"Огненное зелье". Град Китеж против Батыя - Владислав Стрелков

– Куда ты ведешь нас, Сусанин-герой?

Кубин хохотнул и соскочил с коня. Я тоже слез, так как через эти засеки верхом не пройти. Елки росли плотно, сцепляясь ветками, словно пазлы, и представляли собой лабиринт из непроходимых стен. Сначала мы въехали в лес, напоминающий парк, но потом… потом начался кошмар. Я, конечно, видел непроходимый лес, но этот. Это не лес, это какая-то засека! Лабиринт! Мы петляли, как по серпантину, огибая елочные стены. Иногда мне казалось, что тут мы уже не раз проезжали. На небольшой поляне с толстой сосной посередине остановились чуть отдохнуть. Я ослабил подпругу и пустил Дусю пощипать травы. Дед Матвей сделал то же самое и направился к огромной сосне. Сосне!

– Стой!

Кубин замер и, обернувшись, спросил:

– Что случилось?

– Власыч… Кхм. Матвей Власович. Я бы не стал приближаться к сосне, на всякий случай.

Дед Матвей посмотрел на дерево, верхушка которого терялась в высоте.

– Ты думаешь, это…

– Не знаю, – пожал плечами я, – но лучше поберечься, вдруг попадем в каменный век или к динозаврам?

Кубин усмехнулся:

– Сосны так долго не живут, хотя… ты прав. Береженого Бог бережет.

– Власыч, а далеко еще? Совсем закружил или путаешь меня специально?

Кубин взял травинку и стал жевать. Ответил не сразу:

– Я не путаю тебя. Просто путь срезал, покороче. Напрямки еще верста. Если вернемся на хорошую тропу, то верст семь.

Ого! Интересно.

– А это почему?

– Тут сплошь ручьи, впадающие в болота, и вот такой лес. А тропа не такая и широкая. Она огибает болото. А ты как думаешь, сколько от Больших Ключей напрямки будет отсюда?

В этом однообразии петляния ощущение времени я потерял, но, глянув на часы, прикинул, сколько мы ехали от Больших Ключей и сколько в этом колючем рассаднике. Получилось, два часа мы петляли по лесу, а это десять-пятнадцать километров. Нет. В таком случае это не короткий путь. По таким буеракам петлять такое расстояние? Лучше уж длинной тропой. Блин, не знаю. Посмотрев на Кубина, пожал плечами и помотал головой.

– Пять верст.

Не может быть! Удивление, видимо, нарисовалось у меня на лице. Кубин, улыбаясь, сказал:

– Сам не знаю, но в этом месте всегда так. Думаешь, что проехал десять верст, но на самом деле три. Ладно, пора…

И мы вновь окунулись в хвойный суп. Ехали верхом, и через сто метров открылась небольшая поляна. Кубин остановился и, подняв руку, застыл. Я замер, тихонько сунув руку в налучье и берясь за рукоятку ГШ-18.

Дед Матвей медленно вынул свой лук, наложил стрелу и выстрелил – стрела влетела в елочную лапу, и оттуда вывалился заяц. Дед Матвей подъехал к тушке и, наклонившись, схватил косого за уши. Поднял, показывая, и улыбнулся:

– Еще пару, и на обед заработали, а я зайчатину люблю.

– Блин, Власыч, предупреждать надо. Я думал – опасность, а ты охотиться задумал.

Тот, смеясь, выдернул стрелу и запихнул зайца в суму.

– Если б я тебя предупредил, то обед бы уже убежал. Свой лук приготовь, зайцев возле болота много. Конечно, лучше с кистенем за ними охотиться, но это по полям. А тут у них под каждой елкой убежище.

Подумаешь, охотник. Ладно, достал лук и приготовил стрелу. Метров через десять Кубин опять выстрелил. Косой даже из-под лапы не выпрыгнул, скончался там. И как он их видит? Вглядываясь в нижние ветки елок, матерю про себя братцев кроликов. Блин, когда не надо, эти твари сигают, а сейчас сидят тихо и не дергаются.

