Нашествие. Москва-2016 - Лев Жаков

— Не уверен насчет своих, — ответил Игорь.

— Как это? Я ж видел, обычные людишки сидели, не серые.

— Павел, «свои» теперь вообще нечасто попадаться будут. Ты дым видишь, канонаду слышишь? Прикинь, какие бои там сейчас, и какие пожары, если дымом пол-неба заволокло. И еще важный момент: никто снаружи на помощь не спешит. Мы ж из города идем, а ты видел, чтоб навстречу военные шли или ехали? Никого нет — почему? Ладно, пусть под куполом электроника не действует, и сюда прилететь не могут. Но почему не идут?

Багрянец недоуменно оглянулся, снова посмотрел вперед. Хорек, кинув на них взгляд через плечо, выпалил:

— Через купол пройти не могут! Он как колючка под током, наверное.

— Колючка под током… — повторил Багрянец растерянно и закивал: — А, точно! Я и не скумекал — вправду, если бы через него пройти можно было, сюда бы уже из области куча военных приперлась.

— Значит, если всё так, как мы сейчас говорим, — продолжал Игорь, — то представь, что сейчас в городе делается. Там уже наверно магазины вовсю грабят, мародеры шастают. Мало ли в Москве отморозков? И местных, и заезжих. Теперь им самая воля.

— Не, ёксель, — возразил Багрянец. — Это серым воля, а нам — хоть отморозкам, хоть нормальным людям… Вон, они с броневиков прям, как за дичью какой, за людьми охотятся. Но так ты, конечно, прав, капитан. Теперь в городе опасно будет. Надо пока вместе держаться, раз нас случай свел. Давай, заливаем.

Топливо подошло — мотор завелся с полоборота, почихал немного, погудел, а после звук его стал даже более чистым, приятным для слуха, чем до заправки. Багрянец, отобрав у Хорька пистолет и зарядив его, снова уселся позади. Когда Игорь забирался на переднюю лавку, его ухватили за рукав, он оглянулся — позади стоял мальчишка.

— Хорошо что не стреляли по тому броневому, — насуплено сказал он. — Я понял, надо не так, надо чтоб… хитро. Обманывать рыл и бить их, убивать. В ловушку их заманивать, а не просто раз — и стреляешь. Я буду тебя слушать, Сотник.

Когда он сел на вторую лавку, Игорь, сдвигая рычаг, подумал: сколько ему лет? С виду Хорьку, может, одиннадцать, максимум — двенадцать. Лицо интеллектом не блещет, иногда кажется, что по умственному развитию он тянет скорее на восьмилетнего. Рабочий район, соответствующая школа, отец — алкаш-работяга… Но иногда наоборот чудится, что мальчишка гораздо старше, будто из-за последних событий он враз повзрослел.

— Эй, — позвал Игорь, — а мать где твоя? И как тебя звать, скажи.

— Хорек.

— Нет, мне так не нравится, есть же имя у тебя.

— Хорек я! — едва ли не прокричал мальчик, и голос его задрожал. Это слово будто служило для него ниточкой, связывающей с прошлым, каким бы оно у него ни было — с прошлым и с пропавшим отцом.

— Ну хорошо, Хорек, так где твоя…

— Мамка нас кинула, к хахалю в Тверь уехала, ну и скатертью дорожка! Не буду про нее говорить!

Больше Игорь вопросов не задавал. Низина между холмами вскоре закончилась, как и асфальт. Поехав несколько километров по извилистой земляной дороге, они миновали длинные здания давно заброшенных коровников, колхозную администрацию — и потом впереди открылось поле, где находился стрелковый клуб.

Перед одноэтажным мотелем слева от полигона стоял грузовик с дощатым кузовом.

* * *

— Никого там, — сообщил Хорек шепотом. — Никого нету.

— Нету или ты просто не заметил? — уточнил Сотник.

Мальчишка сам вызвался сходить на разведку, а когда Игорь попытался запретить ему, выдернул руку из его пальцев и убежал, шикнув напоследок, чтобы ждали здесь.

«Здесь» — это за пустой будкой охраны сразу у въезда на территорию клуба, огороженную сеткой-рабицей на высоких бетонных столбах. Оставив тачанку за распахнутыми воротами, они спрятались позади будки, после чего мальчишка умчался на разведку, а теперь вот вернулся и сообщил, что впереди все чисто.

Сотник с Павлом снова выглянули из-за будки. Территория клуба была прямоугольной, въезд находился в одном углу, а стрельбище и большой полигон — по диагонали, на другой стороне участка. Между ними стояли одноэтажный мотель со стоянкой, рядом квадратное здание, одну половину которого занимали ресторан с кухней, а другую склад и администрация клуба. За рестораном был крытый тир, сделанный в бывшем коровнике.

Грузовик с дощатым кузовом приткнулся на краю стоянки. Игорь видел, как Хорек, возвращаясь к будке, заглянул в кабину, а после забрался на колесо и осмотрел кузов — и теперь спросил:

— В машине пусто?

Мальчик кивнул.

— И в кабине и в кузове?

— Пусто, пусто! Только в кузове кровью заляпано и еще бинты, ну, обрывки, тоже в крови, лежат там.

Сотник с Багрянцем переглянулись.

— Кто к тебе в клуб на такой машине мог прикатить? — спросил курсант.

Покачав головой, Игорь выступил из-за будки, оглядывая здания впереди. Солнце скоро сядет, лучше осмотреться, пока не стемнело. Сняв с плеча ремешок, он протянул ружье, и Хорек дернулся к нему, но Багрянец успел первым.

— Не для тебя это, — пробасил он. — Ты что задумал, капитан?

Игорь показал на мотель.

— Там сзади лестница на крышу. Залезь, ляг с того края, где стоянка, и прикрывай меня. Только учти — ружье с задержкой стреляет, где-то в секунду. Я обойду ресторан, вон тот квадратный дом, внутрь загляну, потом к тиру пойду.

— Так ты когда внутри будешь — как же я тебя прикрою? И когда обходить станешь, тебя видно не будет.

— Делай, что говорю. Когда махну — слезай и ко мне, дальше, к полигону, вместе пойдем. Эти люди из грузовика ведь где-то здесь, только непонятно, почему тихо так, и почему Хорек их не увидел… Куда они подевались?

— А мне что делать? — спросил мальчик.

— Здесь стоять, — отрезал Сотник. — Если увидишь что-то подозрительное, движение какое-то, которое Павел с крыши прохлопает, беги к нему, залезай и докладывай, где что заметил. Все, боксер, выполняй. Хорек — ты здесь. А я пошел.

Он шагнул из-за будки, в то время как Багрянец побежал к мотелю, забирая вправо, чтобы очутиться позади здания.

Игорь пошел неторопливо, давай время курсанту залезть на крышу. Миновал стоянку с грузовиком — других машин там не было — оглянулся. Хорек смотрел из-за угла; Багрянец появился на крыше, улегся там и выставил ствол. Теперь, если не знать, что на здании есть человек, заметить его было трудно.

Пистолет-дробовик был большой, но не слишком тяжелый за счет деревянной рукояти. К ней крепился толстый ствол, который, сдвинув фиксатор, можно откинуть книзу, чтобы зарядить пузатый патрон, похожий на маленький бочонок. В нижней части рукояти, под крышечкой на пружинке, отверстие для запасного патрона. И всё — совсем простое устройство.