Ареал. Цена алчности - Сергей Тармашев

— Что он несёт? — с досадой поморщился Ветер. — «БМВ», хозяева… он что, не в себе? — Боец переводил взгляд с Берёзова на Лемура и обратно. — Саня, ты забрал у него ключ?

— Виталя, заканчивай комедию ломать. — Иван с трудом откашлялся кровью. — Мне говорить тяжело. Да и нечего нам обсуждать. Иди, получи у Ферзя свои тридцать сребреников, или сколько там за меня полагается. Не так дорого, как за продажу Родины, но на бензин хватит, я думаю.

— Его надо к доктору, потом на допрос, — махнул рукой Ветер, — что-то у него в голове повредилось. Саня, ты, наверное, его слишком сильно ударил.

Он достал из подсумка наручники и сделал шаг к Ивану. Сквозь мутную пелену боли сознание Берёзова прорезала внезапная мысль.

— Виталя! Это ловушка! — прохрипел он. — Это их лаборатория! Берегись!

Ветер нахмурился и обернулся к Ферзю:

— Что-то мне всё это не нравится. — Он положил руку на висящий на груди автомат. — Что здесь происходит?

— Лемур объяснит, — ответил Ферзь и коротко кивнул.

Лемур вскинул автомат Берёзова и всадил Ветру в спину длинную очередь. Пули отшвырнули бойца от Ивана и бросили на землю. Ветер попытался перекатиться и схватить свой автомат, но «Дыроколы» уже вспороли «Латник». Через многочисленные пулевые отверстия в «Мембране» хлынула кровь, и Ветер затих, слабо подрагивая. Лемур подошёл ближе и, неторопливо прицелясь, произвел короткую очередь в голову. Берёзов тихо застонал от бессильной злобы.

— Видишь ли, Туман, — бесстрастно сказал Ферзь, подходя ближе, — он был ещё тупее тебя. Наивный дурачок-идеалист, почти сорок лет от роду, а всё верил в наивные сказочки про долг, честь, патриотизм и прочую бездарную чушь для доверчивых идиотов. Я сразу понял, что такие, как он, не понимают делового языка, и даже не пытался предложить ему денег. Как и тебе. Вы ведь одного поля ягоды, я таких издалека вижу. И потому всегда держал его при себе, ибо, как сказал кто-то из великих, «держи врагов на виду»! Впрочем, это было не так уж и сложно. Сказки о тайной борьбе с коррупционерами он проглатывал не то что вместе с крючком — вместе с леской и удочкой. Ты даже не представляешь, как он расстроился, узнав о том, что ты снюхался с иностранной резидентурой и «крышуешь» нелегальную лабораторию, которую мы так активно ищем.

— А Лемура ты специально отрядил в нейтралитет? — Иван смотрел на неподвижное тело Ветра, лежащее во всё сильнее растекающейся луже крови.

— Конечно, — согласился Салмацкий, — так проще выявлять потенциальных врагов на ранней стадии. И никаких подозрений у подчинённых.

— Вон оно что, — протянул Берёзов, — а я думал, ты его подальше от себя держишь, чтобы не так сильно падалью воняло!

— Заткнись, ублюдок! — зарычал Лемур, замахиваясь прикладом.

— Стоять! — резко осадил его Ферзь. — Эмоции прибереги на потом, ещё пригодятся. Не хватало ещё испортить дело после такой подготовки из-за бурлящего в крови дерьма!

Лемур подчинился, бросив на Ивана горящий ненавистью взгляд:

— Тебе понравится, как ты подохнешь, — пообещал он, доставая из подсумка метаморфит. — Узнаешь? Это то самое «Шестое чувство», которым ты так горячо интересовался. Мой тебе, так сказать, прощальный подарок!

Лемур, усмехнувшись, склонился над Берёзовым, раскрыл его бедренный карман и вложил туда мет.

— Скоро сам поймёшь, как оно работает. — Он аккуратно запаковал метаморфит. — Заодно изучишь местную фауну!

