Доверяй, не проверяй - Марья Моревна

— Тогда давайте снова о деле, если вы не устали, — несколько смущенно предложила я.

Он молча помотал головой, и мы дружно посмотрели друг на друга, не зная, как продолжить разговор.

— Вы говорили о том, что мы не зря думали о сообщнике в Ластрее. И про Мирконьен. А кто такой Барт? — защебетала я, чтобы сгладить неловкость.

— Это мой дядя. Он служит в столице и несколько раз помогал нам в деле. В том числе содействовал моему зачислению в Ластрею. Берут не всех, как вы знаете, — демон откинул голову на подушку и закрыл глаза. Добавил глухо: — Тут моя учеба в Милхоре пригодилась.

— В Милхоре? — удивленно переспросила я, но тут же прикусила язык, потому что де Ла Маст выглядел откровенно плохо — глаза закрывались, голова то и дело опускалась на подушку, хоть он и сопротивлялся сну, как мог. — Извините, я вас измотала своими разговорами. Нужно идти.

— Дааа… нет, это все от зелья — клонит в сон, — голова де Ла Маста в очередной раз откинулась назад, а веки сомкнулись, но голос продолжал звучать: — Эви… а вы можете посидеть со мной еще немного? По-дружески. Всего несколько минут. Мне будет…

Что будет, я уже не услышала. Глаза де Ла Маста остались закрытыми, губы причмокнули разок, потом приоткрылись, и демон неаристократично засопел. Я даже смешок не смогла сдержать, до того это не вязалось с его лощеным образом, засевшим у меня в голове.

— Да, посижу, — ответила неизвестно кому, снова усмехнулась и поглядела в окно.

Там, медленно и чинно, будто маленькие пушистые танцоры, закружились белые хлопья первого в этом году снега.

***

— Что с вашей памятью, Рози? Все по-прежнему? — после лекции как бы между прочим поинтересовался Лазансон. — Помните, я обещал вам помочь?

— Д-да.

Честно говоря, в общей суете дней я об этом подзабыла. К тому же конкретно сегодня с нетерпением ждала, когда профессор покинет аудиторию, чтобы, наконец, осуществить свою давнюю задумку, которую совершенно некстати отложило на неопределенное время злополучное состязание слепцов.

— Я начал работать над зельем. Еще пара дней, и оно будет готово. Вы рады?

Он с сомнением посмотрел на мое удивленное лицо.

— Конечно, — вовремя опомнилась я. — Я просто сочла неуместным самой об этом спрашивать. Вы ведь пообещали, и я решила просто довериться.

— Хорошо. Тогда я скажу вам, когда все будет готово. Не думайте, что я разбрасываюсь словами и забываю об обещаниях.

Он с достоинством прошествовал к выходу и у самых дверей спросил:

— Сами тут все закроете? Про окно не забудьте, иначе выстудите аудиторию. Не лето уже.

Я поспешно закивала головой. Какое уж там лето — за ночь вся территория академии покрылась тонким белым покрывалом первого снега, а температура опустилась настолько, что таять он не спешил. Утром пришлось в спешке искать хоть какую-то теплую одежду, но самым теплым, что нашлось оказался объемный вязаный шарф, в который мне и пришлось замотаться, чтобы не околеть.

Когда дверь за Лазансоном закрылась, я постояла, не двигаясь, еще несколько секунд, потом сверх этого медленно досчитала до десяти, и сделала несколько шагов к шкафу.