Дары некроза - Роман Куликов

Роди не ответил, он сидел с хмурым видом, молча слушая.

— Интересно? — повторил Шави.

— Да! Мне интересно!

Изобретатель будто и не заметил агрессии.

— Они говорили, что есть земли, которые не тронула Погибель. Земли, где нет некроза, где трава зеленеет на лугах, растут деревья, текут чистые реки, а мутафагов встретишь разве что в дурном сне.

— И что, правда есть такие земли?

Шави пожал плечами:

— Я не знаю. Не видел. Но отец и тот бродяга обсуждали все так, будто оно взаправду существует. — Он прикрыл глаза и процитировал: — «В пути солнце должно вставать слева, садиться справа, а в полдень быть всегда перед тобой. Держись этого направления и пересеки Донную пустыню. Двигайся дальше, пока не увидишь высочайшие горы, какие только есть на земле. Среди скал и утесов найди ущелье, пройди по нему до самого конца, и, одолев его, узришь ты земли, нетронутые Погибелью…»

— Похоже на какую-то байку или предание, — буркнул Роди.

— Ага, — согласился Шави. — Но каждый из этапов этого предания двое здоровых мужиков обсуждали на полном серьезе в мельчайших подробностях. — Он замолк, предоставляя другу возможность подумать.

Но у Роди все мысли были заняты возлюбленной и планом ее выкупа. История не произвела на него того впечатления, на которое рассчитывал изобретатель. Настал черед Шави злиться.

— Эй! — Он несильно пнул парня по ноге. — Ты меня слышал?

— Да! — отрезал Роди. — И чего?

— А того! Как сам думаешь, для чего я тут перед тобой распинался?

— Я-то откуда знаю?

— А ты включи свою бестолковку! Перестань ненадолго думать о своей Айзе… Нет, не так, наоборот! Подумай о том, что будет дальше, после того как ты выкупишь ее и привезешь сюда. Ведь рано или поздно дядя узнает, что ты это сделал. Ему не сложно будет догадаться, что о продаже Айзы ты узнал от меня, и вычислить, что наше с тобой укрытие где-то недалеко. Как считаешь, сколько ему понадобится дней, чтобы обратить внимание на пятно некроза, испещренное следами манисов и твоими, а потом догадаться, что плесень отступила?

Роди не отвечал. Он понимал, что изобретатель прав, но все равно не улавливал, к чему тот клонит. Шави вздохнул:

— Вижу, ты крепко головой приложился.

— Да, крепко! — огрызнулся Роди, которого уже начала раздражать манера друга принижать его умственные способности.

— Значит, придется разжевывать: я говорю о том, что надо будет уезжать отсюда.

— Я и не планировал все время сидеть в машине, — фыркнул Роди.

— В корабле, — поправил Шави.

— В корабле. Я хотел продать несколько коробок золотистой и красной жидкостей, купить повозку с парой манисов, загрузить ее провиантом и поехать… — Роди осекся, потому что так толком и не решил, куда отправиться. Поэтому ляпнул первое пришедшее в голову: — В Херсон-Град!

Шави уставился на него как на пораженного некрозом.

— Малыш… — Изобретатель осмотрелся с таким видом, будто впервые попал в это помещение. Его взгляд пробежался по стенам, потолку, шкафам, вернулся к Роди. Продолжил Шави уже более спокойно, словно действительно разговаривал с несмышленым ребенком: — У тебя есть целый корабль… Корабль! А ты говоришь о повозке с парой манисов и о Херсоне?

— А о чем, по-твоему, я должен говорить?! — почти закричал Роди, поняв, что все его планы показались товарищу глупостью. — О землях, нетронутых Погибелью? О зеленых лугах и деревьях?

— Конечно, — совершенно искренне развел руками Шави.

— Ты же сам сказал, что даже если прицепить цистерну горючего к сендеру, ее не хватит… К тому же где ты возьмешь сендер?!

— Прекрати нести чушь! — Изобретатель в сердцах хлопнул ладонью по столу, задел кружку, и та отлетела в сторону. — Еще раз говорю: зачем тебе сендер или манисы, когда у тебя есть корабль?!

— Но… — Роди хотел сказать, что не совсем понимает, но Шави перебил его:

— Ты же сам вытащил корабль из бархана. Значит, он может двигаться! Сколько я ни искал, так и не смог найти здесь топливных баков — стало быть, кораблю не нужно горючее, чтобы передвигаться. Видимо, у него есть другой источник энергии! — С каждым словом Шави распалялся все больше. — Он настолько огромный, что может вместить провизии, как десяток… нет, как сотня караванов! А теперь подумай: где ты хотел бы жить со своей Айзой, в Херсон-Граде или там, где вместо песка растет трава, где от солнца можно укрыться в тени деревьев, где воду не нужно добывать в недрах, а можно просто черпать ладонью из текущего рядом ручья и пить когда захочется?

Изобретатель замолчал, и в столовой воцарилась тишина. Картина, описанная Шави, была слишком нереальной, невозможной, сказочной. Роди пытался представить все это. Получалось с трудом. Сколько он себя помнил, вокруг была только пустыня, траву и деревья он видел всего несколько раз, когда дядя брал его с собой на рынок у подножия горы Крым, а уж о том, что вода будет просто течь, не впитываясь при этом в горячий песок, даже помыслить не мог. Чтобы такое произошло, воды должно быть много… очень много!

Хотел бы он отвезти Айзу в такое место? Святой мутант! Конечно, хотел бы!

Роди поднял загоревшийся взгляд на друга, и Шави понял, что наконец-то его слова достигли цели.

— А-а… у нас получится?

— Откуда я знаю?! — фыркнул изобретатель, решив еще немного повыказывать недовольство. — Но попробовать стоит. Тебе еще нужно Айзу выкупить. А что-то подсказывает мне, что торг будет не из легких. Не только начальник Морф, но и любой на его месте отказался бы продавать только что приобретенное.

— За ту цену, что я ему предложу, он не откажется.

— Ты хочешь предложить обмен на коробки с жидкостью?

— Да, — кивнул Роди. Воодушевленный новыми планами, он снова взялся за еду и с энтузиазмом жевал прессованные овощи. — Выгоднее, конечно, было бы продать их на рынке, а на шахту ехать уже с деньгами, но сейчас дорог каждый день.

Шави как будто о чем-то задумался.

— Что? — насторожился Роди.

— Да ничего, — покачал головой изобретатель и поднялся. — Как наешься — приходи наверх, поможешь мне с решетками. Потом я покажу тебе казарму, будешь отдыхать, набираться сил. А завтра на восходе солнца поедешь.

* * *

Ряды двухъярусных коек свидетельствовали о том, что когда-то на корабле находилось немалое количество народу. Роди насчитал двадцать восемь спальных мест. В стенах были небольшие круглые окна из толстого стекла в металлических ободках. Через некоторые в помещение лился солнечный свет, другие оказались закрыты, что навело на мысль о таких же ставнях, как в комнате управления.

Шави сообщил, что есть еще комнаты, где можно жить, но показывать не стал. Сказал: как с Айзой приедут, так вместе и выберут, какая понравится.