Душа в подарок - Елена Гуйда

Вот предатель. Как вообще в доме можно держать такого питомца. Слова не скажи – он тут же подхватит. И вообще. У меня не настолько противный голос. Правда, хозяину птички так не показалось.

Мистер Холт застыл, а после медленно повернулся в мою сторону:

– Это что за новые предпочтения у Пэра?

Проклятье! Вот так сразу и с конца!

– Это… Пэр… в общем…

– Не в общем, Алиса, а по сути, кратко, но емко. У меня был тяжелый день, и я хочу хороших новостей.

– Я выставила за дверь премьер-министра, – выпалила я и закусила губу.

В гостиной повисло молчание. Кажется, мистер Холт просто не мог поверить в то, что услышал, или просто не решил, как на это реагировать.

Но молчание длилось недолго.

– Юное дарование, вы не прекращаете меня удивлять своим невероятным подходом к общению с людьми высокого положения в обществе. У вас в детстве градоправитель конфету отобрал?

Я вскочила с места, но тут же села обратно, понимая, что мне сначала нужно все рассказать, а после скандалить.

– Ничего у меня никто не отбирал. Я могу все объяснить.

– Горю от нетерпения услышать! – как-то очень напряженно сказал мистер Холт и сел в свое любимое кресло, закинув ногу за ногу и скрестив руки на груди.

– Я как раз собиралась ехать к вам, когда он пришел.

– Около полудня, я так понимаю? – уточнил мистер Холт.

– Около того… А откуда?.. Ах да! Вы почувствовали мое смятение? – Мужчина утвердительно кивнул и жестом велел продолжать рассказ. – У меня как раз перед этим появилась одна догадка относительно тех вещиц, что вы мне показывали, и булавки-спотыкачки… Хотела неотложно с вами поделиться ими. Это очень важно… Но тут мистер Олдер начал мне хамить, оскорблять…

– Вот, значит, как… – протянул мужчина, постучав пальцами по подлокотнику.

Впрочем, я не стала акцентировать на этом внимание. Что Джереми Холту до того, кто там меня оскорбляет?

– Но не это главное, – продолжила я, переведя дыхание. – Он хотел попасть к вам в кабинет.

– И?! – удивился мистер Холт. – В этом нет ничего запретного. Я лично дал ему разрешение на это!

– Увы! У меня есть все основания полагать, что или в вашем кабинете, или в экипаже находится прослушка.

Брови вице-канцлера медленно, но уверенно поползли вверх.

– Это шутка, я надеюсь? – решил уточнить мой собеседник. – Если так, то не самая лучшая.

– Боюсь, что это очень серьезно. Понимаете, мистер Холт…

– Джереми…

– Простите?

– Называйте меня – Джереми. Это перечисление всех имен и титулов жутко ворует время. А я, как вы успели заметить, не очень люблю им разбрасываться.

Если учитывать его вечную спешку, то конечно же заметила.

– Хорошо, ми… Джереми. Так вот, о тех поделках, что вы мне показывали. Я вам сразу сказала, что меня кое-что в них смущает. Так вот, я поняла, что именно: это попытка подделать мой почерк. – И, не дождавшись никакой реакции от вице-канцлера, решила пояснить: – Понимаете…

– Прекрасно понимаю. Мать нечто такое рассказывала. Как и то, что подделать почерк почти невозможно.

– Всегда есть это «почти». Но тут все складывается и подтверждает мою изначальную догадку о том, что убить должны были вас, а мне прочили стать козлом отпущения.

– Почему именно вам?

– Кто знает? Может, у того артефактора получилось подделать именно мой почерк. Случайность. А может, и нет! Ну и если предположить, что меня спустили с лестницы не просто так, а с особой целью, то, скорее всего, этот человек знал, что я вам помогаю в расследовании. Мне так кажется по крайней мере.

Не очень убедительно прозвучало. Но не говорить же вице-канцлеру империи, что я выставила премьер-министра только из-за того, что у меня возникло предчувствие.

– Превосходно! – процедил сквозь зубы Джереми.

Я не очень понимала, что тут такого превосходного, но на всякий случай решила промолчать.

– Ну что же… Поднимайтесь, Алиса! Пойдем искать прослушку, о которой вы говорите. Хотя я сомневаюсь, что она там есть.

А вот я была уверена в обратном. Хотя говорить этого сейчас не стала.

– Ничего не понимаю, – пробормотала я, в сотый раз проходя по кабинету и пытаясь прочувствовать хоть какой-то магический фон или найти хоть что-то, что могло служить прослушкой. – Я была уверена, что она здесь.

И все же предчувствие не отпускало, а жизнь научила меня прислушиваться к своему шестому чувству. Потому, несмотря ни на что, снова прошлась вдоль шкафа, медленно проводя пальцами по полкам. Благо хоть мебели здесь было не так много. Иначе я точно сошла бы с ума, обыскивая кабинет вице-канцлера.

В экипаже, к слову, тоже ничего не нашлось. И оттого мне жутко хотелось кого-нибудь укусить. Ну или хоть огреть горшком с геранью. Но на глаза, увы, попадалась особа неприкосновенная, а значит, нужно было держать себя в руках.

– Попробуйте на четвереньках. Может, так станет понятней, – раздраженно предложил Джереми, сидя за письменным столом. Он в обыске участия не принимал.

Ну… уже не принимал, потому как объявил это напрасной тратой времени еще в экипаже.

– А вы могли бы и сами хоть как-то поучаствовать. Или промолчать, а не издеваться. Я, между прочим, для вас стараюсь.

Ну и немного для того, чтобы опять среди ночи не шастать по темным улицам. Вот связь разорву, потом пусть что хочет, то и делает. А с другой стороны… вдруг его и правда убьют в следующий раз?! Я себя не прощу тогда, зная, что могла сделать больше, но не сделала.

– Алиса, вы просто хотели, чтобы ваша догадка подтвердилась, – нервно, но уже гораздо мягче заметил Джереми. – Я вообще не очень хорошо представляю, как это можно сделать.

– Можно, – устало обронила я, оставив бесплодные попытки что-то таки отыскать и даже обрадовавшись возможности немного просто поговорить. – И даже совершенно несложно. Там принцип плетения будет проще, не нужна завязка на прием, а только на передачу. Потому плетение можно сократить вдвое. А соответственно, и размер изделия может быть… меньше, чем моя брошь.

– Хм, – не сразу нашелся что на это сказать мистер Холт. Кажется, я немного его озадачила принципом работы артефактов связи.

Вообще, еще никому не удавалось разработать достойный внимания артефакт связи. Были попытки. И даже у мастера Санда. Но все равно возвращались к бумажным вестникам. Потому как артефакты не работали или работали недолго.

Это, к слову, еще одна причина, по которой я все еще не получила патент. Даже несмотря на то что написала курсовую с подробными схемами плетения, патент мне обещали лишь тогда, когда мне даст рекомендации опытный артефактор спустя как минимум год бесперебойной работы моего изделия. И вот год подходит к концу, а все три артефакта все еще работают. А все оттого, что в качестве передающе-принимающего материала я использовала мягкий и податливый янтарь. Ладно, речь сейчас не о том…