Место под солнцем - Андрей Васильев

– Само собой. – Настя забавно сморщила точеный носик. – Все сделаю, командор.

– Я Сват, – немного раздраженно ответил ей я. Откуда они вообще взяли это слово?

– Как скажешь, – понятливо кивнула Настя и обезоруживающе улыбнулась.

– Галь, а машина далеко? – спросил я у Галки, которая с самого начала шла слева от меня. – Ну, та, которую Окунь обобрать не дал?

– Не то чтобы. – Она повертела пальцами в воздухе. – Но тогда в сторону придется забирать, километра на три, а то и поболе.

Нет, не стоит оно того, по крайней мере сейчас. Неразумно расходовать силы людей ради ржавого остова бесполезной пока колымаги и пары клочков материи. Когда у нас появится время на подобные вещи, тогда и сходим.

Солнце припекало, причем не на шутку, оптимизм явно поутих. Сзади было слышно только сопение, смешки стихли. Все просто шли.

– Вижу, – порадовала меня Галка часа через два. – Вон они, каменюки.

– Так это каменюки или развалины? – немедленно повернул я голову в сторону Галки.

– Вроде как огромные валуны, – пожала плечами она. – Навалены, правда, странно как-то очень… Стена, не стена… Ну не знаю я, как объяснить!

– Ладно, идем. – Я чуть прибавил шаг. – Осталось всего ничего.

– Столько же, сколько и прошли, – проворчал Трифон. – И потом – я вот ничего не вижу. Может, она врет?

– Может, я сейчас тебе в лоб дам? – резко сказала ему Галка. – Ты кто такой, чтобы меня во враках обвинять?

– Я-то тут с самого начала, – не полез за словом в карман Трифон. – Это вы приблудные.

«А он глупее, чем я полагал», – подумалось мне, когда я уже впечатал кулак в его лоб.

– Здесь нет приблудных, – громко сказал я, так, чтобы все слышали. – Идем рядом, выживаем вместе. За такие слова по первому разу буду давать в лоб, услышу во второй – вышибу из отряда. Это касается всех. И помните: тот, кто сегодня вроде как новенький, завтра может стать ветераном, но это не дает дополнительных льгот, это только накладывает дополнительную ответственность.

– Погорячился, – подал голос с земли Трифон. – От жары, должно быть, всякую чушь несу. Голову напекло.

– Ну, я как-то так и подумал, – протянул ему руку я. – Надо будет тебе панамку найти, а то еще раз так перегреешься и снова станешь первым, только в обратном смысле.

– Это как? – склонил голову к плечу Трифон.

– Вон, в поле уйдешь, – пояснил я. – Один.

Но в одном юрист был прав – я тоже ничего не видел. Ничего. Только линия горизонта и колышущаяся трава.

– Ну, что встали? – гаркнул я. – Время не ждет. Пошли, пошли.

И все же Галка не врала. Ни насчет глаз, ни насчет развалин. Через час и я заметил вдали какие-то неровности ландшафта, и мои спутники.

– Забавно, – ко мне подошел Проф. – Европа не мой конек, я специалист по Востоку, но есть в этом какая-то знакомость.

– Какая именно? – поинтересовался я.

– Это не просто валуны, уверен. – Проф приложил ладонь к глазам, пряча их от беспощадного солнца. – Я бы сказал, что это остатки крепостной стены.

– Чего гадать? – отозвался сзади нетерпеливый Павлик. – Идемте скорей, все сами и увидим.

Народ устал, это было видно. Скорость снизилась, несколько женщин, подойдя ко мне, сообщили, что бодрость у них здорово упала.

– Терпите, – все, что я им мог сказать. – Вон пристанище, там мы в любом случае отдохнем.

– Отдых пищу не заменит, – вздохнула Лена, та самая женщина-гид.

– Пища вон там. – Я ткнул пальцем влево. Еще минут десять назад я заметил в том направлении темное сплошное пятно. Это, несомненно, был лес. – Галь, я же не ошибаюсь, там именно то, о чем я думаю?

– Ну да. – Галка как будто не прошагала почти два десятка километров, она была все такой же бодрой и веселой, как с утра, а ведь бодрость у нее была урезана. – Это лес.

– Вот, – назидательно сказал я. – А лес – это ягоды, грибы, плоды всякие вкусные.

– По идее, там и орехи должны быть, – поддержала меня Настя. – Хорошо было бы их найти, это чистый белок. Ты не волнуйся, я ядовитые от неядовитых отличу. Я их для начала на Трифоне опробую.

Так, за разговорами, мы почти дошли до нашей цели. Уже всем было ясно, что Проф оказался прав, – то, что Галка приняла за валуны, некогда являлось крепостной стеной, не очень высокой и заросшей плющом, который окутал своей зеленью огромные камни. Причем стеной, немаленькой в длину. Мы подошли к ее середине, и до любого из ее углов было идти не слишком-то близко. Не скажу, что далеко, но шагов с полсотни – это точно. По меркам моего мира это, конечно, не масштаб, но по здешним стандартам выходит, что мы нашли полноценный город.

И еще в одном Галка была права – левее от стены равнина явно начинала превращаться в пологий склон. Это был спуск. Интересно, что там? Я надеюсь, что река, по крайней мере очень хочу в это верить.

– Добротная работа, – сказал Ювелир, подходя ко мне. – Не сегодняшняя, теперь так не делают. Вон, проломы видишь?

Да, местами в сплошной стене зияли где-то небольшие дыры, а где-то даже и полноценные бреши, как будто тараном били.

– Вижу, – кивнул я. – А ты это к чему?

– Новая кладка давно бы развалилась вовсе, – пояснил Ювелир. – Цемент дожди бы размыли или просто время его перетерло бы, и все – нет стены. А здесь – хоть бы хны, потому как строили на тысячелетия. Нет, это очень старая стена.

– Павлик, Проф, идете со мной. Остальные стоят и ждут. Ну или сидят. – Я сделал еще несколько шагов вперед, остановившись у самой стены.

«А чего тянуть? – подумал я. – Надо идти и смотреть, куда мы попали. Нет ничего глупее, чем мяться на пороге пустого дома и бояться в него войти».

– А я? – возмутилась Настя.

– И я? – раз в кои-то веки проявила с ней солидарность Галка.

К этим двоим присоединился Рэнди, размахивающий руками, в одной из которых была зажата антенна. Павлику он ее отказался возвращать наотрез, и никакие аргументы на него не действовали.

– Что он говорит?

Механик горячо что-то излагал мне на испанском, совершенно не смущаясь, что я его не понимаю.

– Он негодует, что вы не берете его туда, – как что-то само собой разумеющееся пояснила мне Лена. – Говорит, что это нечестно, и он тоже – член вашей семьи.

– Даже так? – Вот чего у меня никогда не было, так это родственников-испанцев. Славно, теперь этот пробел в моей биографии устранен. – Ну ладно, я не против. Но тогда и вам надо будет идти с нами, иначе я его не пойму, и он меня – тоже.

– Почему нет? – Лена сбросила с плеч небольшую вязанку хвороста. Надо отметить, что, как бы женщинам не было тяжело идти, никто не оставил топливо по пути, все его донесли сюда.