Забери мою боль - Фора Клевер

Честно говоря, я ликовала, что смогла хоть как-то досадить им и показать, что не все в их власти. Когда мне исполнилось двадцать лет, все прекратилось. Им надоело со мной возиться. Было принято решение о ликвидации порченого товара. В последний момент пришел ОН…Виктор, — от одного имени Камилу затрясло, а в горле встал ком. Она уткнулась носом в шею Егора и прерывисто задышала, вцепившись мертвой хваткой в футболку ворона.

— Никто тебя больше не тронет. Слышишь, Кам? — прорывался голос мужчины в сознание. — Эй, — теплая ладонь скользнула по щеке блондинки ласковым движением и приподняла заплаканное лицо.

— Прости…просто… Очень сложно вспоминать…не хочу, — всхлипывала Камила, прижимаясь к ворону теснее.

— Я понимаю, маленькая. Я все понимаю. Но ты должна мне помочь. Нам нужно знать, с кем сражаться. Они за все ответят, слышишь? Я все сделаю, чтобы ни один из них не остался надолго в этом мире. Виктор паук, да?

Камила только закивала и снова затряслась, вспоминая свое заточение в его особняке.

— Он верховный? — девушка снова кивнула.

— Он очень страшный человек. Не связывайся с ним, пожалуйста, — взмолилась блондинка, когда представила, что Виктор может сделать с вороном, лишь бы только наказать ее за побег. — Давай убежим? Далеко-далеко, где нас никто не найдет. Пожалуйста, Егор…

— Тихо. Ты не веришь в меня? — с нескрываемым беспокойством спросил Егор.

— Если тебя не станет, то…

— Кам, я никуда не денусь, — уверенно заявил ворон. — И я никогда не прощу того, кто обидел мою женщину. Я не оставлю это просто так. Тем более, ты говоришь, что есть целая организация, которая занимается работорговлей. Это должно прекратиться. Артем глава совета ковенов. Поверь, этот Виктор и все остальные поплатятся за все, что натворили.

— Я боюсь.

— А вот это зря. Теперь, когда я рядом, ты не должна бояться.

— Теперь я боюсь еще больше. Раньше мне было нечего терять, а сейчас…слишком много…

— Ты ничего не потеряешь, обещаю. Готова рассказать, что было дальше?

— Да, — Камила глубоко вдохнула, выдохнула, переплела пальцы Егора со своими и продолжила. — Виктор выкупил меня. Его предупредили, что я бесполезна, но он был уверен, что сможет меня «починить», как он выразился. Мне завязали глаза, посадили в машину и долго везли в его особняк. Все это время со мной никто не разговаривал. А мне было уже все равно. Я тогда смирилась со своей смертью, так что…

Сначала он пытался показаться заботливым и добрым. Накормил вкусным мороженым и фруктами, которые до этого не пробовала, забрасывал меня комплиментами и говорил, что пока я с ним, моя жизнь будет раем. Только его глаза говорили об обратном. Хищные, голодные, мне все время казалось, что сделай я хоть одно лишнее движение, он без колебаний свернет мне шею. Виктор пугал меня. Хоть ко мне первое время он относился по-доброму, к другим… Паук постоянно устраивал показательные выступления для меня. Заставлял смотреть, как он высасывает души из тех, кто посмел не подчиниться ему. Первые две недели Виктор задаривал меня красивой одеждой и украшениями, выводил погулять по саду, вкусно кормил и ничего не требовал взамен. Я даже в какой-то момент подумала, что с ним не так плохо.

В один день он пришел и начал целовать меня, пытаться раздеть и делал это очень грубо. Я испугалась. Знала, что такое может произойти в любой момент, но все равно испугалась. Просила его подождать, понять, что я еще не готова, но это лишь разозлило Виктора. Он потребовал подарить ему эйфорию, раз не могу раздвинуть ноги. Естественно, у меня не получилось. Я пыталась, но не смогла. В тот день меня впервые переодели в ту одежду, что была на мне во время нашей с тобой встречи. Посадили в подвал и несколько дней держали на хлебе и воде. Мне было так страшно. Ты не представляешь, что такое, когда вокруг только темнота и так холодно…

С каждым словом Камилы, хватка Егора усиливалась. Он прижимал ее к себе так, словно боялся, что девушка исчезнет. Успокаивал ее нежными короткими поцелуями в лоб и оказывал неоценимую поддержку. Блондинка видела, как его глаза чернели и наливались яростью, но ворон не перебивал ее и внимательно слушал. Давал выговориться.

— Когда меня выпустили, Виктор сказал, что за все нужно платить. Это была его любимая фраза, — продолжила она, прогнав очередной приступ паники от воспоминаний. — Он дал мне выбор: моя жизнь или постель с ним. Я тогда решила, что лучше умереть, о чем и сказала ему. Но это в планы паука явно не входило. Он пригласил какую-то девушку, поставил ее на колени перед собой и… Она начала кричать, упала на пол и затряслась, будто у нее случился приступ. Я не выдержала. Пообещала Виктору, что сделаю все, что он хочет, только пусть прекратит. В тот же день он…

— Т-ш-ш, я понял, — Егор крепко обнял Камилу и поглаживал ладонью по щеке, успокаивая, а она боялась поднять на него глаза и увидеть на лице ворона пренебрежение. — Больше он до тебя не дотронется. И никто не дотронется. Я тебе обещаю, — практически прорычал мужчина. В этот момент Камила посмотрела на его лицо и ужаснулась. В глазах ворона горела ярость. Он смотрел куда-то сквозь нее и играл желваками на скулах, явно пытаясь успокоиться.

— Егор, он болен. Мной. Виктор сам постоянно говорил об этом. Он мог запереть меня в подвале на несколько дней без еды и воды, когда я пыталась сопротивляться, а потом чуть ли не на коленях просил прощения. Он мог часами расчесывать мне волосы и наряжать в дорогие красивые платья, при этом приговаривая, что я самая дорогая ценность в его жизни. Он все сделает, чтобы вернуть меня. А если доберется до тебя… Егор, я боюсь. Ты не представляешь, что он может с тобой сделать…

— Камила, это ты не представляешь, что я могу сделать с ним, — зловеще протянул ворон. От разговора их отвлек телефонный звонок Артема.