Секретная карта - Майкл Стэкпол

— Предлагаю забыть о разногласиях. Я хочу, чтобы ты знал: твое присутствие здесь и сейчас ни в коей мере не означает, будто мой народ выше твоего, хотя моя династия и древнее твоей, по меньшей мере, в два раза. Также я хочу поблагодарить тебя за прекрасную древесину и резное дерево, переданные в дар Налениру.

Лицо Пируста оставалось неподвижным.

— Надеюсь, ты не счел, что наши подарки намеренно чересчур скромны.

— Ни в коей мере.

Дезейрион действительно прислал прекрасную, хорошо просушенную ценную древесину. В придворных мастерских Наленира подарок вызвал искреннее восхищение. Готовые вещи из дерева также были сработаны с достойным изумления мастерством. Кирон даже оставил себе небольшие походные шахматы, распределив прочее среди советников и друзей. Единственное, что было не так, — по сути, Дезейрион должен бы прислать гораздо больше подарков, чем Наленир на этот раз от них получил.

Кирон подался вперед.

— Слышал ли ты, что Эрумвирин прислал нам миллион кворов риса?

Взгляд Пируста стал жестким.

— Слухи об их щедрости распространились далеко за пределы Морианда. Даже глухие слышали об этом.

— О скудном урожае в Дезейрионе также слышали все.

Кирон намеренно употребил слово «скудный», хотя правда была еще более сурова. Дождей в прошедшем году было мало, Черная река пересохла. В Дезейрионе пропал почти весь урожай риса. Квора риса в год хватало на одного человека, но в этом году на каждого жителя Дезейриона приходилось не более половины этого количества.

— Я решил распределить черный эрумвиринский рис между жителями моего княжества, почтив тем самым приславших этот щедрый дар.

— Значит, твои люди будут сыты и счастливы.

— Да, они будут счастливы. Это то, чего я для них хочу. — Кирон положил подбородок на сплетенные пальцы рук. — И я намерен взять миллион кворов нашего золотого риса и отправить на север. В Дезейрион.

Пируст умело скрыл изумление под маской подозрительности.

— Зачем тебе это нужно?

— Мне казалось, что мои мотивы ясны. — Выпрямившись, Кирон шумно выдохнул. — Твой народ будет страдать от голода этой зимой. Многие умрут. Если и на следующий год ваш урожай будет столь же скуден, — а это, по мнению моих астрологов, вполне вероятно, — у тебя не останется выбора. Ты соберешь войска и двинешься на юг, чтобы забрать у моего народа то, в чем так нуждается твой. Но после двух голодных лет твое войско ослабнет. Так что, если хорошенько подумать, выступать надо уже в этом году, а точнее — в следующем месяце, иначе голода не миновать. Лишь глупец стал бы ждать до следующего года, а ты совсем не глупец.

— Ты говоришь, что я не глупец, и тем не менее пытаешься подкупить меня пищей?

— Не думаю, что волки глупы. Однако если один из них придет к моему порогу, я накормлю его, чтобы спасти свой дом.

На мгновение Пируст погрузился в свои мысли, затем кивнул.

— Ты ставишь меня в затруднительное положение. Мой народ нуждается в пище, а ты предлагаешь ее прямо сейчас. Но не даром; уверен, ты назначишь цену. Так как ты тоже весьма неглуп, цена будет достаточно высока. Тебе ведь известно, что наши народы неравны не только в этом. Если бы так. Наленир ведет торговлю со всем миром и все больше богатеет. Если я соглашусь, ты будешь давать нам пищу и золото, и постепенно я стану полностью зависим от тебя, а потом ты откажешь мне в помощи, и нам придет конец.

— Не будем спорить о твоей способности предвидеть будущее, Правитель. Однако хочу заметить, что это всего лишь один из возможных путей.

— Ха! Ты точно так же страстно желаешь воссоединить княжества и заново создать Империю, как и все прочие Правители. Только ты хочешь подкупить, а не завоевать нас.

Кирон поднял бровь.

— Разве это плохо, если княжества добровольно объединятся в империю?

Северный Правитель поколебался и произнес:

— Это неправильно. Твой брат это понимал. Ты пытаешься сделать из всех остальных рабов, уничтожить наш дух.

Кирон поднял бровь.

— А завоевание не уничтожит его?

— В такой войне выживают лишь трусы. Мужественные предпочитают погибнуть, защищая свой дом.

Правитель Наленира кивнул.

— Хорошо. Теперь позволь мне объяснить подробнее. Я буду отправлять зерно на север, но лишь через определенные промежутки времени. Если твое войско перейдет нашу границу, все склады — и большие, и маленькие — будут сожжены. Мое войско отбросит вас на юг, а мой флот сожжет Феларати. У Гелосунда людей куда больше, чем ты можешь себе представить, и они отрежут твою армию от подкреплений на юге. Вы будете голодать. Сокрушив твое войско, я двинусь на север, привезу твоему народу зерно и захвачу власть в Дезейрионе, назначив гелосундского наместника. Все три княжества будут объединены под моими знаменами.

— Звучит неплохо, братец-правитель, однако чтобы сокрушить мое войско, потребуется нечто большее, чем длительный поход и усилия кучки повстанцев, перебравшихся через горы. — Пируст поднял руки. — Но будущее, предсказываемое тобой, действительно возможно. И оно не устроит никого из нас. Мне не остается ничего иного, как спросить: чего же ты требуешь в обмен на зерно?

— Мои советники встретятся с твоими и обсудят подробности. Однако суть моих требований такова: я хочу, чтобы ты отозвал войска из Гелосунда.

Правитель Дезейриона задумался, а затем кивнул.

— Ты мог бы потребовать и больше. Соглашение о ненападении на пять лет.

Крон покачал головой.

— Ты не станешь его соблюдать. Я не доверяю тебе.

Оба правителя замолчали. Стало слышно, как взволнованно перешептываются советники. Это было забавно, и оба улыбнулись. Пируст пожал плечами.

— Ты все равно будешь защищать свое княжество, — не имеет значения, отправишь ли ты нам зерно или нет. Так почему же тебя волнует, что мы будем голодать?

— Потому что ты не будешь голодать, братец, — Кирон едва заметно качнул головой. — Как ты не понимаешь? Голодать будет твой народ. Я хочу спасти их от страданий и смерти.

— Но ведь тебе нет до них никакого дела.

— Но ведь должно быть, не так ли?

— Некоторые согласились бы с этим утверждением. — Пируст медленно поднялся. — Я не из их числа. Свою власть мы должны использовать для преумножения славы наших династий. Недостаточно просто выживать. Мы должны процветать, а остальные — склоняться перед нами, чествуя наше превосходство.

Эти слова мог произнести и мой брат перед смертью. Кирон поднялся следом.

— Возможно, Правитель, но даже если и так, на сегодня сложилась иная обстановка.

Пируст усмехнулся.

— Верно. Но впереди еще много лет.