Три глаза и шесть рук - Александр Рудазов

Время от времени я начинаю подумывать — а не отправиться ли мне в путешествие? Для этого мне достаточно сделать один лишь шаг…

Корвин Амберский

— Угу. Отлично, у тебя получилось, — согласился я, когда первый шок прошел. — И что дальше? Обратно тоже сможешь?

— А то! — весело хихикнул Рабан. — Теперь-то я знаю как… В общем, жду указаний, патрон!

— Патрон? — удивился я. — Почему патрон?

— Если хочешь, будешь шефом. Или боссом. Или начальником. Или сэром. Мне все равно, как тебя называть, хоть Ваше Величество.

— Называй по имени.

— А у тебя нет имени! — радостно отозвался Рабан из глубины моего мозга. — Яков — это не твое имя, это кличка, которую придумали Ямщиков и остальные. Яцхен — название вида. Мне можешь не врать — настоящего имени у тебя нет. Его, конечно, можно выдумать… но я не советую.

— Почему?

— Такое имя не станет именем. Имя — вещь серьезная, нельзя брать первое попавшееся.

— Ладно, хватит этой мистики… Патрон так патрон… да, кстати, а как ты выглядишь?

— Да как тебе сказать… — замялся Рабан. — Сам себя я, если честно, никогда не видел… Вообще, мы, керанке, коричневого цвета и очень маленькие. Ну примерно с фалангу мизинца. Наверное, я похож на маленький шматок гнилого мяса… фу, самому противно стало… А тебе-то какая разница?

— Совершенно никакой. Ладно, замяли. А мы вообще где?

Я осторожно обернулся вокруг своей оси, стараясь не задевать крылья — они пока еще не ожили. По крайней мере, это не мой родной Красноярский край — там не бывает таких степей. Совершенно голая равнина, трава высокая, как в африканской саванне, и ни единого деревца. Хотя нет, вру, примерно в километре все же виднелась одинокая чинара. Или еще что-то в этом роде — в ботанике я слабоват.

— Дай-ка припомнить… — пробормотал Рабан. Было очевидно, что он любовался местным пейзажем одновременно со мной — моими же глазами. — Да, правильно. Мы с Волдресом посещали этот мир лет тридцать назад. Он ужасно скучный — я его за то и выбрал.

— То есть?

— Ну чем скучнее, тем безопаснее, не так ли? В этих широтах тут вообще никого не встретишь — абсолютное безлюдье. Да и в других тоже… В этом мире нет морей, да и реки великая редкость. Сплошные степи и пустыни — леса только на Северном полюсе, там есть несколько крупных озер. Климат теплый, год короче земного дней на пятьдесят, лун нет.

— А население?

— Люди, конечно… Почти половина ближайших к Земле миров населена людьми. Здесь есть еще кентавры и та-са-та, но они только в южном полушарии. Историческая эпоха… каменный век на переходе к медному. За исключением опять же Северного полюса, там уже и бронзу начали плавить. Правда, это тридцать лег назад так было… могло что-то измениться.

— Угу.

Я уселся прямо на землю, аккуратно отодвинув хвост в сторону и призадумался. Мысли копошились в утомленной голове будто муравьи в растревоженном муравейнике — я совершенно не знал, что мне сейчас делать, хотя вариантов наклевывалось множество. По-моему, Рабан внимательно следил за моими мыслями — я буквально ощущал его взволнованное сопение где-то на краю сознания.

— Слушай, объясни вкратце, как твое заклинание действует? — попросил я. — Ты можешь отправить меня куда угодно? В любой мир?

— Размечтался… — вздохнул Рабан. — К сожалению, Слово энгахов позволяет сделать только один шаг. Понимаешь? Всего один шаг — в соседний мир. Направление, конечно, выбираешь сам, тут уж…

— Угу. Налево или направо, вот и весь выбор?

— С каждым миром соседствует еще несколько десятков, — хмыкнул Рабан. — Так что выбор довольно широкий. К тому же потом можно сделать еще шаг и еще — сколько захочешь. Обычно больше и не требуется: шагнув два раза, ты можешь попасть в любой из пары тысяч миров второй дальности. А после трех шагов — в один из сотни тысяч третьей! Тебе что, мало ста тысяч миров?

— Более чем достаточно… — выдохнул я, — А как насчет языка? Вот здесь меня, к примеру, поймут?…

— Очень своевременный вопрос! — оценил Рабан. — Знаешь, Волдрес обратил на это внимание только через пару месяцев после начала ученичества. Да, здесь тебя поймут. Конкретно здесь — в данной местности. Проверить это, конечно, вряд ли удастся… В общем, дело обстоит следующим образом — при магическом перемещении между мирами путешественник автоматически получает знание языка населения той точки, в которую он попадает. Но только той точки! Если, например, мы переместимся во Францию, ты сможешь поговорить с французом, но английского как не знал, так и не будешь знать.

— А если, скажем, в Канаду? — полюбопытствовал я. — них два официальных языка, и как раз английский и ранцузский.

— Зависит от того, кто будет преобладать. Не важно. Главное то, что это у тебя сохранится только до следующего перемещения — уйдя из этого мира, ты забудешь местный язык. Хотя нет… нет, я имею в виду, что на самом деле ты его и не выучишь по-настоящему. Просто сможешь понять местных. Они будут думать, что ты говоришь на их языке, а тебе будет казаться, что здесь все изъясняются по-русски. Понимаешь? Но это только при магическом перемещении!

— А что, есть и другие способы?

— Есть, есть… Есть специальная техника, есть дыры между мирами… Ни то, ни другое таких услуг не предоставляет. Да и магия тоже не любая — есть исключения. Понятно?

— Угу. Эй, а почему ты считаешь, что это не удастся проверить?

— Ну-у-у как тебе сказать… — замялся Рабан. — Я же сказал, что тут живут только три расы…

— И что?

— Видишь ли… они почти наверняка отнесутся к тебе примерно так же, как и в твоей родной России, — трусливый убежит, храбрый попытается убить. Такова жизнь, патрон, монстров нигде не любят…

— Понимаю, — помрачнел я.

— Не переживай! — встревожился мой мозговой паразит. — Существует полным-полно миров, где на внешность внимания не обращают. Есть у меня на примете пара классных местечек…

— Угу. Слушай, Рабан, а вы с Волдресом хоть раз встречали кого-нибудь, похожего на меня?

— Да полно! Мы, чай, несколько веков по мирам бродили! Ну врать не буду, точно таких же не видели, а вот похожих… да были, были, не такой уж ты уникальный.

— Угу, — снова прогундосил я. Вот ведь привязалось дурацкое словечко! — И куда же ты предлагаешь направиться?

— Так ты же патрон, вот и командуй, — ехидно заявил Рабан.

— Как твой патрон, я приказываю тебе предложить хорошую идею, — ни на миг не задумался я. — Внимательно слушаю. И не зли меня — тебе же больно будет.