О! Я заметил что-то под веткой. Заяц? Навел стрелу. Во! Точно заяц. Динь!

Победно подъезжаю, наклоняюсь и, подобрав трофей, показываю его Кубину.

– Отлично! – кивнул он. – Есть почин.

Проехали по краю болота, обходя трясину. Само болото было неширокое, всего лишь метров семьдесят. С той стороны вдоль болота тек ручей. Дуся потопталась в ручье, смывая грязь болота. Потом крутой подъем и опять елочная засека.

Хм, и это короткий путь? В гробу я его видел, блин. Теперь иголки из кольчуги вытряхивать придется, и пахну, как лесной бальзам.

Как-то неожиданно для меня выехали на поле.

– Китеж! – выдохнул Кубин, смотря вперед и крестясь.

Я жадно вгляделся на город из легенды. Сразу отметил невысокие стены, по сравнению с Вершами ниже раза в два. Правда, перед стеной высокий вал и широкий ров с водой. Или это река?

– Власыч, а почему стены маленькие?

Кубин хмыкнул:

– А незачем Китежу высокие стены. Его лес защищает, сам ведь почуял. А на дороге к граду крепостица есть. По ее краям засеки навалены – мышь помрет, пробираясь.

– Что, и троп обходных нет?

– Есть, по одной мы только что шли, но про них мало кто знает. А местный люд оброк и товары по дороге возит.

Кони шли легкой рысью по выкошенному полю. Я смотрел во все глаза на город. А во сне совсем другое видел. Вместо высоких десятиметровых стен – трехметровые, правда, с навесом вдоль стены. Рубленые башни, похожие на современные нижегородские, стояли метров через пятьдесят друг от друга. За стеной высились пирамидальные шатры церквей, увенчанные православными крестами. Вдалеке мелькнул золотистый купол храма. И в этот момент над землей поплыл радостный благовест. Крестясь, подумал, что его громкий перезвон слышно, наверное, даже в космосе. А ведь какое красивое звучание! Сердце радуется.

Нас заметили, и навстречу понеслись с десяток всадников. Кубин остановился и пробормотал:

– Быстро они на этот раз.

Всадники споро взяли нас в кольцо.

– А, Матвей Власович, княжья нянька! – весело крикнул ратник с длинной бородой. – Почто, как тать, через лес едешь? И что за боярин с тобой?

– Нас, Игнат, борзо к себе протоиерей Григорий звал. Вот и прошли по аркудовым тропам. А это боярин Владимир Иванович Велесов.

Ратник странно посмотрел на меня и, поклонившись, сказал:

– Здрав будь, боярин. Слышал я про тебя. И бачко твоего знал.

Кубин прервал его:

– Ладно, Игнат, нам пора.

И мы поскакали вдоль рва.

У дороги, что упиралась в мост, ведущий в башню, толпились ратники. Не останавливаясь, мы завернули в город. Те, что сопровождали нас к воротам, остались перед мостом. Мы остановились и слезли с коней, чтоб перекреститься на икону над воротами. Башня была такая же, как и в Вершах. Только подъемный мост через ров был больше. А вот бойниц во внутреннем коридоре я не увидел. Кубин кивнул стражникам у внутренних ворот, и мы поехали по широкой, мощенной деревянными досками улице. Странное дело, во сне мне приснились каменные дома. Здесь я видел такие же по форме дома, но построенные из дерева. И откуда в легенде взялись упоминания о каменных белоснежных дворцах? Вот они, деревянные, можно пощупать, но побеленные. Хм, подъехав ближе, провел рукой – точно побелено. Потер ладони, избавляясь от извести. Может, поэтому всем думалось, что город из камня? Улица была полна весело гудящего народа, идущего по своим делам. Вон толстый боярин в богатой одежде с меховой накидкой. Прошел навстречу, важный такой. Наверное, потеет сильно? В такую жару в мехах ходить, увольте. Тут в броне-то упарился.