Швея-чародейка - Ровенна Миллер

Пакет с одеждой был аккуратно завернут в коричневую бумагу и перевязан персиково-розовой шелковой лентой. Виола взяла его и переложила на стол.

Я разочарованно отступила к двери. Мне следовало отослать пакет с курьером, а не отвлекать леди Виолу. Я, кстати, думала утром об этом и решила не использовать службу доставки.

– Мне так жаль. Если бы я пришла к вам раньше…

– Это не ваша вина. – Виола рассмеялась. – Ваша привычка за все извиняться очень мила, но однажды она создаст вам проблемы.

Она кивнула мисс Вочант, которая держала в одной руке большую шелковую шляпу, украшенную страусиными перьями, а в другой – изумрудно-зеленый капор.

– Я сама обрекла себя на три часа пустых разговоров о мусоре на Площади фонтанов, о разрешении ярмарки и запрете на показ животных.

Я улыбнулась. Здесь спокойно принимали шутки Виолы об ее отце – она во всем напоминала его, несмотря на нежелание признавать этот факт. Леди Сноумонт выбрала шелковую шляпу, и я одобрительно кивнула. Она засмеялась, прикалывая шпилькой шелк к своим волосам.

– Разрешения и распоряжения! Вы знаете, что дворец получил разрешение на ремонт купола в бальном зале?

Я представила короля, стоящего в очереди к стойке клерка. Мне с трудом удалось подавить улыбку.

– Ярмарка для одного человека является ярмаркой для всех, не так ли?

– Думаю, да, – сказала она, изучая свое отражение в зеркале. – Конечно, разговор скорее всего перейдет к бунтовщикам. Вам-то нечего бояться, верно, Софи?

Я была ошеломлена.

– Конечно, миледи. – Мне пришлось остановить себя, иначе я рассказала бы, что мой брат возглавляет Лигу и никому не позволит причинить мне вред. – Обычные протесты меня не беспокоят. Мятежники собираются на Площади фонтанов. Это далеко от моего ателье.

– Ох, уж эти сборища на Площади фонтанов, – со вздохом сказала Виола и принялась румянить лицо, – при полном отсутствии любых разрешений. Лорд Камней прямо-таки влюблен в свои бумажки. Я уверена, что разговор коснется разрешений на митинги.

– Швея вернулась! – Теодор вошел в комнату, сверкая своей шаловливой улыбкой.

– Скорее, девочка для доставки почты, – покраснев, ответила я.

Он находился здесь в такую рань? Наверное, провел тут ночь.

– В любом случае это прекрасный сюрприз. Виола, примите мои извинения. Я ухожу, если вы не возражаете.

Она взмахнула рукой.

– Прекрасно. Ступайте. Вы знаете, где я буду, если решите, что хотите получить мое разрешение на жаркое.

– Я счел бы это милым предложением, но знаю, что это не так, – со смехом ответил Теодор.

Слуга провел нас в прихожую, и Теодор помог мне надеть плащ. На ступенях я приняла предложенную им руку, хотя и не привыкла к таким любезностям. Обычно мне везло, если Кристос не сталкивал меня с крыльца, пытаясь выйти из дома первым.

Но что он мог делать у Виолы так рано утром? Мои уши горели от смущения. Я поймала любовника Виолы на свидании, а герцог говорил, что о ее доме ходят только слухи.

Несмотря на легкое разочарование, я вздохнула с облегчением, когда Теодор выпустил мою руку у основания лестницы.

– Может, проводить вас домой?

– Зачем?

Я взглянула на него. Край шелковой шляпки закрывал часть моего обзора.

– Этим утром я свободен от некоторых обязательств и могу использовать время для сопровождения вас, куда бы вы ни пожелали.

– Хорошо, но я не испорчу вам какую-нибудь встречу? – запинаясь, спросила я.

Теодор остановился, заставив меня повернуться лицом к нему.

– Я же сказал, что свободен. Значит, вы мне не помешаете.

Он приподнял брови.

– Теперь понятно, – ответила я, направившись назад в ателье.

Зачем герцогу было идти куда-то со швеей – особенно после того, как он провел завтрак с благородной женщиной?

– Мы просто играли в нарды.

– Что?

От волнения я плохо выговаривала слова.

– У нас с леди Виолой ничего не было. Я оказался здесь лишь потому, что мы допоздна играли в нарды. Я провел ночь на ее софе, сопя в розовые подушки.

Вопреки себе я рассмеялась.

– Даже не собиралась спрашивать вас об этом.

– Я знаю, что вы не собирались, – ответил Теодор.

Мы дошли до угла, и, прежде чем перевести меня на другую сторону улицы, он посмотрел по сторонам, нет ли там карет.

– Вы, как любая женщина, любопытны и, возможно, удивлены моим поведением. Поэтому я решил рассказать вам правду.

– Как вы сказали? Возможно? А если невозможно?

– Я не соглашусь, если кто-то назовет вас шпионкой или профессиональным игроком. Для этого вам нужно бы было смягчить ваше лицо.

– Не возводите напраслину. Я могу быть довольно профессиональной…

– Вы покраснели, как гранат.

– Ну и ладно, – примирительно сказала я и засмеялась.

– Это утро принесло мне приятный сюрприз, но ланч на прошлой неделе… Не все было простым совпадением.

– Неужели?

– Нет. Это я попросил Виолу сделать нас парой. Вот я и признался в своем прегрешении. И хуже того, я специально попросил, чтобы нас посадили вместе с герцогиней Лайвел.

– Почему?

– Потому что она ловит каждую возможность встретиться со своим скульптором. Она увлечена им, но не может выйти замуж. – Герцог оценил мою реакцию. – Я знал, что они ускользнут от нас в первые же десять минут после жаркого.

– Значит, вы все запланировали, – осторожно сказала я.

Ни один парень из нашего квартала, который пытался привлечь мое внимание, не заходил так далеко. Конечно, никто из них и не имел таких средств.

– Я увидел вас в салоне Виолы и услышал разговоры о швее, которая складно говорит о политике. Мне захотелось узнать вас получше. Виола называет это вызовом судьбы.

Я старалась идти в ногу с герцогом.

– Что вы имеете в виду?

– Ничего важного! Она просто сказала, что вы вели себя настороженно. Что вы превосходная художница и прекрасная гостья в салоне, но не привыкли к такому обществу. Одним словом… мы пока имеем преимущество.

Я хмыкнула.

– Согласитесь, что это так, – настаивал он.

– Хорошо, вы имеете преимущество. Но что движет вами?

Я попыталась прояснить свой вопрос. Парни, с которыми мне довелось расти, тоже имели свои преимущества, просто они были менее воспитанные. Но никто не сомневался в их мотивах.

– Танец везде одинаков, однако вы используете разные па.