Лунная школа - Катерина Полянская

Я отоспалась, осмелела, перемерила весь огромный гардероб, пару раз болтала с Арабель и девочками по видеосвязи и даже с Дрианом. Как-то незаметно мы подружились. Адарина вела себя как настоящая бабушка: переживала, заботилась, закармливала вкусностями, много рассказывала о школе и пыталась учить перевоплощаться. В свободное время к заботе обо мне подключался отец. Он помог разобраться с местной техникой, назаказывал по сети кучу разных вещей, мы даже машины смотрели.

Ревнивые взгляды, которые бросала на меня Хельма, немного раздражали, но я старалась не обращать внимания. Перебесится.

А к концу первой ночи от всей души молила луну, чтобы какой-то ход между двумя частями Блэкдорна действительно оказался. Расставаться с этой семьей мне не хотелось.

У Норстона наметилась очередная командировка. На этот раз всего три дня. Мы проводили его, потом втроем уселись пить чай, но немного не рассчитали время. Адарина исчезла прямо за столом. Мы с Хельмой недружелюбно переглянулись, и противная девица спросила:

— Ну что, поможешь мне прибраться? Или новоявленная госпожа боится грязной работы?

Вообще-то, эти обязанности лежали на ней, так что само предложение поучаствовать было чистой воды провокацией. Но я не хотела ссориться, поэтому сразу кивнула:

— Легко! Дома у нас не было слуг, и я со всем прекрасно справлялась сама, — в подтверждение своих слов я встала и принялась собирать грязную посуду.

Всего-то чашки и блюдца. Ничего особенного.

— Такими нежными ручками? — фыркнула нахалка. — Ой, не верю…

— Сейчас собственными глазами увидишь.

— Вот еще, делать мне больше нечего! — сменить тон она даже не подумала. — Ты тут приберись, а я пока вторым этажом займусь. У меня на сегодня еще куча заданий. На третьем курсе лунную магию сама Мариам ведет, с ней свихнуться можно!

Хельма сказала это и унеслась наверх, оставив меня наедине с грязной посудой.

Что ж, ладно. Домашней работы я действительно не боялась, тем более здесь ее было не так уж много. Стараясь не думать вообще ни о чем, я закончила убирать со стола и повернула кран…

В ту же секунду раздался тихий хлопок.

Первым, что почувствовала, была волна нестерпимого жара. Она опалила лицо, шею и руки, а упавшие на кожу брызги из крана сделали боль лишь сильнее. Слезы брызнули из глаз, послышался звон разбиваемой посуды, а заодно и стеклянной стены. Меня с силой вышвырнуло на улицу.

Да уж, с таким размахом я еще не прибиралась!

Хельма либо убьет меня, либо сама умрет от смеха.

Как же больно… Кожа просто огнем горит!

Встреча с землей неожиданно оказалась мягкой. Я упала на кого-то. Снизу тут же крякнули недовольно и зашевелились, но мне было слишком больно, чтобы обратить на это внимание. Единственное, что получалось, это тихонько хныкать.

— Я никудышный маг, — посетовал Кэйлик, выбираясь из-под меня.

— Больно…

Он повернул меня, внимательно осмотрел на предмет повреждений и выругался сквозь зубы.

— Если собираешься что-то сделать, то сейчас самое время… — простонала я.

Перед глазами расплылась красноватая пелена, даже лица его увидеть не получалось.

— Сказал же, как маг я никакой, — рыкнул парень, потом еще раз ругнулся и подхватил меня на руки. — Но я знаю, кто может помочь. Потерпи, сейчас что-нибудь придумаем.

И он стремительно, насколько это вообще было возможно с ношей на руках, куда-то зашагал.

Мысли путались, обожженная кожа болела все сильнее, не удивительно, что я не запомнила дороги. Вообще ничего вокруг не видела.

В доме осталась Хельма. Она могла пострадать…

Вдруг он несет меня к брату, и тот просто убьет угодившую к нему в руки проявительницу?

А если ожоги так и останутся…

— Шалисса, горе луковое, — ворчал тем временем Орлгорд, — ты хоть день прожить без приключений можешь?

— М-м-м… — простонала я возмущенно.

Хорошо ему говорить! Его бы в мое положение, вот я бы понаблюдала.

— Впервые встречаю девушку, которую хочется одновременно поцеловать и убить, — все никак не мог угомониться он.

Но дошли быстро, у меня даже истерика начаться не успела.

Шаги стали какими-то гулкими, каждый отзывался приглушенным эхом. Потом был скрежет, следом скрипнула дверь.

— Зачем пришел? — прозвучал недовольный голос.

Как будто не видно! Я закопошилась в руках парня.

— Мне нужна помощь, — невозмутимо ответил он и сжал меня немного крепче.

— Опять?!

— Не для себя…

Неприятная тишина продержалась всего несколько секунд, потом женщина с предвкушением уточнила:

— А что взамен?

— Договоримся.

Я еще почувствовала, как он перешагнул порог, внося меня во владения незнакомки, и уложил на что-то неудобное. Ожогов тут же коснулся холодок. Какое-то время слух еще ловил обрывки разговора:

— Магический взрыв…

— Два сломанных ребра…

— Не случайность…

— Сильные ожоги.

— Чуть большая концентрация силы, и девчонка бы не выжила.

Потом сознание покрыла беспокойная темнота.

Проснулась у Вайрисов дома. Еще глаза не открыла, а уже поняла, где нахожусь. Запах духов Адарины я ни с чем не спутаю.

— Молодой человек, — гневно шипела бабушка, — я настоятельно рекомендую вам покинуть этот дом и оставить в покое мою внучку. Не создавайте проблем ни ей, ни себе.

Ага, значит, Кэйлик все еще рядом…

— Лучше бы поблагодарили, — не остался в долгу младший из Орлгордов. — Я спас ее, избавил от ожогов, вернул домой…

— Большое спасибо! — чуть повысила голос Адарина. — И прощайте!

На заднем плане все это время рыдала Хельма.

— Это я во всем виновата-а-а-а… — впрочем, получалось у нее фальшиво. — Одну оставила-а-а… Свою работу переложила-а-а-а… Честное слово, больше никогда!

Слушать, как Кэйлик отбрыкивается от бабушки, я готова была еще долго, но спектакль в исполнении этой девицы поднадоел уже через пару минут. Голосистая какая! А у меня голова и без нее трещит.

С тихим стоном я разлепила глаза и попыталась сесть. Получилось со второй попытки, но голова немного кружилась.

— Зеркало… — первое, что произнесла.

По ощущениям все было в порядке, только слабость сильная и общая потрепанность, но страх никуда не делся. Хотелось убедиться собственными глазами. Без лишних слов бабушка сунула мне в руки небольшое прямоугольное зеркальце в красивой серебряной рамке с узорчатой ручкой. Вещица была явно старинная и безумно красивая, но меня интересовало исключительно отражение.