Едва прохладный бок мета коснулся кожи, сознание словно вспыхнуло обилием постороннего присутствия. «Шестое чувство» ничего не показывало, как это делал, к примеру, «Филин», и внешне в окружающем Ивана пространстве ничего не изменилось. Но вступившее в контакт с метаморфитом сознание человека с точностью до сантиметра чувствовало местонахождение всех живых существ в радиусе километра. Вечно таящаяся Жёлтая Зона вдруг оказалась кипящей жизнью. В кустах неподалеку притаились перепончатые зайцы, к которым между заполненными Студнем рытвинами бесшумно подкрадывалась трёхпалая чешуйчатая лисица. За холмом, в лесу, замерла волчья стая, почувствовав появление человека. У кромки леса обозначилась семья Осьминогов, уже выдвинувшихся в сторону Берёзова. На крайнем с опушки леса дереве обнаружилась подбирающаяся к птичьему гнезду ядовитая куница, кривые клыки и когти которой покрывала токсичная жёлтая слизь. Крупная стая уродливых птиц, почуяв лёгкую добычу, сорвалась с ветвей и взвилась в воздух, издавая пронзительные крики.

— Заметили обед, — брезгливо скривился Ферзь и присел на корточки перед Иваном, не обращая внимания на Оковы. — Видишь ли, дело-то вот в чём: едва придя на службу в РАО, ты попал в общество Болта и быстро связался с плохой компанией: мелкие коррупционеры, сталкеры, бандиты… К сожалению, ты оказался довольно нетвёрдым человеком, падким на лёгкие деньги, и тебя быстро прибрала к рукам иностранная резидентура. С тех пор ты работаешь на них и предупреждаешь их обо всех операциях Спецотряда. Потому мы и не можем прищучить эту лабу. Но Ветер, он был настоящим героем и патриотом! Он тебя вычислил и выследил. А ты подло убил его в спину из своего штатного оружия. Гибель Ветра будет тяжёлой утратой для всех нас, не говоря уже о том, что ты сделал вдовой его молодую жену с двухлетней дочкой. К счастью, герой не погиб напрасно — умирая, он сумел столкнуть тебя в Оковы, где ты и был сожран мутировавшим зверьём. Позже, когда ты в указанное время не придёшь на бандитскую явку, твой подельник Болт отправится тебя искать. Думаю, это произойдёт дня через три-четыре. Но мы уже будем вести за ним наблюдение, поэтому накроем предателя прямо возле лабы, а заодно раскроем подлое убийство Ветра и найдём то, что от вас обоих осталось. К сожалению, ты успел заранее эвакуировать из лабы весь персонал и документы, но мы их обязательно разыщем. Можешь не сомневаться! — Он поднялся на ноги.

— Падаль! — с кровью выдохнул Берёзов.

— А вот это как раз про тебя, — усмехнулся Ферзь. — Ты ею станешь очень скоро. Лемур! — Он обернулся к сообщнику. — Уходим! Стая слишком голодна. Сейчас тут будет не гигиенично! — Салмаций двинулся к лаборатории.

Лемур бросил рядом с Берёзовым его автомат и направился следом. Иван изо всех сил пытался сдвинуться с места, ощущая с каждой секундой приближающееся отовсюду зверье, густо источающее чувство голода. Мышцы трещали от перенапряжения, боль в почках и лёгких, разбитых ударами, заставляла надрывно хрипеть, ему даже удалось пошевелить рукой, но достичь большего он не смог — Оковы намертво держали свою жертву. Ферзь с Лемуром отошли к двери в лабораторию и остановились, приготовившись наблюдать за кровавой расправой.

Первой до Берёзова добралась птичья стая. Обезображенные мутациями уродливые птицы густым потоком рванулись с неба к лежащему человеку. У самой земли стая словно вздрогнула и неожиданно ринулась обратно вверх, издавая пронзительные тревожные вопли. Находящиеся уже в десятке шагов Осьминоги остановились и тут же повернули обратно. Зайцы бросились к лесу вслед за лисицей, забывшей о добыче. Спешащие прочь волки исчезли из человеческого сознания, выйдя за пределы действия метаморфига.