Время выбора - Влад Левицкий

— Копье? Хм... Кажется, я уже догадываюсь, откуда оно, — еще больше нахмурился Финтаэль. — Но ты продолжай.

— Сила Копья громадна. И вы не поверите, кто жаждет заполучить его!

— Кто?! — в один голос воскликнули Финтаэль и Элиэн.

— Наши старые знакомые. Некросы — потомки разбитых и изгнанных из Да Дерга фоморов.

В воздухе повисла тишина. Некросы?! Демоническая раса, состоящая в услужении у всемогущего Хаоса?!

— Ты ничего не напутал? — осторожно поинтересовалась Элиэн. — Некросы — разбиты и изгнаны. Так же как и их знаменитые предки — фоморы.

— Нет. Не перепутал. Я своими глазами видел одну из них. И она о чем-то договаривалась с Конхобаром. Некросам нужно Копье, но отчего-то они пока не могут овладеть им... А когда они наконец приберут Копье к своим рукам, то, боюсь, настанет конец всему тому, что составляет саму жизнь и существование Да Дерга!

— Тогда от него надо немедленно избавиться, — решительно сказала Элиэн.

— Согласен, — кивнул Ку-Рой. — Но это — не единственная проблема... Кажется, у Конхобара свои собственные планы на использование Копья. С его помощью он хочет захватить Лейтану, Мунстер и...

— И?..

— И уничтожить эльфов...

Советники правителя эльфов так и ахнули. Война с Конхобаром?!

— Примерно этого я и ожидал, — вздохнул Финтаэль. — Спасибо, друг. Твои сведения и впрямь оказались весьма ценными...

— Постойте-ка, — вдруг встряла Элиэн. — Ку-Рой. Ты ведь бежал из стана Конхобара?

— Ну, не совсем бежал. Я высказал королю Улада все, что я думаю о войне с Лейтаной...

Элиэн нахмурилась. Она уже понимала, к чему привело расторжение союза между Ку-Роем и Конхобаром, но сказать этого вслух не решалась.

Но решился Финтаэль.

— Значит, война начнется раньше, чем мы можем полагать... — Плечи осунулись, голова втянулась. Правитель эльфов не любил войну и никогда не скрывал этого. — Наверняка за тобой была погоня, и Конхобар уже знает о твоем присутствии в Лунном лесе... Хм... Видят боги, я не хотел этого... Но от неминуемого не уйдешь...

— Но другого выхода кроме как драться — у нас нет, — поддержал эльфийского правителя Ку-Рой. — А кроме того, война сейчас — это даже нам на руку. Копье еще не окончательно обрело свою истинную силу. И пока справиться с ним еще можно. Но потом... Боюсь, даже эльфы вместе со всеми магами мира не смогут ничего сделать!..

— В этом ты прав, но...

— Погоди, Финтаэль, — остановил эльфа Ку-Рой. — Есть еще второй плюс. Конхобар не сможет использовать всю мощь своей армии. Надо окончательно покорить Лейтану и укрепить там свою власть, а грозящая с востока опасность, после моего ухода, не даст ему развернуть войска достаточно широким фронтом. Мунстер хоть и небольшая, но достаточно опасная сила, считаться с которой ему придется тоже.

Он говорил все правильно. Во всяком случае, сам бы он поступил именно так или почти так. Другое дело, что слово «почти» для Ку-Роя означало слишком много.

— Все так, и армия Конхобара меня не пугает, — согласился Финтаэль. — Но, — его лицо в один миг стало мрачнее тучи, — меня пугает эта Сила. Как и ты, мы тоже не сидели, сложа руки. И кое-что узнали... Ты когда-нибудь слышал об Истинном Боге?

Ку-Рой покачал головой.

— Я слышал, — вдруг тихо произнес доселе молчавший Майр.

— Ты?! Откуда?!

— От своего отца, а тот от своего... и так далее. Эти легенды передаются уже тысячи лет, из поколения в поколение.

— Да уж, хорошая у тебя родословная, Майр, — присвистнул Финтаэль. — Обычно люди помнят только то, что хотят помнить. Ну, максимум дедовские предания... А тут!.. Рассказывай, что ты слышал от своего отца.

Майр даже смутился. На него сейчас взирали пять пар изучающих глаз, и от этого становилось не по себе! Четверо эльфов, среди которых один — правитель расы лесных хозяев, а другой, или другая, — его наследница, и его наставник, друг и покровитель маг Ку-Рой. Неплохая аудитория для скромного человека по имени Майр, нечего сказать!

— Я не уверен, что предания предков — истина, не требующая доказательств и развернутого исследования... Ведь каждый из моих предков наверняка добавил что-то свое в эту историю...

— Ты рассказывай, а мы уж решим — верить сказаниям твоих предков или нет, — приободрил воина Ку-Рой.

— Хм... Предания гласят, что был некогда Единственный Бог — Творец...

— Ну, это знает каждый, — отмахнулась Элиэн.

— Но не каждый знает, что Творец был не един. У него был... противник. Тот, кого было принято именовать Истинным Богом. Он был ближе к простым смертным и оттого стал противником безразличного к повседневности миров Творца. Там была какая-то война... после чего Истинный Бог стал другим.

— Это как? — не удержалась доселе молчавшая Литайя.

— Не знаю как, но Истинный Бог и его служители стали творить такие злодеяния, что даже Творец не выдержал!.. И спустя некоторое время Истинный Бог исчез. Куда — никому не известно...

— И это все передавалось в твоем роду из поколения в поколение? — недоверчиво спросил Финтаэль. — Хорошенькое же дело! Тысячелетиями передавать легенду о самом первом Боге... Хотя есть одно объяснение — твои первые предки были Бессмертными. Магами, эльфами, сидами — не важно. Но потом они смешались с людьми, и твой род постепенно очеловечился.

Даже Ку-Рой застыл с раскрытым ртом. Он думал, что знает о своем воспитаннике все, но оказалось, что это не так.

— Я рассказал вкратце, — словно оправдываясь, сказал Майр. — Там было еще много всякого... Голубой Дракон, фоморы, Служители Гармонии... Одним словом — сказки, да и только.

— Это не сказки, доблестный Майр, — покачал головой правитель эльфов. — Служители Гармонии, Голубой Дракон и фоморы — это далекая, исчерченная веками и тысячелетиями реальность. Все это было и вправду!.. Но сейчас меня интересует другое: как твой самый первый предок был связан с Истинным Богом? Ведь не зря же легенда о его существовании передавалась в твоем роду из поколения в поколение...

— Наверное, не зря, — кивнул мунс. — Мой первый предок был... зверски казнен служителями Истинного. Еще во времена, когда связь между континентами не была утрачена. Его звали Амик, а гораздо позже его сделали святым мучеником за веру и правду, которую он так и не разделил до конца своей жизни. Его распяли на деревянной пятиконечной звезде, облили кислотой, а когда, не без помощи магии, кислота впиталась в каждую частичку, в каждую пору — сожгли. Живьем. Не давая потерять сознание... Но перед этим... у него на глазах... повесили всю семью... Уцелела лишь младшая дочь...

Майр говорил захлебываясь. Ему сейчас не надо было знать или видеть своих далеких родственников; достаточно было просто представить, и ярость заполняла его до краев.