузырьки слегка покалывали кожу. Я вновь и вновь прокручивала в уме все, что произошло в лесу, то и дело мысленно возвращаясь к ощущению свободы, которое испытала во время бега в темноте. Я так глубоко задумалась, что не заметила, как мама высушила и перебинтовала мою кисть.

— Готово.

Приладив последний кусочек пластыря, она на секунду задержала мою руку в своих ладонях.

— Грейси, — сказала она, не глядя на меня. — Пожалуйста, не зови больше этого мальчика к нам домой.

Выпустив мою руку, она принялась складывать на место содержимое аптечки.

Я кивнула, хотя вряд ли мама это заметила.

— Мама, — крикнула Черити с лестницы. — Джеймс отказывается выходить из ванны, пока не получит свое одеяло!

— Я принесу его, — торопливо сказала я, радуясь возможности отвлечься.

— Хорошо, — кивнула мама и крикнула Черити в ответ:

— Подождите минуту, сейчас я к вам поднимусь!

Сначала я зашла в детскую, но там спала тетя Кэрол в гостевой кровати. Она покинула нас, сославшись на головную боль, как только доктор Коннорс объявил, что с Джеймсом все в порядке. Тут мне пришло в голову, что одеяльце Джеймса скорее всего осталось в папином кабинете.

Дверь была приоткрыта, и я тихонько вошла внутрь. Кроватка Джеймса по-прежнему лежала на боку. Я перевернула ее и тут же нашла одеяльце. Подняв его с пола, я уже хотела вернуться наверх, в ванную комнату, но тут меня осенила внезапная мысль. Если Джеймс ушел из дома по своей воле, почему он оставил любимое одеяло? Обычно братик никогда не расставался с синей вязаной тряпочкой и всюду таскал ее за собой.

Я вспомнила, как заявила Дэниелу, что Джеймс не зашел бы так далеко в лес. Тогда он ответил: «В одиночку — вряд ли».

Может, не стоило сразу отсылать шерифа? Судя по всему, он прибыл незадолго до того, как мы привели Джеймса домой. Быть может, они сфотографировали место похищения, нашли какие-нибудь улики? Джуд винит во всем Дэниела, но это полный бред. Отец настаивает, что исчезновение Джеймса — простая случайность. А вот Дэниел явно чем-то напутан.

Я окинула кабинет внимательным взглядом и обнаружила, что в его обстановке многое изменилось. Папины книги и бумаги были разбросаны по полу, лампа опрокинута, ящик стола выдвинут. По комнате словно пронесся вихрь. Если злоумышленник что-то здесь искал, почему мы ничего не услышали? Ведь столовая совсем рядом? А может, это мама расшвыряла вещи в приступе отчаяния?

На полке не хватало нескольких книг. Ну конечно!

Подскочив к книжному шкафу, я привстала на цыпочки и тщательно обшарила верхнюю полку вдоль и поперек. Черный бархатный футляр с серебряным кинжалом Дона бесследно пропал.

Наверху.

Моим первым побуждением было все немедленно рассказать отцу, но потом я вспомнила, что они с мамой уже заходили в кабинет, когда искали Джеймса. Неужели он не заметил, какой здесь царит беспорядок? Однако именно папа заверил шерифа, что ничего особенного не произошло, и убедил его вернуться в участок. Быть может, он хотел уберечь маму от полицейского допроса, если это и вправду ее рук дело? Только не хватало, чтобы помощник шерифа перевернул весь дом вверх дном, роясь в наших личных вещах. Это было бы слишком тяжелым испытанием для маминого невроза.

Кому понадобился нож? И знает ли о пропаже отец? Я не говорила ему, куда перепрятала футляр.

— Грейс! — крикнула сверху Черити. — Давай скорее.

Закрыв за собой дверь кабинета, я помчалась в ванную и вручила одеяльце маме.

— Дияло! — возликовал Джеймс и привстал на ноги. Вода, пузырясь, стекала по его тельцу.

— Наконец-то, — сказала Черити и вытащила братца из ванны, потом закутала его в полотенце и передала маме.

Джеймс радостно уткнулся в свое одеяло лицом. Мама крепко прижала его к себе.

Я решила пока не упоминать о кабинете, чтобы случайно ее не расстроить. Лучше спрошу обо всем у папы.

С кем мне действительно хотелось поговорить, так это с Дэниелом. Что ему известно? Чего он так боится? И связано ли это с его необычными способностями?

— Ванная в твоем распоряжении, — сказала мне мама. — Приведи себя в порядок, прежде чем займешься другими делами. — Она неодобрительно покачала головой, глядя на мои брюки и джемпер, густо заляпанные грязью.

— От тебя пахнет бездомной псиной, — сморщила нос Черити.

— Чёлт! — весело пролепетал Джеймс.

— Что такое он говорит? — подозрительно спросила мама.

— Понятия не имею, — соврала я и замахала руками, выгоняя всех из ванной.

Оставшись в одиночестве, я торопливо приняла душ, стараясь не намочить забинтованную руку.

А вдруг я не успею встретиться с Дэниелом, пока он помогает папе?

Я завернулась в полотенце и протерла запотевшее окно ванной комнаты. Оно выходило как раз на тот участок забора, где зияла узкая брешь. Больше мне ничего не удавалось разглядеть сквозь мутное стекло. Тогда я выключила свет и на этот раз увидела коленопреклоненный силуэт рядом с увядшими розовыми кустами. Это был отец. Кажется, он молился. «Наверное, он благодарит небеса за то, что Джеймс вернулся к нам живым и здоровым», — решила я. Но тут отец принялся исступленно раскачиваться взад и вперед, потом закрыл лицо руками. Его плечи судорожно вздрагивали.

Я схватила свой купальный халат. Папе нужна моя помощь! Но вдруг из густой тени выступил еще один человек. Он опустился на колени рядом с отцом и после секундного колебания обнял его за плечи худыми длинными руками. Отпрянув от окна, я невольно заморгала, и окно вновь заволокло паром.

Туго подвязав махровый халат, я понеслась вниз по лестнице и тут же налетела прямо на маму.

— Куда это вы собрались в таком виде, юная леди? — насмешливо спросила она, смерив взглядом мой наряд, и кивнула в сторону гостиной, где Дон рассказывал Черити о своем дедушке. — Еще не все гости ушли.

— Но ведь папа… — начала я и умолкла, заметив, что на мамином лице мелькнула досада. Я сразу вспомнила, сколько яда она вылила на отца, когда тот признался, что винит себя в смерти Мэри-Энн. Пожалуй, это не то, что нужно ему сейчас.