В объятиях его снов - Ксюра Невестина

— А откуда мама знает?..

Вопрос потонул в визге — Клео столкнул меня с обрыва и прыгнул сам. Между скалой, на которой мы стояли, и водной гладью не меньше километра! Он свихнулся? В полете он обернулся драконом и схватил меня в лапы, прижав когтями. И летела я, как сказочная принцесса, похищенная злым драконом. Запрет он меня на вершине высокой башни, которая от старости вот-вот рухнет: сначала крыша на голову несчастной похищенной принцессы, потом все остальное накренится, как Пизанская родственница…

— Ме! Ня! На! Зе! Лю! — кричала, отходя от шока. Ветер бил в лицо, и я ничего не могла поделать. Экстримал! Нарвалась же! Спустимся, и я его убью! Клянусь! Убью и не пожалею о решении позже!

Послушался. Но лучше бы этого не делал! Клео-дракон пошел на снижение, и мои ноги практически касались воды, покрывшейся тонким слоем наледи. А затем он снова вспорхнул в небеса, обескураживая меня и доводя до психа. Подрезать «птичке» крылышки и облить нефтью перышки, чтобы больше не доводила до ручки. Дракон то взлетит ввысь, то рухнет к самой воде. Мое сердце то замирало, то пускалось вскачь.

На землю меня опустили мягко. Дракон все еще махал крыльями, удерживая тело в полете, а я на ногах стоять не могла. Только носочки коснулись тверди, как я упала наземь, оцарапав щеку, и снова поцеловалась с грязью. В прошлый раз дня полтора-два назад я рухнула в опавшие листья, сейчас — в снег. В самый настоящий снег, несмотря на раннюю в этом мире осень. Мы переместились на другой континент во втором полушарии? При условии, что вселенная этого мира также состояла из планет.

Сил хватило только на то, чтобы перевернуться на спину. К моему удивлению, снег не морозил, а… песок? Белоснежно-белый песок? Клео вновь оборотился человеком и, смеясь, сел рядом со мной. Он дернулся, увидев мой убийственный взгляд. Я протянула руку, цапнула его кулаком по предплечью, но скорее погладила, чем ударила. Сердце все еще заходилось в страхе: я ненавидела самолеты, боялась до жути. К дельтаплану никогда бы не подошла даже под страхом смертной казни.

— Испугалась? — с недоумением поинтересовался Клео и прилег на бок. — Я тихонько. Даже виражей не закладывал.

— Убью… — прошипела, действительно собираясь отомстить, как сумею. — Сожгу к чертям.

И правда: песок под моими ладонями накалился, плавился. Главная моя беда последних дней (и двенадцати месяцев до этого) уткнулся лбом в грудь, прося нежности и ласки. Какая ласка после экстремального аттракциона? Могу только в лобешник залепить. Зато со всей искренностью, на которую способна моя душа! Вот только думалось мне, что ему это придется не по вкусу…

— Жаль, пора улетать, — проурчал Клео, поднимая голову, и сел. Затем протянул руки мне, подавая. — Я слышу шорох крыльев. Скоро здесь будет обход.

Он притянул меня к своей груди, обняв, и мир снова закружился. Спустя несколько мгновений мир снова стал золотым — мы вернулись в комнату «куратора».

Встать не смогла, зато схватила подушку и от души отлупила ею Клео, вмиг преобразившегося до неузнаваемости. Рядом со мной лежал не тот веселый мужчина с горного озера, а глыба льда, с которой «познакомилась» в кабинете ректора Лунн. Смена его настроения ударила обухом, и я помрачнела: сказка закончилась, пришло время возвращаться в «реальность».

— Постарайся больше не вляпываться в неприятности, — холодно потребовал Клео, и от тональности его голоса стало совсем грустно. Он собирался изводить меня до каких пор? До выпуска из огненной академии через три года?

— Хорошо, — кивнула, села на кровати, свесив ноги. — Мне лучше пойти к себе в комнату? Нужно ведь… к контрольному заданию готовиться.

— Иди.

Клео даже не обернулся, чтобы посмотреть на меня. Он переодевался в возникшие ниоткуда вещи и на меня внимания не обращал. Я почувствовала себя использованной, одноразовой, как презерватив: была такой важной несколько минут — и в мусорное ведро. Не перебарщивал ли Клео, считая ректора Лунн всевидящей? Стоило ли так сильно ее бояться?

Одернув форменную юбку, выскочила в коридор и, прижавшись к ближайшей стене, осела. Слезы рвались из меня, но я сдерживалась, не позволяя себе разрыдаться. Чего страдать? Все хорошо. Меня похитил не абы кто — мне он зла не желал. Разместили, накормили, одели, учебным местом обеспечили… Только матери не сообщили. И двух суток не прошло, как на меня навалилось многое. Разве мне хватит сил выдержать все?

Утерев нос, встала и побрела куда глаза глядят. В замке академии во всевозможных и абсолютно одинаковых коридорах ориентировалась плохо. Одна надежда — выбраться на первый этаж к главному входу и там отыскать нужную лестницу. Раз, будучи подслеповатой, нашла дорогу, то сейчас найду и подавно. Сейчас проблема со зрением исчерпала себя: то ли благодаря магии феникса Дагмара, то ли Клео все-таки незаметно помог.

В замке прохладно, несмотря на ее огненную направленность. Зато за окном рыже-алый покров опавших листьев устилал землю. Раз коридоры опустели, значит шли занятия. Я ткнулась в одну из аудиторий, дверь в которую была открыта. Оттуда пахло масляной краской, и мне было интересно: уж слишком чудесными и достаточно простыми движениями даже я, полный ноль и новичок, могла создать нечто особенное. (Да и неудачный торт до сих пор стоял в глотке…)

Дверь захлопнулась перед носом, и меня порывом горячего пара выдвинуло за дверь. Не ждали и не потерпят незваных гостей. Фыркнув (не очень-то и хотела!) поплелась дальше и наконец-то отыскала лестницу. Спокойная обстановка ничуть не напрягала, но вызывала здоровое недоумение. Чем мне заняться? В одиночку постигать азы магии и волшебства больше не решусь, а Клео учить меня в стенах академии не станет. Эльва наверняка занята…

На первом этаже в столовой слонялись без дела парни из первой группы второго года обучения. Мне не терпелось раз и навсегда разобраться с Зэлденом, чтобы избежать последующих неприятностей. Или мне следовало ближайшие два месяца избегать его, не подавая виду, что знаю о его существовании? Кто бы объяснил, кто такие фениксы и с чем их «едят»? Обнадеживать и разочаровывать молодого парня, у которого не факт, что был опыт романтических отношений, не хотелось.

Адельхейд! Кто, как не она? Если слова Фрайи — не ошибка и не оговорка, то именно Адельхейд нацелена стать единственной возлюбленной феникса и именно она должна знать о фениксах все! К кому, как не к ней, обратиться, чтобы избежать повышенного внимания Зэлдена? Вместе мы смогли бы придумать план, как перенести его интерес с меня на нее! Вот только где искать Адельхейд? Без чужой помощи точно не справлюсь.

— День добрый! — само дружелюбие, я подошла к группе адептов, которых совсем недавно в зале-полигоне гонял Дагмар. — Дорогие юноши помогут слабой девушке в одном деликатном деле?

Под язвительные смешки села на свободное место (напротив Зэлдена, нарочито спокойно попивающего чай) и, поставив ладони на поверхность стола, вглядываясь в его зеленые-презеленые глаза, тягуче медленно спросила, чтобы до него точно дошел смысл вопроса.