Удача или МИФ - Роберт Линн Асприн

«Надо научить этих типов уважению к высшим».

Генерал Корнуоллис

Я чуть не упустил их. Уверяю вас, это не оттого, что медленно передвигался. Просто они действительно неслись на всех порах.

— Привет, ребята, — окликнул я их, как раз, когда Шайк-стер занес кулак для удара по двери раздевалки. — Вы тоже пришли поздравить победителей?

Три пары глаз вперились в меня, когда мои «друзья» круто обернулись.

— Поздравить? — зарычал Гвидо. — Я их так поздравлю…

— Минутку, — перебил его Шайк-стер. — Что вы имели в виду под «тоже»?

— Ну, я пришел сюда именно за этим. Я только что выиграл на последнем матче приличное пари.

— Насколько приличное?

— Ну, приличное для меня, — сбавил тон я. — Я получил пятьдесят золотых.

— Пятьдесят, — фыркнул Гвидо. — Ты знаешь, сколько МЫ потеряли на этом фиаско?

— Потеряли? — нахмурился я. — Разве вы не знали, что красные фавориты?

— Конечно, знали, — прорычал Шайк-стер. — Вот потому-то мы и решили сорвать двойной куш, когда они проиграют.

— Но что заставило вас подумать, что они… А. Вы об этом-то и говорили, когда сказали, что собираетесь взяться за игорное дело?

— Совершенно верно. Команда «красных» должна была изящно пасть на третьем раунде. Мы заплатили им достаточно… на самом-то деле, более чем достаточно.

Говоря это, он так походил на Гримбла, что я не смог сдержаться от дешевой шпильки.

— Судя по исходу, мне кажется, что вы заплатили немного МЕНЬШЕ, чем достаточно.

— Это не смешно. Теперь, вместо того, чтобы возместить свои убытки, нам придется объяснять Большим Парням ЕЩЕ ОДИН крупный проигрыш.

— Да бросьте, Шайк-стер, — улыбнулся я. — Много ли может стоить схватывание боя?

— Не много, — признался он. — Но если принять в расчет только что проигранные нами вложенные в проект деньги, то получится…

— Вложенные в проект деньги?

— Он имеет в виду пари, — объяснил Гвидо.

— А. Ну, полагаю, что это риск, на который приходится идти, когда пытаешься сорвать убойный куш.

На лице Шайк-стера промелькнула злая улыбка.

— О, кое-что убойное мы сварганим, что и говорить, — пообещал он. — Местным на этом Базаре самое время усвоить, что значит становиться Синдикату поперек дороги.

И с этими словами он кивнул Гвидо, а тот открыл дверь в раздевалку.

Все четверо борцов пользовались одной раздевалкой, и когда мы вошли колонной по одному, они выжидательно подняли головы.

Совершенно верно. Я сказал именно «мы». Я, в некотором смысле, пристроился в хвост колонны, и никто, казалось, не возражал.

— Слушайте, вы, шуты гороховые, вы там ничего не забыли? — обратился к ним, вместо приветствия, Шайк-стер. — Например, кому полагалось победить?

Члены разных команд обменялись взглядами. Затем самый маленький из команды «красных» пожал плечами.

— Подумаешь. Ну, передумали мы, что тут такого?

— Да, — вступил в разговор его товарищ по команде. — Мы решили, что проигрыш плохо скажется на нашем образе… особенно этим хилякам.

Это подняло на ноги команду «белых».

— Хилякам? — проревел один из них. — Вы захватили нас врасплох, вот и все. Нам сказали не напрягаться до третьего раунда.

— Если бы вы даже поднапряглись еще, то просто уснули бы. Нам полагалось бороться, а не танцевать.

Шайк-стер снова шагнул вперед.

— Значит, вы все признаете, что поняли первоначальные инструкции?

— Эй, отцепись от нас, а? Ты получишь обратно свои вонючие деньги, так какого хрена тебе тогда надо?

— Даже если вы дадите нам полное возмещение, — мягко уведомил их Шайк-стер, — есть еще деньги, проигранные нами из-за вас. Полагаю, никто из вас не обладает независимым капиталом?

— О, разумеется, — рассмеялся один из «красных». — Мы занимаемся борьбой только ради острых ощущений.

— Так я и думал. Гвидо, Нунцио, посмотрите, что вы можете сделать для сведения счетов с этими господами. И не торопитесь. Я хочу, чтобы они это почувствовали, понимаете?

— Не знаю, Шайк-стер, — нахмурился Гвидо. — Они страшно маленькие. Не думаю, что мы сможем заставить их протянуть ЧЕРЕСЧУР долго.

— Ну, сделайте все, что в ваших силах. Скив, не присоединитесь ли ко мне за дверью? Не думаю, что вам захочется это увидеть.

Он был ближе к правде, чем знал сам.

Даже хотя я пережил в последние годы несколько лихих потасовок, это не означает, что я наслаждался ими — даже как зритель.

Не успела за нами закрыться дверь, как изнутри раздалась серия глухих ударов и тресков. И слушать-то было просто больно, но продолжалось это недолго.

— Я же сказал им не торопиться, — нахмурился при этой тишине Шайк-стер. — А, ладно, полагаю, сойдет и…

Дверь открылась, показав одного из команды «белых».

— Если у вас тут есть еще какие-то урки, то предлагаю прислать их сюда. Эти двое научили нас совсем немногому.

Он опять закрыл дверь, но не раньше, чем мы успели увидеть на полу двух телохранителей. Ну, Гвидо — тот лежал на полу, а Нунцио, в некотором роде, стоял на голове у скамейки в углу.

— Крутые малыши, — небрежно заметил я. — Должно быть, дело в четырех руках. Как по вашему, вы сможете найти для них работу в Синдикате?

Увиденное заметно потрясло Шайк-стера, но он быстро оправился.

— Значит, они хотят играть без правил. Ну, меня это вполне устраивает.

— Вы ведь не собираетесь туда один? А? — спросил искренне озабоченный я.

Он наградил меня испепеляющим взглядом.

— Нет шансов.

И с этим сунул пальцы в рот и громко дунул. По крайней мере, выглядело это именно так. Ничего иного я не УСЛЫШАЛ.