Лунастры 3. Шаги в пустоте - Наталья Щерба

– Ладно.

– Но только после лучшего друга Моржа, – поспешно вставил Венька, недовольно косясь на Мика.

– В таком случае можете рассчитывать на меня, – продолжил последний. – Я многое знаю и умею… Помогу, чем смогу. Особенно если помощь потребуется тебе или Селестине. Я чувствую, что вы оба в опасности.

Мик выразительно посмотрел на немного обалдевшего от его слов Тима и ушел, даже не попрощавшись.

– Чувствует он! – недовольно пробурчал Морж. – Пристал, как скотч… Я бы ему не доверял. Во всяком случае пока. Так значит, не расскажешь, в чем дело?

Веснушчатое лицо Моржа подозрительно окаменело. Видно было, что еще немного, и он выбьет из друга признание силой. Или измором. Или нытьем.

Тим глубоко вздохнул и решился.

– Я прохожу обучение в Раннем Мире, – тихо сказал он. – Не знаю, как я туда попадаю, но момент перехода почти не ощущаю.

– Это Фамагуста, да? – восхитился Морж.

– Именно. Только та, ранняя. На скалах стоят дворцы из белого камня и хрусталя, между ними протянуты мосты… и везде растут деревья с серебряными листьями и ало-золотыми плодами. Там правят люди-звезды. Они обучают меня разной мистике, например, как сливаться с темнотой, превращаться в тень… А еще – комплексу движений для превращения в дракона. Очень важно, чтобы никто не узнал об этом, пока я не завершу обучение.

Тим сделал паузу, но Морж слушал, затаив дыхание, и даже не шелохнулся. Тогда Тим вытащил свой талисман – многогранник.

– Вот эта вещь помогает мне в обучении.

К появлению камня Морж отнесся с бурным восторгом.

– Что это?! – благоговейно произнес он. – Неужели что-то оттуда, из Раннего Мира?

– В общем-то да, – кивнул Тим. – Это многогранник, первокирпичик. Тимур говорит, что из них строится вся Вселенная. Например, это икосаэдр, частица стихии воды.

Вспомнив про разведчика, Тим погрустнел: и как тот себя чувствует? Стало ли ему лучше?..

– В общем, никто не должен узнать, что меня обучают люди-звезды, – завершил он свой рассказ.

Морж просиял.

– Все будет шито-крыто, не боись, – заговорщицки произнес он. – Я буду следить за тобой еще пристальнее… Но ты сам, как только поймешь, что тебя, э-э… призывают, намекни. Давай придумаем пароль… – Морж наморщил веснушчатый лоб. – О! «Ты в ударе, старик». Нормально?

– Сойдет. – Тим широко зевнул. Он вдруг понял, что жутко устал. Надо бы поспать по-настоящему.

Морж хотел еще что-то сказать, но его смартфон требовательно звякнул.

– Вызывают, – кисло сообщил он, проглядев орбиту. – Говорят, что я тебе надоел и пора сваливать… А ты и вправду поспи…

Не успел он закончить предложение, как Тим уже провалился в сон, уткнувшись лицом в подушку.

Морж осторожно перевернул друга, попытался вытащить из-под него одеяло, но не смог. Махнув рукой, на цыпочках вышел за дверь.

– Ну, Тимоха, и приключения у тебя, – вздохнул Морж, качая головой, словно слон. – Чувствую, придется нам всем хорошенько попотеть, пока выберемся из этой переделки…

На следующий вечер Тим вдруг оказался предоставлен самому себе: никто ничего не спрашивал, с медицинскими осмотрами не лез и вообще, все были заняты своими делами. Йозеф уехал на Ассамблею Звезд с почетной миссией главы самого влиятельного астрального Дома. Тимур поправлялся, но к нему еще не пускали, а ребята из команды готовились к какому-то важному заданию и с ними не было связи даже в Астронете.

Тим наконец-то мог заняться чем только хотел, правда, ему не разрешали выходить за пределы дома и даже спускаться в парк, где, как рассказывал Морж, оказались хорошие спортивные площадки, беговые и велосипедные дорожки и даже выход в снежную долину – для любителей покататься на лыжах.

Зато Тиму сколько угодно можно было торчать на крыше. Он воспользовался этим, чтобы поработать с многогранником. Найдя уютное местечко на небольшой плоской крыше одинокой мансарды, он уселся прямо на столбик закрытого дымохода и свесил ноги.

На небе загорались первые звезды. Ночь обещала быть ясной и безлунной. Хрустальные грани камня поймали слабый еще астральный свет и размножили на яркие сияющие точки. Серебристое мерцание вдруг поглотило Тима, закружило вихрем и – пропало. Окружающий мир вновь обрел яркие черты.

Тогда Тим попробовал сначала. И еще. И еще.

– У меня получится, – громко настраивал он сам себя. – Я ухожу в тень.

Через два часа он перестал различать что бы то ни было. Если бы он не ощущал в ладони ребристые края камня, то подумал бы, что давно заснул и теперь видит легкие, разноцветные сны. Но он снова и снова повторял: «Я ухожу в тень», ловил звездный свет на тонких хрустальных гранях и проваливался в более тонкий слой реальности.

И вот, когда он вновь крутанул камень в ладони, чтобы поймать звездный свет, услышал рядом осторожное покашливание.

Это оказалась Гемма. На ней был светлый спортивный костюм, а волосы заплетены в две тугие косички – судя по всему, она собралась на тренировку.

– Мистицируешь? – улыбнулась девушка. – И как, уже получается?

– Да так, – пожал плечами Тим. – А ты как меня нашла?

Гемма весело сверкнула глазами.

– Не поверишь, но ты устроился как раз над нашей с Аникой комнатой… И мы уже несколько часов слушаем твой голос… И не только мы, еще несколько девчонок.

Тима бросило в жар. Ну надо же! Это еще хорошо, что он ничего лишнего не наговорил.

– Надеюсь, вы не приняли меня за полного идиота, – усмехнулся он, стараясь сохранить равнодушно-независимый вид.

Гемма улыбнулась.

– Что это за камень? – Она с любопытством скосила глаза на многогранник, который Тим по-прежнему перекатывал между пальцами. – Или это секрет?

– Мой талисман. Я нашел его, – сказал он чистую правду. – Камень-звезда… Помогает сосредоточиться на мистических упражнениях.

Гемма покивала.

– Я видела такие… Это икосаэдр, один из знаков первочастиц Вселенной. Когда-то члены ранних кланов носили с собой такие символы как напоминание, что все мы лишь часть единого целого. Правда, те камни были золотые, серебряные, черные или белые. Прозрачный в первый раз вижу. Наверное, он из Раннего Мира. Повезло тебе… А что-то еще привез оттуда?

– Ничего, – буркнул Тим. Он уже пожалел, что разоткровенничался. – И будет лучше, если ты никому о нем не скажешь, – мрачно проговорил он. – Не очень хочется, чтобы забрали.

– Понимаю, – заверила Гемма. – А забрать и вправду могут, это же вещь из Фамагусты, великого раннего города… Знаешь что? Я вспомнила одну мету…

Не успел он оглянуться, как девчонка выхватила у него из пальцев многогранник и подкинула высоко вверх. Камень взметнулся, словно сигнальная ракета, и, на секунду пропав где-то в вышине, помчался вниз, как падающая звезда.