Могила повелителя - Виктор Ночкин

— Ну…

Девушка подскочила к Ленлину, сунула ему в руки куртку, расшитую разноцветными ленточками. Потом забегала по тесной комнатенке, собирая вещи и крича на ходу:

— Феттах не любит людей, а любит лесных тварей, это всем известно! Он запрещал охоту в своих владениях, он убить мог за зверушку! И своим людям запрещал соваться в города, вообще из лесу выходить! Их вообще никто не видел! Они сидели в своих дремучих чащобах! Носа не показывали!

С каждой новой фразой в кучу на кровати летели юбки, блузы и платки. Вещей у Элины было немного, поэтому поток красноречия девушки вскоре иссяк. Она стала увязывать одежки в узел, заканчивая объяснение:

— Если эти чучела накинулись на зверей и бьют их без счета, значит — некому запретить. Они бы давно это сделали, лесовики-то, да Повелитель Зверей запрещал, ясно тебе? Все сразу догадались: нет больше Феттаха! Ну, чего уставился? Я уже готова.

— К чему готова?

— Да ты что, Ленлин? Мы все давно решили. Как только где-то будет убито злое чудовище, мы немедля отправляемся туда, искать Корди. Это он. Он убил Феттаха! Ну, не стой столбом…

— Э-э…

— Или я уйду одна!

— Вот уж этого точно не будет!

Шкипер объявил, что высадит Ойрика с Пегим южней, чем условились, — еще до того, как Бодель разделяется на рукава.

— Дальше опасно, — пояснил моряк. — Если Лорд, в самом деле, засел в Айхерне…

Небо хмурилось, то и дело срывался мелкий дождь… Барка остановилась против пристани, но не спешила причаливать. Сперва предполагалось, что остановки вовсе не будет, да вот шкипер надумал высадить компаньона именно в этом месте.

— Айхерн далеко, — заметил Ойрик. — И людей Лорда здесь еще не скоро увидишь.

«Здесь» означало маленький городишко, население которого насчитывало от силы полторы тысячи человек. Сейчас в городе был народу вдвое, а то и втрое больше — люди бежали на юг от войны. Нашествие Лорда Тьмы стало причиной того, что новая волна переселенцев снялась с места, хотя погода уже испортилась и дороги вот-вот должны были сделаться непроходимыми. Вероятно, северяне задержались, только чтобы продать скудный урожай этого года, а потом двинулись в путь…

— Я не боюсь людей Капитана, — пояснил шкипер. — Им моя посудина ни к чему, но вот эти…

Моряк кивнул в сторону причала. Там уже толпились беженцы. Здесь, на севере, люди неохотно странствовали по суше, особенно осенью, и привычным способом передвижения были речные суда. Теперь переселенцы собрались на пристани и с надеждой разглядывали судно работорговца. Лица у всех были печальные, и большинство оделись слишком тепло — напялили на себя лишнее, чтобы меньше нести в руках.

— Погляди, какие люди, видишь? Их Ройнгард так напугал, что они с отчаяния и на меня напасть могут, судно отобрать, чтобы на юг плыть. Эти еще опасней, чем солдаты Железной Руки. Со страху человек на многое способен! Едва пристану к берегу — и слушать не станут, кинутся на борт. А дальше к северу — и того хуже станет! Нет, я дальше не пойду, здесь высажу. И к причалу не сунусь, на лодке вас перевезу.

Ойрик оглядел угрюмых переселенцев и согласился:

— Ладно, будь по-твоему, но когда барыши делить станем, я припомню, что ты нас не довез, как договаривались. Вернусь через неделю, жди меня здесь. Хоть у пристани, хоть на якоре, а чтобы мне с товаром — сразу на борт.

— Само собой. Через неделю я с баркой — здесь. Матросам велю высматривать, и едва тебя приметят на берегу, тут же заберу.

Ойрик с Пегим погрузились в шлюпку, матросы отвезли их на причал. Шкипер тоже сел на весла, буркнул, что до берега проводит самолично, убедится, что все в порядке. Пока плыли — Пегий ежился, чувствуя на себе внимательные взгляды беженцев. Ему было неуютно, бывший разбойник привык таиться, прятаться по темным углам, а тут — все на него пялятся! Едва лодка подошла к пирсу, толпа тут же подступила вплотную, несколько человек принялись расспрашивать моряков, сколько возьмут за перевоз на юг, сулили деньги вперед…

Работорговцы протолкались сквозь скопление угрюмых мужчин и женщин, выбрались из порта, и Пегий тяжело вздохнул.

— Шкипер сейчас уйдет, точно говорю, — буркнул бывший разбойник. — Он и в лодку-то с нами сел, чтобы тотчас с этими, на берегу, сговориться. Наберет пассажиров — и уйдет.

— Я тоже так полагаю, — согласился Ойрик. — Выберет семьи, где женщин больше, или где мужчины не такими опасными выглядят, да и повезет их на юг. Да я не против, пусть заработает… пока мы в Айхерн и обратно… Лишь бы через неделю нас ждал без обмана.

Пегий снова вздохнул. Ему совсем не нравилось то, что он увидел на севере. Во-первых, оказалось, что здесь намного холоднее и начинаются осенние дожди, а Пегий не прихватил теплых вещей. Во-вторых, народ кругом был опасный, ненадежный. Неизвестно, сколько монет у Ойрика с собой. Наверное, порядочная сумма, ведь ему предстоит закупить товар. А ну как на них обратят внимание? Вдруг заподозрят, что у старика при себе мошна?

Сам в прошлом вор и налетчик, Пегий опасался повстречаться с местными «коллегами». Он-то знал, что жертвами грабителей в первую очередь становятся пришлые, чужеземцы — те, кого не хватятся, о ком не станут беспокоиться.

— Одежку бы местную купить, а? — предложил Пегий. — Не нужно нам выделяться.

— Молодец, соображаешь, — одобрил старик. — Я сразу понял, что ты парень ушлый. Потому и взял к себе. Добрый совет… Гляди по сторонам, если увидишь, что продают шмотки, скажешь. Куплю нам обновок.

Пегий снова вздохнул. Одежда — это только самая малость. А сколько еще всего надо бы предусмотреть… Опасное дело затеял Ойрик, ох, опасное!..

* * *

Пока Ойрик с Пегим плыли на север, а следом на тихоходной барке, груженной тюками с шерстью, медленно двигался Бремек — тем временем на юге все еще стояли теплые деньки. Небо было по-прежнему голубым, и черные тучки, которые ветер приносил с севера, все еще оставались слишком малы, чтобы испортить настроение. Конечно, по утрам бывало зябко, но стоило взойти солнышку — и тут же становилось тепло, словно летом. На полях убирали урожай, на рынках шла бойкая торговля, более предприимчивые крестьяне спешили обменять плоды своего труда на городские товары, тогда как более обстоятельные — не торопились, свозили зерно и овощи в сараи и риги…

Урожай в этом году выдался неплохой, настроение было отменно бодрое — чему, кстати, способствовали и слухи о падении Лордов Тьмы, владевших южным пограничьем. Новость была чересчур хороша, чтобы верить ей безоговорочно, однако день шел за днем — и Кругу являлось все больше доказательств избавления от старых злодеев. Мало-помалу мысль о том, что Лорды повержены, укоренялась, о гибели Спасителей Мира перестали говорить, как о славной шутке… вот в такое чудесное времечко Ленлин с Элиной отправились из Раамперля в славный городок Хейлан, лежащий на юго-западе Круга, то есть к северу от дремучих чащоб Феттаха.