Наследник старого рода - Дмитрий Шелег

Понятное дело, это совсем не так, но именно такие мысли вперемешку со всяческими оскорблениями бродили в моей голове.

— Садись в позу для медитации, — после перехода в очередной шпагат сказал Феофан и устроился напротив меня.

— Наконец-то! — облегченно выдохнул и очень медленно, стараясь не напрягать растянутые мышцы, занял указанное место.

Мы находились в пустой части спортивной площадки. Поэтому никто не мешал общению.

— Иван, нам нужно серьезно поговорить, — начал наставник, а потом, выдержав небольшую паузу, продолжил: — Мы наконец прибыли на место назначения. Скрылись от возможных преследований твоих родных, и теперь настала пора ставить перед собой новую цель. — Феофан помолчал, собираясь с мыслями, а затем, твердо глядя мне в глаза, продолжил: — Как ответственный за тебя, твое обучение и жизнь, считаю своим долгом первым делом научить тебя защищаться и быть сильным. Ведь я уже не так молод, как тебе кажется. Может случиться, что завтра я не проснусь, банально не выдержит сердце. А я хочу умереть с сознанием того, что сделал для тебя все, что сумел. Поэтому я считаю, что могу требовать от тебя полноценной работы на максимуме твоих возможностей и выполнения всех моих требований.

— Ты слишком драматизируешь, — не согласился я. — Вспомни, как недавно одним простым прыжком без разбега перепрыгнул двухметровую стену, в тот момент ты умирать не собирался.

— Признаться, я могу делать намного-намного больше, — покачал головой учитель. — Но это не значит, что я перестаю быть старым.

Я скептически осмотрел могучую фигуру мужчины.

На мгновение мне опять стало страшно: а что будет, если он на самом деле завтра не проснется?! Что я стану делать? Куда мне идти и к чему стремиться? Кто обо мне позаботится? Ведь, как бы там ни было, я нахожусь в теле ребенка и не смогу устроиться на какую-нибудь работу. А как в этом мире с интернатами? Куда меня отправят? В общем, лучше бы Феофану пожить лет десять-пятнадцать, иначе все будет очень плохо.

«Вот странно, — неожиданно подумал я. — Еще пару минут назад проклинал Феофана всевозможными словами, называл уродом, живодером и негодяем, даже думал, каким образом можно от него сбежать. А сейчас не хочу, чтобы он умирал».

— Что задумался? — спросил наставник.

— Думаю, что, несмотря на твои уродские методы обучения типа тыканья иголкой в попу и глумления над беспомощным учеником, я все равно не хочу, чтобы ты умер, — честно ответил я.

Мужчина искренне расхохотался:

— Не ты первый мне это говоришь.

— Значит, им повезло, — заметил я. — На них ты всего лишь оттачивал свою личную экспериментальную методику обучения, а на мне ее полноценно отрабатываешь.

— Я рад, что после произошедшего ты повзрослел, а не сломался, — заметил мастер, улыбнувшись.

«Рад, что ты думаешь именно так, а не подозреваешь, что в тело Ивана попал какой-то „подселенец“».

— Что ж, — через некоторое время сказал наставник, — раз с необходимостью усиленных тренировок мы определились, ставим цель. Сделать так, чтобы через два-три месяца ты начал уверенно чувствовать себя в пустоши.

— Что?! — возмутился я, забыв о почтении к учителю. — Там вообще-то ходят такие здоровенные темно-серые носортулы! И я там должен чувствовать себя уверенно?

Феофан, глядя на мое негодование, нагло улыбнулся:

— Вообще-то я знал людей, которые побеждали этих демонов благодаря мастерству. А ты у нас научился направлять духовную энергию и сразу стал в несколько раз опасней.

Я тяжело вздохнул, понимая, что спорить с этим маразматиком просто-напросто бесполезно. Если он что-то вбил себе в голову, то сделает именно так, и точка.

Да и я не могу не признать, что порой он бывает чертовски прав. Пришла пора настоящих, полноценных тренировок и практических походов в пустоши. Надеюсь, это сделает меня сильнее, а не убьет окончательно. Буду стараться слушаться Феофана. Он мой учитель, а я его ученик. Да и, как оказывается, у меня выбора-то особого нет. Или стать сильнее рядом с наставником, или сбежать и остаться одному. Что приведет к тому, что когда-нибудь меня все же найдут и сделают очень и очень больно. Ведь, по их мнению, я владею информацией, где находятся деньги Морозовых. Никакой наивной веры в родственную любовь у меня не возникло. Из уроков истории я прекрасно помнил, как брат шел на брата и сын на отца за гораздо меньшие суммы, а кто-то даже и не за них, а просто так, за идею.

Несмотря на медитацию и восстановление сил, возвращения в отель не запомнил. К тому времени я очень устал, и мне было не до любования красотами.

Постояв некоторое время под упругими струями горячей воды, пришел в себя и заплетающейся походкой вышел из душа.

На столе меня ожидала большая тарелка тушеных овощей с мясом.

Быстро одевшись, буквально набросился на еду. После утренней тренировки есть хотелось зверски. Подозреваю, что после таких занятий голод станет моим постоянным спутником.

— На, выпей это, — сказал наставник и положил передо мной две большие пилюли.

— Что это? — подозрительно спросил я.

— Витамины, — ответил он. — После таких нагрузок организму требуется строительный материал, всякие полезные витамины и микроэлементы.

С трудом проглотив большие таблетки, запил их водой. На этом мой завтрак был закончен.

— Иди сюда, — позвал учитель, удобно устроившись на мягком диване перед большим плазменным телевизором.

— В скором будущем нас с тобой ждут постоянные походы в пустошь, — сказал он после того, как я удобно устроился рядом. — Поэтому пришла пора поближе познакомиться с вероятным противником и самой пустошью, думаю, тебе это будет интересно.

Я согласно кивнул и тут же спросил:

— Только перед этим можно один вопрос?

— Задавай, — поощрительно кивнул мужчина.

— А почему нас ждут постоянные походы? Может, сначала сосредоточимся на моем обучении? Подождем, пока я немного подрасту и стану сильнее? Хотя бы освою работу с духовной энергией? Зачем нам ломиться в пустошь именно сейчас? Это же дополнительный шанс пораниться, получить травму или просто умереть.

— Пока я буду с тобой, тебе ничего не угрожает, — веско заметил наставник. — А насчет того, почему нас ожидает большое количество походов, могу сказать так. Нам просто банально надо на что-то жить. Оплачивать жилье, покупать еду, одежду и другие необходимые вещи.

— Неужели у нас так плохо с деньгами?! — удивился я. — Должно же остаться хоть что-то! Да и со счетов в случае чего можно снять. Пусть не так и много, но, думаю, на первое время хватит.

— Ага, — Феофан посмотрел на меня, как на идиота, — вот прям со счетов снимем и расскажем всем, что ты жив, и где находишься.

«Упс, тупанул!» — подумал я, но тем не менее продолжил: