Алхимия любви - Ника Ёрш

– Давай я, – предложил Вольт, перестав паясничать, и тут же получил кулаком в плечо.

Сабина, поняв все и забыв о покрывале, бросилась на него, обвиняя во всех смертных грехах. Нога хоть и болела, но злость на Вольта явно пересилила все остальное.

– Я тебе покажу доступ к телу! – кричала она. – Дурак! Гад!.. Я ему как лучше, трачу на него потенциал! Неблагодарный…

Вольт вяло защищался, прикрываясь от кулаков, и дожидался возможности вставить хоть слово. Благо налет прекратился раньше, чем хрупкая, но слишком распалившаяся жена повалила его на пол.

В дверь постучали.

Воспользовавшись этим подарком небес, Вольт быстро прижал к себе разъяренную Сабину и разрешил горничной войти. Та принесла подогретый пирог с мясом и свежезаваренный чай. Смотрела она вроде как на стол, но косилась на молодоженов так, что могла остаться инвалидом до конца дней.

– Вы свободны, – сказал Краспер, устав от внимания пришедшей. – Спасибо.

Горничная поклонилась и быстро ушла, а Сабина, прижатая к нему, на удивление кротко попросила:

– Пусти.

Вольт помедлил: слишком приятным оказалось столь близкое соседство с мирной Сабиной. Несмотря на все их злоключения, от нее пахло чем-то нежным и сладким, а теплое дыхание, вновь щекотавшее его шею во время вынужденных объятий, родило море приятных ощущений.

Все же он ее отпустил. Но лишь для того, чтобы подхватить на руки и отнести в кресло к камину.

– Я могла дойти и сама! – упрямо заявила Сабина, отстранившись и холодно взглянув на мужа.

– Не беспокой ногу лишний раз, – ответил он, задетый ее желанием побыстрее отстраниться. – Мне не нужна жена-хромоножка.

Ужинали они в молчании.

Сабина ела плохо и мало, а позже магичила над своей ногой. На этот раз Вольт разглядел не только серебряные, но и золотые искорки. А еще – стройные белоснежные ножки. Помощи он больше не предлагал, прекрасно понимая, куда будет послан.

Когда наконец в комнату постучал дворецкий, сообщив о готовой спальне и доставленном багаже, супруги выдохнули с облегчением.

– А что с моей машиной? – спросил Вольт.

– Оттолкнули к обочине, мистер Краспер, как вы и велели. Позвольте проводить вас в ваши покои?

Вольт кивнул, надел плохо просохшую рубашку и снова подхватил Сабину на руки. Она охнула, плотнее закуталась в покрывало, но не возмутилась. Только пробурчала мужу в самое ухо:

– Не знаю, как мы проживем эти полгода, Краспер.

– Надо верить в лучшее, – так же тихо ответил он. – Ну или кто-то из нас останется счастливым вдовцом…

Все это Вольт вспоминал, испытывая теперь жгучий стыд за свое поведение. Сабина не зря говорила с ним как с глупым мальчишкой. Имела право. Размышляя, как вести себя дальше, он вынул из чемодана чистые вещи и уселся в кресло, ожидая, пока жена освободит ванную комнату. Завтра им предстояло начать новую жизнь, в которой они должны выглядеть счастливой парой. А значит, пришло время оставить придирки позади.

Но сделать гораздо тяжелее, чем подумать.

– Оденься, пожалуйста! – попросила Сабина, стоило ей выйти из ванной.

Вольт обернулся и, широко улыбнувшись жене, сообщил очевидное:

– Тебе пора привыкать видеть меня таким. Мы здесь надолго.

– Я подарю тебе пижаму! – Сабина отвернулась и направилась к постели. – Прошу, оставь мне хоть какую-то загадку в отношении тебя!

– О, поверь, у меня их столько, что скучно не будет, – отмахнулся Вольт, разглядывая румяную жену, укутанную в огромное махровое полотенце. – Нам нужно поговорить.

– Завтра, – она села на кровать и посмотрела на него с мольбой. – Я без сил.

Он стремительно приблизился и, встав перед ней, протянул руку.

– Но перемирие заключим сегодня.

– С чего бы это? – Сабина с опаской посмотрела на его ладонь. – Что ты задумал?

– Всего лишь дружбу, – улыбнулся Вольт. – Обещаю вести себя достойно и поддерживать тебя в этой новой жизни. Пока не вернем себе прежние.

По личику Сабины было видно, сколько сомнений ее терзало. А еще в ней явно жила обида на предыдущие его слова.

– Так что? – не выдержал он. – Я не привык стоять с протянутой рукой, дорогая. Ты согласна стать моей союзницей на ближайшие месяцы и действовать сообща? Или продолжим холодную войну, как только остаемся наедине?

– Согласна, – она вложила в его ладонь свои тонкие длинные пальцы. – Но не жди от меня ничего кроме дружбы. Это мое условие.

– Ты имеешь в виду?..

– Постель! Я не стану ее с тобой делить.

Вольт посмотрел на огромную кровать и покачал головой.

– Так дело не пойдет. Посмотри, сколько места! Да я могу привести еще несколько дам, уложить их сюда, и все мы рискуем разминуться.

– Что?

Она попыталась отнять свою руку, но Вольт не позволил.

– Спать мы будем вместе, – твердо сказал он. – Другой кровати в комнате нет, а на полу тебе будет неудобно.

Сабина вскочила и, вскинув подбородок, спросила:

– Это так ты проявляешь обещанное достоинство?

– Достоинство чахнет, если об него вытирают ноги, – пожал плечами Вольт. – Так что не забывай об ответном благородстве. Ну а насчет постели… Если ты имела в виду занятие любовью, то, разумеется, я не стану навязываться.

– Но и любовницу не заведешь! – выпалила внезапно Сабина, свободной рукой подтянув полотенце.

Вольт заметил этот жест, проследил взглядом за тканью, скрывшей показавшуюся было ложбинку груди, и с трудом вернулся к разговору.

– В первое время мне будет не до любовниц, – ответил он, отворачиваясь. Как бы ни старался Вольт убедить Сабину, что готов с ней только дружить, тело говорило ему, что они могли бы провести время с большей пользой.

– Ты должен обещать не заводить отношений с другими женщинами, пока мы женаты.

– Это долгий срок. – Вольт подошел к окну, делая вид, что заинтересован вышивкой на гардинах. – Но я могу пообещать, что буду крайне аккуратен, если заинтересуюсь кем-то на стороне.

– Отвратительно! – Сабина подошла к нему и вцепилась в плечо, заставляя обернуться. – Ты не должен никем интересоваться. В ответ я тоже дам слово не изменять.

Вольт засмеялся.

– Крайняя степень великодушия! А что, если сделаем наоборот? Я дам тебе право искать свою любовь, даже будучи в браке со мной. Зачем терять время? Все равно нас ждет развод в будущем.

– Ты просто бесстыжий тип! – вспылила Сабина. Ее глаза блеснули гневом. – Я отказываюсь от такой дружбы!

– Как скажешь! В таком случае все останется как прежде и мы зря потратили время на этот разговор. Я отправляюсь мыться, а ты пока можешь согреть мою половину постели.