Черная Вишня - Алиса Пожидаева

Процесс научных открытий — это, в сущности, непрерывное бегство от чудес.

Альгер поджидал нас на лестнице, ведущей на нижние уровни:

— Ну-с, веди.

И я повела. Нарочито неуверенно слонялась по второму уровню. Над плечами мужчин висели небольшие пульсары, освещая дорогу. Коньячный погреб оказался заперт.

— Вот эту дверь надо открыть, — указала я.

— Альгер, откроешь или за ключом сходить?

— Открою, — нагнулся к замку маг.

Шер сложил руки на груди и выжидательно уставился на меня:

— Вот интересно, а как ты в прошлый раз внутрь попала?

Правду я сказать не могла, лгать не хотелось, поскольку давно заподозрила, что ложь они как-то чувствуют. Осталось отвечать сугубо по-женски:

— У девушек могут быть свои маленькие секреты? — Я кокетливо закатила глазки.

Судя по обращенным на меня взглядам, никаких секретов девушкам не полагалось.

Альгер добавил:

— Знаешь, мне вот тоже интересно, никаких следов взлома я не вижу.

— Ника, все равно ведь узнаю, — пригрозил Шер.

Отвечать не стала. Альгер как раз отщелкнул все язычки замка и провернул отмычку. Дверь открылась.

— Умм… А что ж я раньше сюда не заглядывал? — протянул маг.

Пожав плечами, я прошла к дальней стене, и расспросы прекратились. Мне показалось, что под одной из бочек блеснула горошина жемчуга, но отвлекаться я не стала. Мои спутники замерли за плечами, слегка нервируя. Провела ладонью, и кусок стены ушел вглубь и в сторону, открывая короткий коридор до заветной комнатки.

Достаточно было одного взгляда внутрь, чтобы понять — я попала.

Кресло было застелено печально знакомым пледом, на подлокотнике лежала подушечка, а на горизонтальной части панели стояли бутыль с кубком и валялся темный кожаный сверток.

Первым среагировал Альгер.

— А тут уютненько, — с улыбкой заявил он, шагая внутрь, и вдруг замер, хищно приглядываясь к бутылке: — Это то, о чем я думаю?

— Понятия не имею, о чем ты думаешь, — ответила напряженно.

Зря я думала, что моя самая большая проблема — объяснить плед и взлом замка.

Пока Шер настороженно осматривался, Альгер подлетел к панели, и стало понятно, что интересует его не бутыль, а кубок. Маг подхватил его бережно, как какую-то реликвию. Заглянул внутрь и, видимо, обнаружил следы моего вчерашнего морального падения. Вытащил пробку из бутылки, понюхал, отпил:

— «Каро эста», отличный год.

Шер бросил взгляд на панель и снова на меня, да такой выразительный, что я поняла — бутылку объяснять придется тоже. Больше всего хотелось провалиться под землю, но мы и так находились под землей. В лучшем случае под нами был один этаж подвала. Я взмолилась:

— Давай ты не будешь задавать вопросов, на которые ответить я не могу, и мы перейдем к тому, зачем пришли?

— Ох, Ника, дело в том, что моя работа — искать ответы на такие вот вопросы. И работу свою я люблю. Для меня как заноза, как личное оскорбление, когда я не понимаю, что, как и почему произошло. А я обожаю докапываться до сути, дорогая. — Шер говорил почти ласково, а я с каждым словом все больше грустнела.

Надо как-то выяснить у Мэтиуса, почему он не хочет показаться. Хотя тогда все равно придется все объяснять. И не уверена, что меня теперь хоть на минуту выпустят из поля зрения.

— Шер, не дави авторитетом, лучше взгляни сюда, — отвлек Альгер.

— Ты знаешь, как я не люблю не понимать, что происходит, а уж когда такое случается в моем доме… — Шайсар многозначительно умолк. — Что ты так вцепился в эту тару?

— Это не тара! Это великий артефакт магов древности. Непохмельная Чаша! — торжественно возвестил маг.

Мы переглянулись, пожали плечами и не прониклись. Хотя, исходя из названия, меня одолели подозрения относительно природы моего трезвого утра.

— Чаша сия, артефакт, предположительно принадлежавший одному из братства Виала. А именно магу Этанолию. — Похоже, Альгер собирался прочесть нам пространную лекцию, и я нанесла упреждающий удар:

— А там, в свертке, только осторожно, жемчуг не рассыпь, еще книга лежит.

Саботаж удался, магу стало не до нас.

Шер смерил меня еще одним более чем выразительным взглядом. Да, я уже поняла, что он хочет объяснений. Но рассказывать про тайник не спешила. Тут только я заметила странность: в прошлые разы эта система подавала голос или выдавала надпись, требуя команд и указаний. А сейчас все молчало. У меня внутри все похолодело, а ну как сломала что-то, в состоянии алкогольного опьянения сюда заявившись?

Сам визит я почти не помнила, только как застилала кресло и устраивалась поудобнее. Решила начать с простого:

— Включись.

Ничего не произошло. Я запаниковала до дрожи в коленях. Пришлось сесть, а Шер настороженно шагнул мне за спину. Он встал, положив на плечи руки, и как только я устроилась, на панели тут же появилась надпись:

«Добро пожаловать, Вероника».

И возникло схематичное изображение котенка. Моя челюсть упала и закатилась под кресло. Кажется, я знаю, чем занималась ночью: как и всегда при появлении нового компьютера, в первую очередь настраивала под себя интерфейс.

— Впервые вижу эту штуку в действии, — прозвучало из-за спины.

— В смысле? Ты уже бывал в таких местах? — Я заинтересованно оглянулась.

— Если быть точным, то в их остатках. После войны сохранилось немало руин. Кресло, смотрящее в глухую стену, вызывало немало вопросов. — Шер улыбнулся. — Еще и в подвале. Думали, это не то пыточная, не то комната медитаций.

— Оно сказало, что восстановление займет несколько декад. И это только питание. Как бы объяснить?.. — Я поморщилась, запрокинула голову, поймав внимательный взгляд. — Чтобы обеспечивать защиту и наблюдение, нужно откуда-то брать энергию. Сейчас штука, которая ее накапливает, только начала восстанавливаться, это она сама сделает. Видимо, все было сильно разрушено.