Вепрь. Скоморох - Константин Калбазов

— Это какую- такую мастерскую?

Вот старик, ведь с огнем играет. Но Световид даже бровью не повел, терпеливо и обстоятельно ответив на вопрос. Старик только заинтересованно посмотрел на скомороха и Виктор дал понять, что подтверждает сказанное воеводой. Удовлетворенный кивок, понял, мол, и опять молчание, вот только кружку Волкова он окончательно прихватизировал. Впрочем, тот и не решался пить с воеводой, составил компанию за столом и ладушки, как себя вести в данной ситуации не могла помочь и память Добролюба, потому как такое с ним было впервые.

— Дак, а как жа он один-то управляться со всем хозяйством станет, ни женки, ни детей, ни холопьев.

— С тем тоже есть мысль. Завтра суд будет. С неделю назад, кузнец Богдан, повздорил с соседом, да в драке ударил его смертным боем. Дознание тому проведено, завтра судный день, платить ему виру в сорок гривен. А ты сказывал, что хочешь выкупить кого, в помощники.

— Дороговатый закуп получится. Сорок гривен, сто двадцать рублей, шутка ли. Да у меня и нет таких-то денег, чтобы вместе с подворьем… — возмутился было Виктор, но тут же поспешил осадить самого себя, — Прости воевода батюшка. Но эдак мне никакого прибытку. Можно выкупить закупа куда как дешевле.

— А ты не торопись, — ухмыльнулся боярин и откуда только терпение вот так вот беседовать с человеком стоящим настолько низко на социальной лестнице. — По закону, в первую голову виновный должен будет ответить не только головой, но и имуществом своим. Подворье Богдана в кузнечной слободе и оно будет изъято, цена ему уже выставлена двадцать шесть гривен и останется ему уплатить четырнадцать. С чего платить, коли за душой более ничего нет?

— Семья с ним вместе в закупы пойдет.

— Верно, иначе им погибель, а там женка, дочка шестнадцати годов, да сын четырнадцати, уже помощники, — воевода потянулся и поднялся, Виктор так же поспешил поднять свое седалище, — Так что думай скоморох. Если хочешь изменить жизнь, то лучшего случая у тебя не будет, а нет… На нет и суда нет. Коли увижу тебя завтра на судилище, все разрешится к твоей пользе.

Обменявшись взглядами со стариком, Светозар как-то хитро ухмыльнулся и оставил его наедине с Волковым. Вот только последний этого не видел. По всему выходило, что Авось улыбается ему во все свои тридцать два зуба или сколько их там у богов, вот только поверить в это было сложно. Уж больно все одно к одному, а бесплатный сыр оно известно, где бывает, хотя не такой уж он и бесплатный. С другой стороны, может и нет тут никакого второго дна или подтекста. Ну, хочет боярин озолотить спасителя его сына и может сделать это используя свое служебное положение, причем ни разу не погрешив против истины, так почему ему этим не воспользоваться.

В самом начале заполучить не просто помощника, но кузнеца имеющего навыки работы с металлом, это дорогого стоит, потому как из Виктора коваль был прямо таки никакой, все же это совсем иная специальность. С другой стороны ему конечно будет легче овладеть такими навыками чем кому другому, но если есть готовый мастер, то дело совсем иное.

— Выходит решил изменить жизнь свою, — глядя Виктору в глаза самым добродушным взглядом, поинтересовался старик.

— Выходит, что так, — задумчиво ответил Виктор, все еще пребывая в раздумье, что это вообще вокруг происходит.

— А ить польза от тебя, для людей великая. Жизнь она разная бывает, вот только легкой никогда, а потому людям отвлекаться, хоть на малость нужно, а у тебя дар, радость нести.

— То так, дедушка…

— Дедушка? — Взметнув брови, перебил старик.

— Ну, дак чай не бабушка, — буркнул Виктор потупив взор. Неужели он ошибся в своих предположениях?

— А. Ну да, ну да. И что дальше-то сказывать хотел?

— Так я и говорю, людям по разному можно нести пользу, — облегченно перевел он дух. Если не осадили и место не указали, то прав он. — Можно скоморошить, а можно дать работу, чтобы они могли и себя и семьи содержать, от того пользы поболе будет.

— То если получится.

— Должно получиться. Нет, получится, обязательно, — убежденно проговорил Виктор. — Вот только побываю у западников, погляжу какие у них там станки есть, может закажу чего сделать.

— А зачем к западникам? Оно конечно, они преуспели во многом, да только у нас в Брячиславле весьма знатные мастера обретаются, и иноземцы не из последних, потому как прибыток от нашего великого князя для них знатный. Коли Световидушка в тебя верит, то можешь попросить и грамотку отписал кому следует, чтобы мастера с тобой пообщались, не то эти аспиды на порог никого не пускают.

— Ой ли? С чего бы ему заботу такую проявлять? Эвон уж сколько сделал.

— Может и еще столько же сделает и когда посчитает что в расчете, то только ему ведомо. Род бояр Смолиных в долгу хаживать не любит, а оценить жизнь кровинушки, больно сложное дело. И коли о том заговорили… Ты почто аспид со Смеяны взгляд не сводишь?

О как! Ни с того ни с сего. От внезапного вопроса у него даже дыхание сперло, а слова застряли в горле. Что ответить он знал и слова были, да только вот едва о ней подумал, как тут же и поплыл. Вот ни о чем другом говорить не может, а тут такое дело, тут с дурной головой и языком, живущими каждый своей жизнью, нельзя и слова вымолвить, погубишь себя за не понюх табаку.

— Ты дедушка думай, что говоришь-то, — наконец нашелся он, — Эдак и заикой сделать можно.

— А чего мне думать. Нешто не вижу, какие взгляды ты на нее кидаешь.

— Нет в тех взглядах ничего худого, — отчего-то он как-то разом сдулся, — Чай ума не лишился и место свое знаю, а на такую красу иначе глядеть и нельзя. Она словно лебедушка, по глади водной плывет, словно пава легко ступает по землице.

— Эка, запел как соловей, — крякнул старик, — Она такая, чего не отнять, того не отнять. Но то ты верно приметил, место свое на этом свете всем Отцом нашим определено, и каждый должен его знать. Да не опасайся, не стану я никому говорить, вижу как хоронишься даже от самого себя. Ну что, ступай что ли.

— До свидания дедушка.

— Иди уж. Внучек. Кхе.

Сына Радмир нашел в доме, тот как раз заканчивал одеваться как видно собрался куда в гости, ну да какие его годы, можно и пображничать и девок потискать, а судя по настрою, без этого ну никак не обойдется, муж-то еще в самом соку, так что пусть веселится.

— Куда собрался-то сынок?

— Сосед звал пображничать.

— Дело доброе. В скомороха чего вцепился? Ты ить просто так, редко когда чего делаешь.

— Дак, батюшка, сам же сказывал, что с бароном решать надо.

— Сказывал. А еще сказывал, чтобы ты не затягивал.

— Нельзя тут торопиться. Можно дров наломать. Эвон барон в дурости своей и спешке ошибку свершил и нам о том стало известно. Но ему плевать, король гульдский, случись, только посмеется, а вот наш Миролюб может и осерчать не на шутку. Опять же, беречься начнет, а то лишнее. Что же касается Градимира, пока он в крепости, до него еще поди доберись, за пределы выезжает только большим отрядом иначе нельзя, а службу он знает крепко. Так что времечко хорошо подготовиться и нанести один верный удар есть.