Охотник - Владимир Поселягин

Издательство встретила меня многоголосым шумом и суетой в коридорах. Поймав за локоть одного из сотрудников я спросил где главный редактор, того не было в своем кабинете. Секретарь тоже куда-то запропастилась.

— В обком уехал, сегодня не бедует, — пояснил тот и, осмотрев меня поинтересовался. — Вы по какому вопросу, товарищ?

— Я рукопись сдавал на издание.

— Фамилию можно узнать?

— Соколов. Игорь Соколов.

— А, фантаст. Да вам в принципе главред и не нужен. Сейчас идите к оформителям, потом к корректорам и в конце к директору на подписание договора. Пойдемте я вас провожу. Редакторы и художники у нас на втором этаже.

— Что это у вас тут за столпотворение? — спросил я, поднимаясь следом за неизвестным сотрудником издательства по лестнице. Людей в сравнении с прошлым моим посещением издательства действительно хватало.

— Объявили конкурс по линии комсомола на лучшую детскую сказку, вот соискатели и набежали.

— Да? — заинтересовался я. — А можно узнать подробности?

— Там внизу доска объявлений, мне рассказывать честно говоря не когда… Вот, вам в этот кабинет.

Работник оставил меня у одной из дверей, а сам нырнул в следующую. Постучавшись, я вошел в помещение, где находились два человека. Девушка лет двадцати и парень с длинными волосами, что-то рисующим на ватмане.

Как оказалось мне нужно было к девушке, она показала рисунки и они меня почти устроили. Хоть из десяти рисунков, что пойдут на страницы книги два я забраковал.

— У меня в рукописи трофейный танк тэ-три, фигурирует. Нет, красноармейцы получились замечательно, но вот автоматы нужно убрать, не было их в сорок первом у простых бойцов, замените на винтовки. И танк, у вас тэ-четыре да еще с длинным стволом. Такие появились у немцев в конце сорок второго, а у нас по произведению первые месяцы войны. В общем, найдите рисунок танка тэ-три с кургузым стволом и перерисуйте.

— А по второму что? — записав мои пожелания, спросила художница.

— Крылья у полуторки у вас прямые. Тогда можно было по ним определить довоенная машина или нет. Например, у довоенной крылья были закруглённые, в военное же время выпускались такие как у вас на рисунке.

— Я рисовала с натуры. У меня окна выходят во двор хлебозавода. Там такая стоит, — призналась художница.

— Ну в общем к остальным рисункам у меня претензий нет, видно что вы ознакомились с книгой.

— Да, мне понравилось.

— С вами закончили, теперь мне корректоры нужны.

— Они через два кабинета от нас. У окна справа, не ошибетесь.

С корректорами я провозился почти полчаса, но смог отстоять свои решения. После этого я посетил директора, где после собеседования мы подписали договора на трехтомник. Следующую книгу по устной договоренности я должен был сдать к Новому Году.

Свернув свою часть договора, я спустился вниз и встал у стенда, изучая информацию по конкурсу. Почесав затылок договором, направился к нужным людям. Соискателей тут не было, они осаждали редактора отвечающего за прием, поэтому я прошел в нужное помещение без проблем. Попросив у него подшивку со списком уже написанных сказок, я через двадцать минут поскучнел.

— Вот плагиаторы, успели раньше своровать у меня сказки, — пробормотал я себе под нос. Ну братьев Гримм или Андерсена теперь не накажешь, поэтому я вздохнул и еще раз пролистав список решил начать с мультика 'Летучий голландец'. Правда, он больше по песням стал известен, нуда ладно, я их тоже помнил.

А что? Я дочке постоянно сказки рассказывал, можно сказать до зубовного скрежета их изучил, на пару тройку меня точно хватит. Премия в пятьсот рублей на дороге не валяется. Надо будет еще что-нибудь подобрать, но это позже. Ладно, хоть конкурс длиться до ноября, время есть.

Вернув список, я вышел из здания издательства и на такси вернулся в гостиницу где, убрав договор в чемодан, переоделся в более строгую одежду, не забыв накинуть сбрую и легкую куртку, чтобы прикрыть оружие, взял с собой рюкзак и на такси поехал к главному управлению КГБ. Пофиг что время шесть вечера, для меня главное дежурный и доступ в архив.

В управлении показав дежурному удостоверение и дождавшись когда он внесет его в журнал, протянул плотный запечатанный пакет. Тот взял его в руки, удивленно поднял брови, увидев последний адресат, и завизировал его на имя подполковника Вихря.

По инструкции пакет должен был сначала пройти через моего непосредственного начальника подполковника Вихря, с его подписью. Потом через начальника первого управления, в котором я уже числюсь, генерал-лейтенанта Сахаровского и только уже потом тому, кому и предназначен этот пакет, председателю КГБ СССР Семичастному (Власов куратор, можно было обойтись без него). Естественно оба начальника должны поставить свои резолюции, но могли не поставить и не пропустить. В принципе это не наша специфика. Мое управление отвечало за контрразведку, нелегалов, радио и радиоперехват… Внешняя разведка, короче говоря. В общем, тема не нашего управления.

Однако я все равно решил действовать по инструкции, если спросят, то отвечу, что такой пакет был, вот даже документальное подтверждение есть. Дежурный внес его в список и убрал на полку, чтобы отправить в нужное управление нужному офицеру.

Получив новый временный пропуск в архив, тот еще работал, я поправил лямки рюкзака на плече и направился в очень интересное для меня помещение. Я тут уже был и знал куда идти.

— Здорово, — плюхнувшись на соседний стул, протянул мне руку Андрей. То есть мой непосредственный начальник подполковник Вихрь.

Широко зевнув, всю ночь не спал, изучая материалы, я пожал ему руку, после чего потер покрасневшие веки.

— Привет. Сколько времени? — удобно, что у нас больше приятельские отношения, чем как у начальника и подчиненного. Хотя, думаю, что когда начну по полной работать — этого уже не будет.

Тот посмотрел на наручные часы и ответил:

— Полдвенадцатого.

— М-да, часы надо покупать, засиделся я у вас. Вон даже дежурного архивариуса заставил спать тут.

— Ничего, они суточники, — посмотрев на посапывающего старичка, ответил мой командир.

— Пакет передали?

— Читал я твой талмуд, да и сопроводиловку из Сочинского отдела тоже. Сам понимаешь, я в этом не разбираюсь, но понять кое-что смог. В общем, утром я его отправил наверх, так что жди скорого вызова.

— Скорого, это когда?

— Когда у генерала до твоего пакета руки дойдут. Сам знаешь не наше это направление.

— Понятно.

— Ты тут долго еще будешь сидеть?

— Да я уже почти закончил. Сейчас домой, отосплюсь, ну а завтра с утра в Киев, кстати… — наклонившись, я, поднял рюкзак и достал две бутылки мадеры.

— Держите, подарок с юга. Коллекционные.